Чтение онлайн

— Я советовал не только отступить, — сказал Рамор. — Я не дурак, каким ты меня себе представляешь, тоже многое понимаю. И как только понял, что он решился на битву, сказал укрепиться на вершине холма. Но он меня не слышал. То есть — вообще не обращал внимания. Он собрал людей, разделил и большую часть отправил вниз — с приказом спуститься и обходить холм с двух сторон по сигналу. Рядом с собой ставил несколько десятков, ещё и барабаны половине оставшихся раздал, а кому из этой половины барабанов не хватило — сказал бить мечами по щитам.

Оракул задумчиво хмыкнул.

— Это ещё не всё, — воодушевлённо продолжил Рамор. — Он и нас, оставшихся, заставил спуститься с вершины. Остановиться на середине склона. Ты представляешь, как люди на него смотрели? На меня? Удивительно, что его там же, на месте, свои не победили! Барабанами! Они бы и победили, если б не тот его взгляд! Даже мне было страшно, представь, как им. Которых Сакар и так всегда пугает…

— Он решил окружить Горных? — уточнил Оракул, возвращая Рамора к тебе беседы. К той теме, которая интересовала его. Рамору-то как раз хотелось поговорить о Сакаре, но Рамор слишком слабо разбирался в человеческих душах в принципе, тем более — в душе мальчика. В которой чёрт ногу сломит, а сам Оракул, как минимум, может подвернуть. — Взять в кольцо? Или… Напугать?

— Да он меня напугал! — снова сорвался на крик Рамор. — Ты понимаешь, насколько это ненормальный план?! Ну, ты же должен понимать! Горные что, должны были увидеть, что их якобы окружают — и побежать?! Или испугаться барабанов?!

— Испугались? — доверительно спросил Оракул.

— Они его испугались, — вздохнул Рамор. — Его бы и Мёртвые испугались, и ещё бы разок померли, на всякий случай! Говорю тебе — видел бы ты его глаза...

— Горные подошли к холму, — медленно заговорил Оракул, восстанавливая события, — на них с обеих сторон бросились вооруженные люди, пытаясь окружить. А по другой стороне холма — поднимается армия. Они её не видят, но слышал, как бьют барабаны. Если столько барабанов — сколько там вообще человек? Они так должны были подумать?

— Это Горные! — снова рявкнул Рамор. — Откуда Сакару знать, как они думают?! Умеют ли они вообще думать?!

— В такт били? — заинтересовался Оракул. — Или просто шумели?

— В такт, — устало кивнул Рамор и мрачно добавил. — Сакар с ними репетировал.

Оракул коротко хохотнул, откидываясь назад. Рамор тяжело вздохнул. Его взгляд говорил: "Ещё один безумец на мою голову". Впрочем — хотя Оракулу могло показаться в дыму и полумраке — едва заметная ухмылка всё же тронула и губы стража.

— Они не знали, сколько вас, — отсмеявшись, кивнул Оракул. — Не видели, сколько поднимается на холм. Но действовали вы так нагло, что Горные подумали, будто вас много. Испугались и побежали?

— Побежали они, когда Сакар бросился вперёд, — продолжил Рамор. — Первым. Ты понимаешь? Он первым поднялся на вершину холма и тут же дал команду атаковать. И атаковал. Не дожидаясь остальных. Пришлось этого дурака догонять, а ты знаешь, конь у него быстрый, сам он лёгкий... В общем, и не догнали поначалу.

— Значит, не врут, — задумчиво проговорил Оракул. — Ты знаешь, Рамор, сколько я услышал легенд за последние дни? Все о победе Сакара. И во всех — он побеждал едва ли не в одиночку. Теперь понятно, почему. Ну, поздравляю тебя, страж. Наш лорд теперь герой. Не пойму, что тебе не нравится. Парень нашел выход из безвыходной ситуации. Вышел. Победил. Напугал всех вокруг. Тебя, правда, в том числе. Но что поделать, раз ты такой пугливый...

Рамор покачал головой, отмахнулся и вышел.

***

Он никак не мог объяснить, а Оракул не хотел понять.

Что-то случилось с Сакаром. Что-то рвалось из него наружу, незнакомое, чуждое и страшное. Как будто зловещий бог Артаг, которого Алекс якобы убил, на самом деле провёл всех и вселился в печать, а из нее — в самого лорда. Но не говорить же об этом вслух. Тем более — Оракулу.

На самом деле, когда Сакар бросился навстречу Горным, Рамор, почти предугадавший этот его шаг, был рядом, отстал всего на полкорпуса. И видел всё.

Орда Горных — это страшно. Прав был гонец — это сошедшая на землю тьма. Черная волна, которая уверенно поднимается вверх по холму и вот-вот захлестнет. А на вершине холма — они. И за спиной — барабаны.

Но за разноголосым свистом и воем барабаны почти не слышно.

За миг до начала боя Рамор повернулся к Сакару, но увидел во взгляде совсем не то, что ожидал: в светлых глазах горело хищное предвкушение и безумный азарт, с которым идут на риск в игре, но — не навстречу противнику. Сакар покосился на него, неожиданно подмигнул и с места пустил коня в галоп. Рамор помчался следом. Горные закричали громче, завыли, завопили. Но лучше стали слышны и барабаны. Играющие на них, следующие последними в рядах Сакаровых воинов, уже поднялись на холм. А значит — скоро Горные увидят, что за этой фальшивкой ничего нет. Ни армии, ни силы.

Эта мысль метнулась среди прочих панических, но Рамор не отвлекался на них от основной. Которая звучала в голове возмущенным воплем: “Куда, ненормальный?!”

Сакар уже был рядом с ними, а Рамор всё так же отставал.

Ещё чуть-чуть и...

Сакар пригнулся, уворачиваясь от стрел и камней, выхватил меч, ушёл от удара дубиной, и врезался в толпу Горных. Рамор на ходу швырнул в противников кинжалы, один за другим, рванул из ножен меч и коротко рубанул ближайшего из них.

Вокруг визжали и вопили.

Позади били барабаны.

Рамор не успевал найти в толпе Сакара. Уворачивался, блокировал удары, бил сам, и не было времени поднять взгляд. Его ранили несколько раз, легко, но ощутимо. Проткнули копьем плечо, резанули по руке. Он проткнул кого-то, кого-то пнул, перехватил чью-то дубину, размозжил чью-то голову. Дыхание заканчивалось, обрывалось. Кажется, он слишком надолго его задержал, и теперь никак не мог восстановить, в таком-то ритме. Голова кружилась. Перед глазами мелькали перепачканные то ли грязью, то ли боевой раскраской, то ли запёкшейся кровью — провели кровавый ритуал перед походом, не могли не провести, это же Горные — рожи. Не лица. Не человеческие.

Они и правда были зверьми. С клыками, дубинами и щитами.

Подсекли под ноги коня, тот шатнулся, но Рамор успел спрыгнуть, подминая кого-то под себя.

"Сакар всегда был разумен, — думал потом Рамор, — а вся эта битва — сплошное безумие. Одно безумное решение за другим. И последнее из них — вклиниться в армию противников и прорубать себе дорогу вперед, не подождав своих. Фактически — дать себя окружить со всех сторон".