Двеннадцать первых свиданий
Шрифт:
– Расскажешь мне, с кем ты встречаешься?
– взяла предложенную им картину.
– Не хочу спугнуть удачу, - туманно отмахнулся Пашка.
– Ничего себе, - неужели пришло мое время издевательств над другом? Кажется, кто-то влюбился! Но вдруг я задумалась совсем о другом. Если он влюбился, возможно, в скором времени с нами будет жить третий человек. Совсем мне незнакомый. Я почему-то уже невзлюбила этого парня. А если меня и вовсе попросят освободить комнату? Нет! Это полный бред! Иначе, зачем Пашке помогать мне с ремонтом? Но ведь это же его квартира... И... что если он согласился на перспективу? Может, стоило рассмотреть предложение Ромки? Совсем запуталась в своих мыслях.
– А как тебе эта настольная лампа?
– указал он на красивый светильник, ножка которого была из белого фарфора, а торшер украшали маленькие алые цветы. Моя комната должна была получиться очень уютной!
– Если ты меня выгонишь, я заберу ее с собой, как и картину, - высказала под непонимающий взгляд друга. Не думала, что буду ревновать какого-то парня к своему другу! Но, оказалось, мне не очень приятно знать, что в его жизни, возможно, появился человек, который может стать Пашке кем-то большим и нужным чем я.
***
Все нужное и даже больше к ремонту моей комнаты было закуплено. А сейчас я стояла у двери своего малыша, нажимая на кнопку звонка. Я даже приготовила ему маленький подарок. Основной, конечно же, это я сама и мое новое суперсексуальное белье под не менее выразительным платьем. Когда из шкафа я достала ажурную материю черного цвета, Пашка даже усомнился, что это платье. Но в итоге даже у моего голубого дружка зажглись глаза! Еще бы! Короткий и облегающий наряд практически ничего не скрывал, вернее, выгодно открывал все, что нужно для мужского глаза. А с высокими лаковыми туфлями... В общем, я сама себе жутко нравилась.
– Привет, - открыл дверь Ромка. Он был одет в черные узкие брюки и такую же по цвету рубашку, рукава которой закатаны до локтей.
Решив, что лучшим ответом на его приветствие будет поцелуй, я схватила его за ворот рубашки и притянула к себе, опаляя губы малыша. Думаю, мы бы сразу отправились в его спальню, но до моего носа долетел запах еды. У него явно что-то подгорало.
– Малыш, кажется стоит проверить духовку, - отстранилась от него, тяжело дыша.
– Ой, ой, ой!
– побежал он на кухню. Я же сняла свой плащик и направилась в гостиную. За этот месяц я знала практически каждый уголок его жилища. Ведь мы любили друг друга практически везде. Прошлась рукой по обеденному столу, массивным стульям... Буфет... он чуть не остался без стекол. Оперлась на барную стойку, да, здесь тоже есть, что вспомнить. Но сейчас я наблюдала, как Ромочка выкладывает на огромное блюдо утку с запеченным картофелем.
– Ничего себе!
– я была действительно удивлена.
Он обернулся с самодовольным лицом, чтобы прокомментировать свой кулинарный шедевр, но увидел мой наряд и только присвистнул.
– Яра, так мы точно не поужинаем, - проговорил хрипло.
– Можем поужинать прямо в постели, - сделала невинное личико.
– Можем, но не будем, - поставил блюдо на небольшой стол, который был уже романтично сервирован. Такого мне еще никто никогда не устраивал, я это говорила? Кажется, да... но стоит повторить! Дорогое шампанское охлаждалось в серебристом ведерке, в бокалах отражался свет от зажженных свечей, не хватало только лепестков роз. Но это и к лучшему, еще бы потом пришлось все подметать, включилась моя практичная сторона домохозяйки. Пока я рассматривала блюда, не думала, что такая голодная, слюнки потекли, когда увидела десерт - пирог с абрикосами и взбитыми сливками.
– Как тебе?
– какой же Ромка милый, когда смущается. И его совсем не портит стеснительность. Каким-то образом малышу все равно удается оставаться мужественным. Плевать на возраст! Я буду с ним и точка. А если Пашка решит создать свое гнездышко с любимым, я без раздумий перееду к Роме.
– Замечательно, - присела на стул, который отодвинул малыш.
– Яра, - открыл он шампанское и разлил по бокалам.
– Давай выпьем за...
– За нашу первую ночь знакомства, - улыбнулась ему сексуально.
– Продолжишь в том же духе, и мы точно останемся без ужина. А ведь ты будешь потом плакать из-за того, что сорвалась и наелась ночью, мы же сто процентов так и сделаем.
Да, Ромка как-то стал свидетелем моей маленькой истерики, когда я не удержалась и съела три куска шоколадного торта. Это как раз случилось после вынужденного отказа от сладкого. Виноват, конечно, был мой любимый сосед, но досталось малышу, так как именно он был тем, кто купил это вкуснейшее сладкое безобразие.
– Ну, хорошо, - быстро чокнулась с ним и выпила шипучки. Пока мы пробовали все, что приготовил Ромочка, говорили о разных пустяках. Я упомянула, что, наконец-то, взялась за ремонт комнаты. И Ромка не преминул заметить про явный плюс моего переезда к нему. Ведь здесь ничего не нужно было переделывать.
– Я пока не готова, Рома.
– заметила.
– Помню, - вздохнул он.
– Да и твои родители... не знаю, как они отнесутся хотя бы к тому, что я старше тебя...
– не хотелось произносить цифр вслух, - в общем, немного старше.
– Сейчас мы говорим не о моих родителях, а о нас, - отмахнулся Ромка, но я заметила, что при этих словах он не смотрел на меня.
– Подожди, - вылупилась на малыша, хорошо еще успела доесть брускетту, - Они знают обо мне? И что... что твои родители говорят... о том, что мы вместе?
– во рту вдруг пересохло, так как я уже знала ответ. Его родители были явно недовольны!
– Яра, я уже большой мальчик...
– Который все еще живет за счет отца.
– Грубо получилось. Взяла расстроенного малыша за руку и улыбнулась.
– Прости... в любом случае, сегодня я не хочу об этом говорить... У меня, между прочим, есть для тебя подарок!
– подскочила и побежала в коридор за коробочкой.
– У меня тоже, - услышала повеселевший голос Ромки.
– Не нужно было, - вернувшись, уселась к нему на колени и торжественно вручила коробочку.
– Разверни.
– Давай вместе, - предложил Рома и вручил мне свой презент. Он также был в коробочке, но явно больше, чем для кольца. Незаметно вздохнула с облегчением.
Я, как маленькая девочка, которая с нетерпением ждет разрешения родителей открыть подарки на Рождество, посмотрела на Ромку вопросительно. Он только кивнул в знак согласия. И я тут же пустилась шуршать оберткой.
– Ух ты!
– услышала восторженный возглас малыша, он управился с оберткой раньше меня.
– Часы... швейцарские... они же, наверное...
– Не думай об этом, - быстро поцеловала и помогла застегнуть ремешок.
– Так...
– снова взялась за свою коробочку и сорвала остатки бумаги. Краем глаз увидела, как Ромка затаил дыхание.
– Вау! И кто-то еще будет говорить, что мой подарок дорогой?
– мне явно подмигивал этот великолепный драгоценный набор из сережек и подвески. Голубые камни в серьгах каплеобразной формы на золотой ниточке, словно паутинке, так и просились в мои ушки. А цепочка просто кричала: 'Надень меня!'