Чтение онлайн

— Твое время вышло, Райли, — настраивает она.

Отпиваю глоток шампанского и тщательно подбираю слова, мой голос низкий и язвительный.

— Ну, думаю, что пришло время тебе купить новые часы, Тони, потому что мне, кажется, ты застряла в прошлом. Тебе действительно нужно начать идти в ногу со временем… потому что, сделав это, ты увидишь, что у тебя больше нет права голоса или права быть частью личной жизни Колтона.

Наблюдаю, как ее грудь поднимается и опускается, внутри нее горит гнев. Мне хочется ей сказать, что если то, что она чувствует, это гнев, то у меня для нее найдется чертова адская пропасть ярости. И я только начала.

— Должно быть, Тони, для тебя отстойно, когда все, чего ты с нетерпением ждешь в жизни — это нескольких влажных секунд с Колтоном. Думая, что ты одна достаточно хороша для него, и он вернется к тебе, как только перепробует всех остальных, кто, по его мнению, мог оказаться лучше. Поговорим об ударе по твоему раздутому эго.

— Ты сука! — бормочет она. — Ты не можешь удовлетворить его потребности. Ты…

Я быстро разворачиваюсь к ней, взгляд на моем лице останавливает ее на полуслове.

— Ох, куколка, я только что это сделала. Или это тебя он трахал на капоте Секса в гараже перед ужином? Я так не думаю, — произношу я с покровительственной ухмылкой, но мои глаза говорят ей, что он мой, и чтобы она отвалила.

Вид ее лица бесценен: глаза широко распахнуты, губы раскрыты, переваривая то, что я только что сказала.

— Колтон никогда бы не стал… — произносит она в гневе, вновь заводясь, — …Феррари — его малышка. Он никогда не рискнет поцарапать ее.

— Что же, думаю, ты не знаешь его так хорошо, как думала. — Награждаю ее той же ехидной ухмылкой, которой она несколько раз одаривала меня. — Либо так, либо ты просто не значила для него больше, чем его машина. — Приподнимаю уголки губ в улыбке и смотрю на нее, в то время как ее эго пытается переварить то, что я только что сказала. — Значит мы закончили, — говорю я со смехом, направляясь от нее к Колтону.

Боже, как хорошо! Так ей и надо.

Когда я подхожу к Колтону, он протягивает мне руку и обнимает за талию, подтягивая к себе, заканчивая разговор с Винсентом. Они прощаются, и когда он уходит, Колтон наклоняется и нежно меня целует.

— Что там такое? — осторожно спрашивает он.

Наклоняю голову в сторону, смотрю на него, и провожу пальцами вдоль линии его челюсти.

— Ничего… это не имеет значения, — говорю я ему, морща нос от этих слов.

— Уверена, что тебе не слишком холодно?

— Ага, — бормочу я, когда Колтон растирает мои руки, проводя ладонями вверх и вниз, океанский бриз пронизывает прохладой мою обнаженную кожу, но я не хочу испортить момент. Этот вечер — после спора в саду — был тем, что я никогда не забуду.

Что-то изменилось в Колтоне в ходе вечера. Не то, на что я могу точно указать пальцем, а скорее несколько еле уловимых деталей стали другими. Как он на меня смотрит. Простые прикосновения то тут, то там без какой-либо конкретной причины, кроме желания показать мне — он рядом. Эта застенчивая улыбка, что я заметила, сегодня предназначалась только для меня. Или, может быть, так всегда и было, просто сейчас я смотрю на вещи под другим углом, когда знаю, что Колтон попытается дать нам шанс. Он готов попытаться разрушить схему, которая, как он клянется, укоренилась в нем. Ради меня.

Кромешно-черная ночь освещается лишь осколком Луны, висящей в полуночном небе. Закрываю глаза, тихо мурлыча под песню «Целуй меня медленно», плывущей из динамиков, и подставляю лицо навстречу соленому бризу, поднимающемуся на террасу, где мы стоим. Колтон опирается подбородком на мое плечо, обхватывая меня сзади руками за талию. Растворяюсь в его тепле, не хочу, чтобы он меня отпускал. Мы стоим, потерявшись каждый в своих мыслях, погруженные в атмосферу темной ночи, и всецело осознавая глубинный поток желания между нами.

Бакстер лает у ворот, желая спуститься на пляж, и Колтон неохотно отпускает меня, чтобы выпустить его.

— Хочешь чего-нибудь выпить? — спрашиваю я, меня начинает знобить в ту же минуту, как его тепло покидает мое тело.

— Пожалуй, пиво?

Бреду на кухню и беру наши напитки. Когда я выхожу, Колтон стоит, упершись руками о перила, и смотрит в пустоту ночи, полностью погруженный в свои мысли. Его широкие плечи вырисовываются на фоне темного неба — белизна его рубашки навыпуск создает разительный визуальный контраст — и вновь мне вспоминается ангел, с боем прорывающийся сквозь тьму.

Ставлю свой бокал вина на стол в патио и подхожу к нему сзади, грохот волн заглушает звук моих шагов по террасе. Провожу руками по его рукам и торсу, прислоняюсь к его спине, и обхватываю его руками. Через секунду после того, как мое тело касается его, Колтон яростно разворачивается с резким воплем, эхом разносящимся в ночном воздухе, его пиво вылетает из моих рук и разбивается о пол террасы. В результате его действий, меня отшвыривает в сторону, и я больно ударяюсь бедром о перила. Когда я убираю волосы с лица и смотрю вверх, Колтон стоит лицом ко мне. Его руки плотно прижаты к бокам и сжаты в кулаки, зубы стиснуты от ярости, глаза дикие от гнева — или от страха — его грудь вздымается в частых, быстрых вдохах.

Его глаза фиксируются на мне, и я замираю на середине движения, мое бедро повернуто в сторону, рука прижимается к больному месту. Мириады эмоций мелькают в его глазах, когда он смотрит на меня, наконец, прорываясь сквозь маску страха, скрывающую его лицо. Я видела этот взгляд раньше. Полный и всепоглощающий страх травмированного существа в момент воспоминаний. Намеренно не спускаю глаз с Колтона, мое молчание — единственный способ позволить ему прорваться сквозь туман, который его удерживает.

Мой разум возвращается к другому утру, которое я провела в этом доме, и что случилось, когда я свернулась калачиком позади него. И теперь я знаю, в глубине души, все, что с ним случилось, все, что живет в темноте его души, имеет отношение к этому. Это действие — ощущение того, что его обнимают сзади, удерживают — вызывает воспоминание и мгновенно возвращает его к пережитому ужасу.

Колтон глубоко дышит — прерывистое, очищающее душу дыхание — прежде чем разорвать со мной зрительный контакт. Мгновение он смотрит на террасу, прежде чем что есть силы выкрикнуть: «Черт возьми!».