Чтение онлайн

Только потому, что я хорошо знаю его лицо, замечаю еле заметную разницу в его внешности. Его волосы длиннее, щетина на челюсти вернулась, под глазами залегли тени, и он кажется немного неопрятным для человека, который всегда так организован. Перевожу взгляд на его великолепное мужественное лицо и возвращаюсь к его глазам. Именно при повторном осмотре я понимаю, что обычная озорная искорка, зажигавшая их изнутри, отсутствует. Они выглядят потерянными, даже грустными, молча умоляя меня. Вижу, как пульсирует мышца на его челюсти, а сила его взгляда усиливается. Отрываю от него глаза, не желая читать его невысказанные слова.

После того что он сделал, он не заслуживает даже моего взгляда. На мгновение закрываю глаза, пытаясь сморгнуть подступающие слезы, говоря себе, что я должна собраться. Должна сохранять самообладание. И независимо от того, что я говорю себе, образ Тони, едва прикрытой футболкой Колтона, мелькает у меня в голове. Мне приходится сдерживать приступ тошноты и бороться с желанием покинуть комнату. Шок от того, что я его здесь увидела, медленно превращается в гнев. Это мой офис и моя встреча, и я не могу позволить ему повлиять на меня. Или, по крайней мере, мне придется притвориться.

Сжимаю челюсти и отмахиваюсь от страданий, когда голос Тедди медленно проникает сквозь гул в моей голове. Он представляет меня, и я поднимаюсь на подкашивающихся ногах, направляясь в начало конференц-зала, слишком хорошо осознавая, что взгляд Колтона прикован ко мне.

Стою в передней части зала, благодарная, что репетировала свою презентацию много раз. Мой голос срывается, когда я начинаю, но я медленно обретаю уверенность, продолжая. Стараюсь встречаться с глазами корпоративных боссов, а также избежать одной конкретной пары глаз. Направляю свою боль и гнев на него и его действия — и вообще на его присутствие — чтобы подпитывать свой энтузиазм по поводу проекта. Говорю о «CD Enterprises» и их грандиозном вкладе, но не смотрю в его сторону. Спокойно и лаконично завершаю презентацию и улыбаюсь аудитории. Отвечаю на несколько вопросов, а затем с радостью сажусь на свое место, в то время как Колтон встает из-за стола и направляется в начало комнаты.

Копаюсь в бумагах, пока Колтон обращается ко всем. Проклинаю себя за то, что вошла на встречу в последнюю минуту, и теперь нахожусь не на достаточном расстоянии от передней части комнаты. Он стоит так близко ко мне, что его чистый, древесный запах повисает в воздухе и затуманивает мою голову, вызывая воспоминания о нашем совместном времени. Все мои чувства в полной боевой готовности, и я бы все отдала, чтобы прямо сейчас выйти из комнаты.

Это пытка — находится в нескольких сантиметрах от человека, который заставляет любить его по необъяснимым причинам, отчаянно желать, ужасно презирать и причиняет неизмеримую боль, все одновременно.

Бесцельно роюсь в бумагах, пытаясь отвлечься, когда надрыв в его голосе притягивает мое внимание. Мои глаза отчаянно хотят посмотреть на него — выяснить причину или объяснение его действий, но я знаю, ничто не сотрет из моей головы образы того дня.

— При сотрудничестве «Коллективной Заботы» «CD Enterprises» изыскала все возможные пути, чтобы обеспечить наибольшую сумму пожертвований. Мы постучались во все двери, урегулировали все неразрешенные вопросы и ответили на все телефонные звонки. Всему уделяется равное внимание. Мы никого не упустили из виду, что, как выяснилось, происходило в прошлых проектах, в которых обычно, когда вы меньше всего этого ожидаете, появляется кто-то кого бы вы могли списать со счетов — и в итоге позволяет переломить ситуацию. Иногда тот, кого вы считали несущественным, оказывается тем, кто играет безумно важную роль.

На слове, которое имеет большое значение в наших отношениях, мои глаза инстинктивно взлетают на Колтона. Несмотря на зрителей, глаза Колтона прикованы к моим, будто он ждет от меня хоть какой-то реакции, которая сказала бы ему, что я слышала его скрытые намеки. Что мне все еще не все равно. И конечно я сыграла ему на руку. Проклятье! Изумрудные глаза впиваются в меня, на его челюсти играют мышцы, наш взгляд длится дольше, чем позволено профессионалам, послание, зашифрованное в его словах, фиксируется в моей душе.

Уголок его рта приподнимается в крошечной улыбке, когда он отрывает от меня взгляд, чтобы продолжить. И эта маленькая улыбка, это маленькое проявление высокомерия, доказывающее, что теперь он знает, что все еще влияет на меня, и бесит меня и поражает. Или он пытается мне сказать, что для него важна только я? Я в таком замешательстве. Больше не знаю, что думать.

Единственное, в чем я уверена, так это в том, что я отказываюсь быть такой девушкой. Девушкой, на которую все смотрят и думают, что она дурочка, раз постоянно возвращается к парню, который всегда ведет с ней неправильно - спит с кем попало за ее спиной, дает ей ложную надежду, говорит одно, а делает другое. У меня есть характер, и как бы я ни хотела Колтона — как бы я ни любила Колтона — я слишком ценю то, что могу предложить кому-то, чтобы позволить ему или любому парню растоптать меня и мою самооценку. Я просто должна продолжать говорить себе это, когда его голос соблазняет меня, пытаясь вернуть и укрепить свою власть надо мной тем, чего я никогда не испытывала.

— И такой звонок поступил вчера мне в офис. И ни в коем случае мы не закончили прилагать наши усилия по сбору средств, но с этим неожиданным телефонным звонком я рад объявить, что в дополнение к средствам, уже заложенных «CD Enterprises», еще два миллиона долларов были перечислены в счет пожертвований на завершение вашего проекта.

Со словами Колтона общий вздох эхом разносится по комнате. Голоса гудят от волнения и осознания того, что наш проект сейчас полностью профинансирован, что все наши труды принесут свои плоды.

В этой суматохе я опускаю голову и закрываю глаза, словно на американских горках поднимаясь вверх, а затем падая вниз. Даже не могу начать осознавать гамму эмоций, проходящих через меня. С одной стороны, все мои усилия в интересах моих мальчиков окупятся самым грандиозным образом. Больше детей извлекут пользу из программы и получат шанс стать уверенными членами общества. С другой стороны, именно Колтон дал мне эту победу. Поговорим об иронии. Я получаю все, о чем мечтала на профессиональном уровне от человека, которого хочу больше всего на свете, но не могу иметь в собственной жизни.

Как бы я ни боролась с эмоциями, они слишком сильные, чтобы с ними справиться. Я потрясена. Постоянные колебания между болью, гневом и страданием истощили меня. Слеза скользит по моей щеке, и я поспешно смахиваю ее тыльной стороной ладони, поскольку мои плечи дрожат, являясь предвестником целого водопада. Боль от того, что Колтон в пределах досягаемости, но так далеко от меня, слишком сильна. Все еще чересчур свежо. Раны еще открыты.

Я настолько потерялась в эмоциях, что забыла об окружающих. Когда я прихожу в себя, в комнате царит тишина. Опускаю голову, пытаясь взять себя в руки, слышу приглушенный голос Тедди.

— Это значит для нее все. Она вложила в это душу и сердце… нельзя винить ее за то, что это ее так потрясло.

Слышу согласный шепот, и я рада, что мои коллеги ошибочно приняли мои эмоции за восторг по причине хороших новостей о проекте, а не за следствие моей личной душевной боли. Заставляю себя улыбнуться и смотрю на людей, несмотря на слезы, бегущие из глаз. Встречаю взгляд Тедди, на его лице отражаются тепло и гордость, и робко улыбаюсь ему, разыгрывая фарс. Все, что угодно, лишь бы сбежать от Колтона.