Двое из трех
Шрифт:
— Я знаю.
Он кивнул.
— Хорошо.
Машина сильно прогрелась, и я почувствовала, что начинаю потеть. Честно говоря, я не был уверена, это из-за обогревателя или от веса всего, с чем он только, что поделился со мной. Я распутала шарф и попыталась поднять настроение.
— Ну, теперь, когда мы убрали это с пути, мы все еще едем кушать?
Джесси удивленно моргнул. Его холодное выражение растворилось в широкой улыбке.
— Ах, ты меня хорошо знаешь. Да, я вообще — то умираю от голода. Что здесь поблизости с вкусной едой? «Дворец пиццы» все еще открыт?
— «Дворец пиццы»? — пропищала я. — Это место закрыто давным-давно.
— Что? — на лице Джесси отразилось уныние. — Мне очень нравилось это место.
Я воздержалась от напоминания ему, что если бы он навестил нас, хотя бы один раз, он бы уже знал об этом. Вместо этого я похлопала его по руке и улыбнулась.
— Там есть бургеры сейчас. Мы можем поесть их вместо пиццы.
— Черт, я хотел пиццу, — сказал он и подмигнул.
Хотя я смеялась и пыталась сохранить внешнее веселье, глубоко внутри я все еще чувствовала себя подавленной. Я оглянулась на Джесси, на этого человека — этого незнакомца, сидящего рядом со мной. Он больше не был Джесси, которого я знала. У него была новая жизнь, о которой я абсолютно ничего не знала.
В тот момент я дала себе обещание. Возможно, моего старого лучшего друга больше нет, но это не означало, что я не смогу завести нового лучшего друга. Первым шагом была попытка узнать его снова.
Я застенчиво спросила:
— Как ты так легко сюда переехал? Похоже, у тебя была замечательная жизнь в Чарльстоне. Тебе пришлось расстаться с девушкой?
Застенчиво? Это очевидно вышло неловко.
Джесси покачал головой.
— Когда это я был таким типом, который имеет подружку, Рокки?
— Ах, это верно. Ты всегда был парнем на одну ночь, — я почувствовала, толчок и стукнулась головой об окно машины. — Эй! Аккуратней!
Джесси разразился смехом.
— Извини, я забыл, какая ты легкая, — но вдруг его улыбка угасла, и голос стал более серьезным. — Я изменился, Рокки. Больше никаких мальчишеских игр.
— Больше никаких мальчишеских игр, — прошептала я.
Глава 7
Джесси и я сели в виниловою кабинку, находящуюся в RaringtoGoBurgers. Поездка заняла всего около десяти минут, но за эти десять минут мы значительно расслабились рядом друг с другом. Я могла только догадаться, что ему было примерно так же тревожно около меня, как и мне с ним, но после нашего мини разговора по душам, вся напряженность развеялась.
— Принести вам что-нибудь выпить? — спросила официантка не смотря в нашу сторону. Я чуть поморщилась, когда я заметила, как она подмигнула соседнему столику, где сидела куча парней, которых я узнала с нашего магазина.
— Если вы так заинтересованы в них, почему бы вам не отправить к нам другую официантку? — пробормотала, заставляя глаза Джесси расшириться от удивления. Думаю, в школе, я никогда не была той, кто мог постоять за себя.
— Я буду только воду, — ответил Джесси, прочистив горло. — А ты, Рокки?
— Колу, — оторвав взгляд от меню, я заметила, как Джесси бросил мне странный взгляд. Я сразу же опустила глаза, внезапно почувствовав себя неловко. В попытке переключить внимание обратно на него, я спросила: — Ты хочешь только воду? Можешь пить, если хочешь. Я могу сесть за руль на обратном пути.
Он покачал головой.
— Я не пью. С тех пор, как уехал.
— О, — я неловко заерзала и отвернулась, поймав взгляд одного из парней за соседним столиком.
— Привет, Рокс, — парень кивнул головой в приветствии.
— Привет! — я тепло улыбнулась, помахав в ответ.
— Ух ты, у тебя есть фан-клуб? — фыркнул Джесси, переворачивая страницу своего меню.
— О чем ты говоришь?
Не поднимая головы, он указал пальцем в сторону стола.
— Он, Итан. Вау, у Рокки, которой я знал, были проблемы поздороваться с кем — нибудь, у кого есть пенис. Ой! Ой!
Я ударила его под столом. Сильно.
— Я сильно повзрослела с тех пор и, кроме того, у меня нет фан-клуба. Он один из наших завсегдатаев, — Джесси открыл рот, чтобы ответить, но я быстро заткнула его. — Подумай о том, что ты собираешься сказать, прежде чем открыть рот. Я тебя по яйцам пну, если понадобится.
Он начал смеяться и закрыл меню. Сложив вместе руки, он всматривался в меня.
— Что? — спросила я, немного опешив.
— Мы поговорили обо мне, давай теперь поговорим о тебе. Если мы решили использовать это время, чтобы наверстать упущенное, тогда давай приступим.
— Ладно. Что ты хочешь знать?
Прежде чем он успел ответить, официантка вернулась с нашими напитками и приняла наши заказы. После какого-то ненужного допроса Джесси, ну действительно, сколько вопросов можно задать о бургере, официантка наконец-то ушла. Я в ожидании посмотрела на Джесси.
— Что? — спросил он, сделав медленный глоток. Было очевидно, что он медлит специально.
Чувствуя нетерпение, я повторила:
— Что ты хочешь знать?
Хотя казалось, что вопрос вертится у него на языке, он просто пожал плечами.
— Что у тебя?
Взглянув в потолок, я задумалась. Что вообще стоило рассказать обо мне?
— Эм, я окончил университет штата со степенью в изобразительном искусстве.
— Так ты закончила его, — он одобрительно кивнул головой.
— А? Что ты имеешь в виду?
Он сделал еще один глоток и облизал губы.
— В последний раз, когда мы говорили, ты сомневалась в этом. Ты сказала, что здесь нет никаких перспектив для студента — искусствоведа, и даже упомянула о переходе на бизнес или что — то в этом роде.
— Я говорила? — я скривилась. — Фу! Я? Бизнес? Должно быть, тогда я принимала наркотики.
Джесси поерзал от неловкости. Я быстро сменила тему.
— Ну, я продолжила с искусством. Подумала, что даже если я застряну в «Новинки Росси» до конца жизни, я могла бы сделать что-нибудь веселое, пока у меня был шанс.
— Это не обязательно, — он наклонился вперед, упираясь пальцами в подбородок. — Застревать, я имею в виду.
— Но так и есть, — я покачала головой и вздохнула. — Я имею в виду, ведь Эмили соскочила, как только она вытолкнула моего племянника из своей вагины.
— Очаровательная визуальная картинка.
Я захихикала.
— К тому же, не все так плохо. Я люблю своих родителей, и я, в основном, босс. Зачем идти куда-нибудь еще?
— Правда, — он барабанил пальцами по столешнице, выглядя, как будто он вот — вот взорвется. Несмотря на годы, порознь, я знала этот взгляд