Двор Алексея Михайловича в контексте абсолютизации царской власти
Шрифт:
иностранных изданий, русское посольство в XVII в. организовало свою
службу корреспонденции в Европе, поставлявшую важную для России ин-
формацию. В Москве полученные известия переводились в Посольском
приказе и переписывались набело. Чистовой вариант списков этих извес-
тий получил название «Вести-Куранты». Один экземпляр оставался в при-
казе, другие же поступали к государю и лицам, составлявшим его
ближайшее окружение. Наибольшая часть информации, содержащаяся в
«Вестях-Курантах», была посвящена военным событиям в Европе 387. «Вес-
ти» поступали из многих стран: Бельгии, Венеции, Немецких земель, Ита-
лии, Франции, Испании, Азии, Африки, Индии.
155 -
Благодаря живому интересу царя Алексея Михайловича ко всему,
что происходило в мире, в «Курантах» стали появляться известия о при-
дворной жизни иностранных государств, их культуре, искусстве, науке и
даже особенностях природных явлений. Кроме военных событий, в Моск-
ве, конечно, интересовались и информацией о придворной жизни ино-
странных дворов: коронациях, встречах государей и послов, свадьбах,
парадных выездах, развлечениях, особенностях одежды и украшений, обя-
зательных для любого из придворных церемониалов: «Из Варшавы пишут,
что его королевское величество полской и королева в добром здравье и по-
ехал в Захраце на псовую охоту» 388; «для почести невесты из девяносто
пушек выстрелили да четыре роты ее встречали и в новопоставленной
кирхе ее со арцыарцухом (эрцгерцогом – Е.С.) Фердинандом Карлом при
цесаревых и шпанских послех венчали, столование было, а езовитенские
отцы в тои ночи комедию о небесном течение держали» 389. Среди других
событий подробное описание было дано коронации шведской королевы 390.
Из природно-климатических явлений отмечали те, что считались
редкими для России: «видели чудо многие люди пламя и огнистого змея
огонь из себя бросающего… а потом выстрел великого громадного камня
на землю ударил как самая большая граната» 391; «из Неаполя есть вести,
что там еженощно звезда с хвостом видят (вероятно, комета – Е.С.) и так-
же де великий град под городом, за градом людеи и скотину на поле по-
гибло и земному плоду много шкоды учинило» 392.
Об интересе к «Вестям-Курантам» и их широком распространении
среди придворной среды свидетельствует и то, что этот источник невольно
привел к созданию нового литературного жанра, о котором, к сожалению,
сохранилось мало информации. В 70 – 80-х гг. XVII в. появились юмори-
стические «куранты» (авизы), введенные в научный оборот В. П. Адриано-
вой-Перетц 393 и дополненные Э.Малек 394. Авизы представляли собой
юмористические «куранты», которые были сатирическим ответом на ори-
гинальные «куранты». Современники, включая знать, считали, что некото-
156 -
рые события, происходившие за рубежом, сильно преувеличены, что вы-
зывало их нелестную оценку русскими читателями. Разобраться в досто-
верности «Вестей-Курантов» могли, конечно, люди, хорошо знавшие
информацию западных газет, жизнь европейских дворов. В авизах в юмо-
ристической форме придворные юмористы высмеивали нравы западноев-
ропейского быта.
Вот пример нескольких авизов: «Ис Копенгагена. Копенгагинская
круглая башня на сих днях поидет замуж и будет на банкете из Гамбурха
367 печеи в немецких епанчах да в церемонии маршалком ис Парижа три-
умфальные вороты» 395. В юмористических «Курантах» встречается боль-
шое число аллегорий, которые могли напомнить читателю реальные
исторические факты: «в Неаполе ратуша ходит без галстука в немецком
кафтане без штанов, а магистрат, сидя на печи, чрез реку обувает сапо-
ги» 396. К сожалению, нет данных о возможном авторе или авторах подоб-
ных произведений, но несомненно, что он (или они) был хорошо знаком с
содержанием «Вестей-Курантов», а следовательно, служил в Посольском
приказе и был вхож во дворец. С уверенностью можно лишь судить об их
юмористическом таланте, живом языке, сатирическом восприятии запад-
ноевропейской действительности.
В XVII в. при дворе среди художественной литературы стали попу-
лярны переводные повести и пьесы. В Россию они попадали после их
польского переложения с других европейских языков. Повести содержали
новые сюжеты, прежде не отражавшиеся в духовной литературе. Впервые
были подарены читателям образы храбрых рыцарей («Повесть о Темир-
Аксаке»), сильной знатной женщины («Повесть о царице Динаре»), кото-
рые не могли не заинтересовать «придворных дам» – боярынь царского
двора, равно как и самих цариц и царевен.
Среди других произведений знатных читателей привлекали «Повесть
о Петре Златых Ключей», рассказывающая о французском князе Петре и
его прекрасной княгине, королеве неаполитанской, «которая во своей кра-
157 -
соте и добродетели равной себе во все свете не имела» 397, а также «Повесть
о Василии Златовласом», в которой королевич «Чешская земли женится на
прекрасной кралевне франчюжской» 398, и ряд других.
Не меньшей популярностью пользовались пьесы придворного теат-
ра, семь из которых сохранились до наших дней. Пьесы русского театра
1670-х годов «отразили комплекс идей и представлений русской придвор-
ной среды того времени» 399. Такие пьесы, как «Артаксерксово действо»,
«Темир-Аксаково действо», «Комидия притчи о блудном сыне» и «О На-
вуходоносоре царе, о теле злате и о триех отроцех, в пещи не сожженных»