Чтение онлайн

— Вы пожалеете о том, что так обошлись со мной! — кричала она в телефонную трубку. — Мой муж влиятельный человек!

На этот раз устроительница вечера, которая была наслышана о том, кто такая Элфрида, и знала, что она дико обижается, если с ней не обращаться почти как с членом королевской фамилии, испугалась. Ей не оставалось ничего другого, как только позаботиться о том, чтобы у супругов Уитли действительно был хороший столик.

— А мы познакомимся с принцем Майклом? — безапелляционно и требовательно спросила Элфрида.

Устроительница бала побледнела. Этого вопроса она боялась больше всего.

— Видите ли, тот закуток, который мы отвели для официальных представлений, очень тесен и вместит лишь двадцать человек, — осторожно принялась объяснять она. — Но в Кенсингтонском дворце нам сказали, что и это слишком много и церемония представления излишне затянется. Поэтому мы решили ограничиться председателем оргкомитета бала леди Бьюкенен и ее помощницами, которые не жалели сил, дабы этот вечер стал возможным.

Элфрида тут же спросила:

— А почему меня не включили в состав оргкомитета?

Я купила немало билетов!

— Вы с вашим мужем записаны в программке как спонсоры и покровители вечера, — тактично объяснила ей устроительница бала.

— Но спонсоры не представляются королевским особам! Знаете, что я вам скажу… — Элфриде удалось, сохранив увещевательный тон, одновременно подпустить в голос агрессивности, — если вы включите меня в оргкомитет… — на этой стадии даже у Элфриды не хватило наглости просить себе место председателя, — я много сделаю для вашего вечера. Очень много! Мы купим пятьдесят билетов и окажем большую материальную помощь. Я уговорю моих друзей пожертвовать ценные призы для лотереи, а мне самой, может быть, удастся даже достать для этой же цели автомобиль! Что скажете?

Устроительница, признаться, ума не могла приложить, что сказать. Наконец вежливо улыбнувшись, она пробормотала что-то насчет будущего года… может быть…

Приехав вместе с Селвином в «Хилтон» перед началом вечера, Элфрида тут же бросилась к стенду, на котором напротив фамилий гостей были проставлены номера отведенных им столиков. Глаза ее быстро пробежались по длинному списку и наконец отыскали строчку «Лорд и леди Уитли Воксхолл. Столик № 23». Само по себе это еще ничего не значило. Элфрида метнулась к бару, где официанты подготавливали подносы с шампанским на шестьсот приглашенных гостей. Миновав стойку бара, Элфрида распахнула дверь в ресторанный зал, где и должен был проходить вечер, и налетела на одного из официантов.

— Черт! — выругалась она. — Смотри, куда идешь!

Официант пробормотал вежливое извинение и бочком отошел в сторону. Элфрида, слава Богу, не видела, какой взгляд он метнул ей вслед. Она вбежала в ресторанный зал и стала искать глазами столик № 23. Сделать это было нелегко, ибо всего в зале расставили шестьдесят столиков. Они были уже сервированы и на каждом стоял блестящий подсвечник с розовыми свечами и ваза с цветами.

Банкетный метрдотель Дэвид Ирвинг, проверявший готовность зала к приему гостей, вышел навстречу Элфриде с приветливой улыбкой на лице. Гостям разрешено было входить сюда только после официального приглашения к столу, и он уже хотел было сказать это Элфриде, но, заметив воинственное выражение на ее лице, решил воздержаться.

— Чем могу помочь? — вежливо осведомился он.

— Я леди Уитли, хочу знать, где мой столик. — Элфриде стало неловко оттого, что вынуждена была назваться. Но если бы она этого не сделала, метрдотель мог и не принять ее за леди, и тогда было бы еще хуже.

— А какой номер вашего столика? — спросил он, изящно поведя бровью.

— Двадцать три. Если он не на хорошем месте, вы должны нас пересадить.

— Боюсь, этот вопрос находится в компетенции устроителей вечера, леди Уитли. План посадки гостей утверждается ими. — С этими словами он отвел ее на середину зала. — Вот столик двадцать три. Место очень хорошее.

— А где будут сидеть почетные гости из королевской семьи?

Дэвид Ирвинг кивнул на длинный стол, сервированный на двадцать персон и стоявший всего в нескольких футах.

— Это он? Прекрасно! — Элфрида широко улыбнулась и на мгновение показалась очень хорошенькой. Затем, не сказав ни слова, даже не поблагодарив Дэвида, повернулась на каблуках и вышла из зала.

Селвин уже нагружался шампанским в баре. Сегодня он выглядел более осунувшимся и изможденным, чем обычно.

— Хочешь выпить? — спросил он, увидев ее.

— У меня есть апельсиновый, — сказала она, сняв бокал с подноса проходившего мимо официанта.

— Это шипучка, — заметил Селвин, покосившись на ее бокал.

Элфрида почти не пила, и это было одним из немногих ее достоинств. Селвин и представить себе не мог того кошмара, которым была бы наполнена его жизнь, если бы она еще и прикладывалась к бутылке.

— Знаю, — раздраженно буркнула она. На самом деле она даже не поняла, думала, взяла обычный апельсиновый сок. Теперь придется пить с умным видом, чтобы не показывать свое невежество. И что за шипучка?.. — А где все? Почему нет гостей, которых мы пригласили? Пора уже!

Они позвали на вечер бельгийского банкира с женой, двух членов совета директоров из компании Селвина, тоже с супругами, и какую-то фиктивную принцессу с приятелем.

— Еще только восемь. Мы пришли слишком рано, — ответил Селвин.

— Просто я хочу, чтобы нас никто не подвел. — Она наклонилась к нему и шепнула: — Нам дали такой прекрасный столик! В двух шагах от принца и принцессы!

— Надеюсь, там не будет поблизости оркестра.

— Господи, Селвин, да при чем тут это? Сегодня будет так здорово, так здорово! Я знаю! Тебе нравится мое новое платье?

Платье ей пошил Бельвиль Сассун. Оно было красиво, элегантно и очень стильно. Из голубой тафты с блестками. Оно несколько скрывало ее излишне пышные формы, сзади тянулся небольшой шлейф. Элфрида также надела жемчужное колье с акнамариново-бриллиантовой застежкой (подарок Селвина на свадьбу) и такие же серьги.

— Ты выглядишь очаровательно, дорогая, — ответил Селвин.

Элфрида в знак признательности крепко стиснула его костлявую руку и удовлетворенно улыбнулась. Да, она настроилась на то, чтобы получить от этого вечера удовольствие. Подобные мероприятия привлекали ее в наибольшей степени, ибо дарили возможность как следует нарядиться, познакомиться с «нужными» людьми, хорошо поесть и попозировать фотографам. Симпатичные мужчины могут поухаживать за ней, впрочем, ее это интересовало гораздо меньше остального. Она уже получила, что хотела. А именно мужа с деньгами и влиянием, красивый дом, «роллс-ройс» и целый гардероб нарядов. И Элфрида не намерена от этого отказываться. Теперь, когда она решила стать ведущей в Лондоне светской леди, ничто не должно отвлекать ее от намеченного. Секс в конце концов всего лишь механический акт. Элфрида знала, что она хороша в постели, но удовольствия от секса не получала, поэтому внимание мужчин ей было неинтересно. Тоже мне радость — возиться на простыне, как червяк! Ей нравилось другое. Покупать платья, получать приглашения на лучшие светские приемы, фотографироваться для газет. Сексом могут заниматься все, быть светской леди дано лишь избранным.

Их гости наконец пришли. На Элфриду они навевали скуку, но Селвин говорил, что это полезные для его бизнеса люди. Они заказали еще шампанского, стали знакомиться друг с другом. Бар скоро наполнила обычная для такого рода мероприятий публика. Люди переговаривались между собой, доставали деньги для участия в лотерее и радостно вскрикивали, когда выигрывали в томболу. [18] Женщины кучковались вместе, шурша тафтой, парчой, шелками и кружевами, рассматривали драгоценности соседок и выражали друг другу восторги по поводу того, как они сегодня очаровательны.