Чтение онлайн

Стоило им вернуться в Лондон из Балморала, как на них набросилась целая орава журналистов. Все началось еще в аэропорту Хитроу, когда же они добрались до дома, жизни и вовсе не стало. Репортеры разбили у крыльца целый лагерь, телефон не умолкал ни на минуту. Хьюго раньше не подозревал, что такое вообще возможно. Когда Элфрида охмурила у них в доме Селвина, газеты тоже шумели на этот счет. Тогда Хьюго полагал, что это и есть настоящий скандал. Однако, как выяснилось, то были лишь цветочки.

Селия не имела возможности выйти из дома, поэтому в Итон за сыновьями отправился Хьюго. Он привез их домой, потому что репортеры устроили в колледже форменную осаду, и директору это очень не понравилось.

Хьюго протолкался сквозь строй журналистов, поражаясь их упрямству и нечуткости.

— Мне нечего сказать вам, — буркнул он напоследок, захлопывая входную дверь.

Селия ждала его в гостиной в окружении нескольких десятков букетов цветов, присланных ей друзьями и доброжелателями. Рядом с ней на диване сидела Джеки.

Хьюго сначала поцеловал Селию, озабоченно отменив про себя ее бледность. Впрочем, взгляд у нее был твердый и спокойный. Потом поздоровался с Джеки.

— У нас на крыльце ад кромешный, не так ли? — сказал он, кивнув в сторону улицы. — Можно подумать, им больше заняться нечем. Хотите чего-нибудь выпить?

— Мы уже, спасибо, — сказала Селия. — Я пригласила Джеки отужинать с нами. Учитывая ее опыт работы в журналистике, думаю, она сможет дать нам какой-нибудь дельный совет, как нам себя вести.

— И верно, — согласился Хьюго. Он отошел к столику, где на серебряном подносе высились бутылки, и налил себе виски с содовой. — Цветов все прибывает, как я погляжу, — заметил он, оглянувшись по сторонам.

— Да. Мне и письма добрые пишут. Вот, например, сегодня пришло послание от одной дамы из Голландии, отец которой во время войны сотрудничал с нацистами. Она пишет, что искренне сочувствует мне и хорошо понимает, что у меня сейчас на душе, — сказала Селия.

— Очень любезно с ее стороны. — Хьюго ободряюще потрепал жену по плечу, но вместе с тем чувствовал, что ему не дано проникнуть в ее истерзанное болью сердце и постичь всю глубину переживаемого ею кошмара. Он не любил показывать своих чувств, но внешнее спокойствие жены его изумляло. — Так что вы можете нам подсказать в данной ситуации, Джеки? — спросил он, присаживаясь на диван.

— На вашем месте я дала бы одну краткую пресс-конференцию, рассказала бы на ней все, что посчитала бы нужным и поставила бы на этом точку во всем деле. Если вы сделаете это, есть неплохие шансы, что после пресс-конференции вас оставят в покое. Скрываясь же от представителей прессы, вы лишь будете подогревать их интерес к себе.

В глазах Селии отразился страх.

— Вы хотите сказать, что мне следует сделать заявление в присутствии всех этих репортеров и фотографов?

Джеки задумалась на минуту.

— Телевидение вами интересовалось?

— Да, меня просили об интервью все без исключения компании.

Джеки понимающе кивнула.

— В таком случае остановите выбор на Би-би-си. Пригласите съемочную группу сюда и предупредите, что дадите пятиминутное интервью — и все. Газеты перепечатают его на следующий же день, и, будем надеяться, ажиотаж вокруг вас рассеется.

— Думаете, нас оставят в покое?

— По крайней мере у них выйдет пар. Потом, почему бы вам не связаться с телефонной станцией и не попросить их ни с кем не соединять вас по телефону? Вы можете даже сменить номер, указанный в справочнике.

— Верно, Джеки! — воскликнула Селия и оглянулась на Хьюго. — По-моему, неплохая мысль, как считаешь? Мы должны принять какие-то меры. Сам собой этот ад не кончится.

— Скажите, Селия, — спросила Джеки, — как все началось? Кто рассказал «Санди глоб» про вашего отца?

Селия начала ей рассказывать про домашнего учителя, которого они наняли через агентство, чтобы он помогал Колину и Иану на летних каникулах. Поначалу у Джеки было такое лицо, словно она не верит своим ушам. Затем она порывисто подалась к Селии и схватила ее за руку.

— Вы случайно не о Роланде Шоу? — спросила она напряженно.

Селия и Хьюго изумленно переглянулись.

— Откуда вы его знаете? — спросил Хьюго.

Джеки рассказала.

— Боже мой! — воскликнула Селия. — Как же нам остановить этого человека, который только и делает что приносит всем зло?!

— Он сумасшедший, — изрек Хьюго.

— Как сказать, — возразила Джеки. — В чем-то он нормальнее нас всех. Роланд Шоу хитер, коварен и одержим мыслями об отмщении. Я бы сказала, что у него это навязчивая идея. Я не рискну утверждать, что он не нарочно подстраивает такие ситуации, которые в итоге пробуждают в нем жажду мести. Интересно бы посмотреть психиатрическое заключение на этот счет! Представьте себе человека, который специально лезет на рожон, заранее зная, что его отвергнут. Но тем не менее делает это, чтобы получить удовольствие от мести тем, кто его оскорбил.

— Тьфу ты! — фыркнул Хьюго. — Безумец он или нет, но личность зловещая. Я содрогаюсь при мысли о том, что мы добровольно подпустили его к нашим сыновьям.

Селия опустила глаза на свои руки и, нервно зажав между пальцами кольцо с бриллиантом и сапфиром, стала его крутить. Джеки догадалась, о чем она думает.

— Роланд Шоу так обошелся не только с вами. Вчера я виделась с Биллом Глассом и он рассказал мне о людях, которых ют шантажировал или подставлял каким-нибудь другим способом. Его все боятся.

— Но почему? — недоуменно спросил Хьюго.

— Потому что он опасен. И потом мне ли объяснять вам, как ведут себя англичане, когда почва уходит у них из-под ног? Делают вид, что ничего не происходит. — Джеки усмехнулась. — Поджатые губы — это у вас единственное проявление эмоций.

Селия и Хьюго переглянулись и тоже заулыбались, узнав свою национальную черту.

— Роланд же чувствует себя в такой обстановке исключительно комфортно, — продолжала Джеки. — Когда он совершает очередную подлость и у людей раскрываются на него глаза, они молчат, ибо не хотят показаться друг перед другом глупцами, оказавшимися неспособными раскусить этого субчика раньше. Он практикует весьма старые формы обмана, но, представьте себе, народ до сих пор покупается! Когда угрожают публичным унижением, предпочитаешь согласиться со всеми требованиями негодяя и не становиться у него на дороге. Мне рассказывали о молодых людях, которых Роланд приглашал на ленчи в солидные места типа «Клариджез» или «Савой-гриль», якобы для того чтобы познакомить их с нужными людьми. И вы, конечно, понимаете, чем заканчивалось дело. Вместо нужного человека появлялся сам Роланд, извинялся за своего внезапно прихворнувшего «друга», а когда уже подавали кофе, благодарил за ленч и говорил, что ему надо бежать, так как он-де опаздывает на другую встречу. В результате молодому человеку приходилось оплачивать ленч, не принесший ему абсолютно никакой пользы. Роланд «работает» очень грубо, но люди предпочитают не связываться с ним. Поэтому-то он до сих пор на плаву.

— Я даже не подозревала, — пораженно воскликнула Селия, — что такие люди существуют!

Джеки нахмурилась.

— И это еще только видимая часть айсберга. Роланд Шоу порой прибегает и к помощи наркотиков. Билл рассказывал мне об одном юноше, которого Роланд посадил на иглу. Кончилось тем, что несчастный похитил из дома фамильное серебро, чтобы заплатить за очередную дозу. Представляете, какой стыд для родителей? А Роланд опять вышел сухим из воды. Это очень опасный человек. Выбирает себе в жертвы либо очень молодых, либо стариков, беззащитных и доверчивых, слабых и одиноких. Впрочем, всех этих людей объединяет одно.