Чтение онлайн

Я все же не выдержала и спросила, не забыв при этом похлопать ресницами:

— Может, печень вам все-таки подлечить?

— Не надо. — Взгляд у мужчины опять стал испуганным, и мэр даже на всякий случай встал с кресла и отошел подальше.

Наивный… я и за пять метров лечить умею. Случалось мне встретить лихих людей в темном переулке, я им тоже кое-что подлечила, без анестезии. Убегали они от меня очень быстро.

— Ну как хотите, — пожала я плечами и участливо добавила: — Но, если что, всегда обращайтесь, вас приму без очереди. И да, я остановилась в Черном Жуке.

— Что? — опять взвизгнул мэр. — Это же самая дорогая гостиница в нашем городе.

— Да, и кормят там отменно, — улыбнулась я, закатив глаза в потолок, и добавила, вернув строгий взгляд на мэра: — Хозяин гостиницы в курсе, что я белая ведьма, так что все чеки он отправит вашему казначею.

— Вы не имеете права! — рыкнул мэр.

— Почему это? Вот тут же, в книге про Белых ведьм, всё написано… — в который раз притворно удивилась я и вновь полезла в свой саквояж, но мужчина меня остановил, процедив сквозь зубы:

— Я хотел сказать, что вы не имеете права слишком долго там проживать.

— Само собой, — кивнула я, — до тех пор, пока Белый Дом не будет полностью готов к работе. И кстати, в книге про Белых ведьм об этом четко всё сказано.

В ответ мне было лишь скрежетание зубов градоначальника.

Бедный, может, ему и зубы полечить?

Без анестезии?

Ладно-ладно, не буду… пока не буду… посмотрим на его поведение…

Возвращалась я в гостиницу уже в более приподнятом настроении.

Моя лошадка цокала по мостовой, я сидела в двуколке и, держась за вожжи, разглядывала местный городок.

В общем-то, тут было очень даже мило.

По крайней мере, на главной улице.

Двух— и трехэтажные дома в европейском стиле с кафешками и магазинами на первых этажах. Имелась даже площадь, вокруг которой располагались здания городской администрации, суда и местного управления стражами. Тут же, на главной улице, были конторы стряпчего и нотариуса. Аптека, ломбард, банк. Народу на улице было очень мало, но все со мной здоровались, смотря с любопытством, но добрым, а не злым. Я тоже здоровалась, само собой.

В общем-то, заметно было, что народ в городке по большей части добродушный и простой.

Больше всего меня пробрало от помоста, на котором местные казнили преступников.

М-да, дикие нравы, чего уж тут…

Сам Белый Дом находился у черта на куличках, на окраине города. Но не со стороны диких земель, а как раз с противоположной. Когда я въезжала в город, то мне на него указали местные стражники. Он стоял практически на въезде. Самым первым на главной улице города. Дом был двухэтажным и выглядел заброшенным, но достаточно крепким. Из кирпича. Еще и с задним двором с конюшней, двумя постройками и садом, заросшим.

Я его сильно не рассматривала, не успела, хотела как можно скорее в гостиницу устроиться да к мэру съездить — решить вопрос с работой.

Скорее всего, его возвели подальше от границы из-за того, что первая ведьма тоже боялась влияния темной энергии, потому и распорядилась построить Белый Дом именно там.

Что ж, может, оно и к лучшему, меньше ненужных людей будет шляться рядом, а лишь те, которым конкретно понадобятся мои услуги, ну и те, кто в город въезжает.

Доехать до Белого Дома я решила завтра. Сегодня уже сил никаких не осталось. Я, конечно, кремень и железная леди, и работа снабженцем в своё время научила меня биться за своё, но всё равно этот разговор меня вымотал. И хотелось простого — пожрать и завалиться спать.

Гостиница Черный Жук находилась в самом начале улицы, я уже успела разузнать, что она самая лучшая в городке.

Помимо Черного Жука здесь было еще три гостиницы.

Почему так много? Да всё потому, что в городок часто съезжались те, кто желал побывать в диких землях. Таких людей называли «дикари». Как оказалось, в Диких землях добывалось очень много различного сырья, от обычных трав до металлов, которые неплохо продавались в Светлой империи.

Говорят, там даже шахта была, куда набирали народ для работ (это мне поведал словоохотливый стражник, когда я его спрашивала, где тут гостиницы расположены), а охраной шахты занимались военные. Но только в сезон. Как только он завершался, шахту запечатывали и все быстро оттуда сваливали, ибо возвращались опасные злобные твари и рвали всех, кого встретят, на части.

От мелочи военные еще умели отбиваться, а вот от крупных особей уже нет.

Да, парадокс. Вещи, напитанные темной энергией, вовсю использовали в Светлой империи.

Правда, эти самые «дикари» приезжали лишь в зимнее время, ибо температура в это время года понижалась настолько, что опасные твари, населяющие Дикие земли, отходили подальше от границы. Во все же остальное время идти в Дикие земли было бессмысленно, разве что на смерть. И гостиницы пустовали.

Вот и Черный Жук радовал меня тишиной и спокойствием, а местные хозяева — гостеприимством.

Я вошла вовнутрь и улыбнулась жене хозяина — Улие. Женщину я уже успела полечить с утра и обещала заняться её детьми. А завтра и хозяина полечу.

Эти люди мне понравились. Вели себя радушно, кормили вкусно. Комнату выделили самую лучшую, особенно когда узнали, что платить за всё будет мэрия.

— Отужинать, госпожа белая ведьма, желаете? — спросила меня Улия. Пышечка с добрыми глазами.

— Было бы неплохо, — кивнула я.

— Тогда выбирайте любой столик, у меня всё готово, сейчас принесу, — ответила женщина.

Я же, осмотревшись, выбрала для себя по привычке столик в углу, с обзором на весь зал — и на выход заодно.

Эти привычки я заимела еще в прошлой жизни, работая старшим администратором в ресторане, когда надо было контролировать всех сидящих за столиками и выход. Чтобы в случае чего каждому клиенту уделить время и решить любую спорную ситуацию.

Улия и правда через две минуты принесла мне на подносе обед, составила на стол, пожелала приятного аппетита и вернулась за стойку.

Я принялась за еду, стараясь не съесть ложку. Все же с утра маковой росинки не было. Да и вдолбленные с детства прабабушкой манеры сказывались.

Да, мама у меня пила, а вот прабабушка была из «аристократов». Причем настоящих, польский род. Жила она долго, даже свою дочь пережила (мою бабушку) и фактически меня воспитывала до двенадцати лет, пока не умерла в возрасте ста пяти лет. Что удивительно, она была очень бодрой старушкой до конца своей жизни. И умерла во сне. Просто легла спать и не проснулась.

Я сильно горевала по ней. Она была единственным в моей жизни человеком, который обо мне заботился. Поэтому всё, чему прабабуля меня научила, я старательно помнила и всю жизнь следовала её заветам.