Чтение онлайн

Еще один заряд обжег заднее стекло, но вреда не причинил. Автолет набрал высоту и стал недосягаем для плазменных зарядов.

Безголовая фигура опустила тяжелый армейский пистолет. Несколько секунд она стояла неподвижно, затем повернулась и не совсем уверенно зашагала к бассейну.

Пройдя по лужайке, фигура остановилась у кромки бассейна, рядом с обугленной головой, и оцепенела, словно у дройда внезапно закончился заряд.

Какое-то время все было тихо, а затем послышались тяжелые шаги, и на асфальтовой дорожке появился высокий человек в длинном черном пальто и широкополой шляпе.

Мужчина подошел к дройду и остановился. Несколько секунд он, чуть склонив голову набок, с любопытством разглядывал безголового спецназовца. Затем вынул правую руку из кармана, перевернул ее ладонью вверх и разжал длинные пальцы. На ладони у мужчины лежала горстка серой пыли. Мужчина дунул на пыль. Серое облачко взметнулось с ладони, повисело несколько секунд в воздухе, клубясь, подобно крошечной туче, а затем устремилось к дройду и втекло в обнаженные сосуды, торчащие из его шеи.

Мужчина развернулся и неторопливо двинулся прочь. Вскоре его долговязая фигура исчезла за черной изгородью деревьев.

Прошло еще несколько секунд, и внезапно обезглавленная фигура дройда пришла в движение. Она сунула пистолет в кобуру, нагнулась, подняла голову и аккуратно насадила ее на шею. Раздался легкий щелкающий звук – голова пристала к шее.

Получив обратно свою голову, командир Первый-А-Эс-Двадцать Пятый повертел ею из стороны в сторону, проверяя сцепление. Белки глаз командира «ниндзей» были затянуты серой пеленой, словно на них налип песок. Он несколько раз моргнул, и серый налет втянулся под веки.

Ник гнал автолет на предельной скорости, и ум его лихорадочно работал.

«Мы скрылись от преследователей, – подумал он. – Что дальше?»

Ник не знал, почему он поступил именно так, как поступил, а не иначе. Интуиция подсказала ему действия, которые он считал правильными. Иногда человек просто знает правильные ходы, не понимая толком, к чему они приведут. Ник чувствовал, что в голове его уже созрел план действий, и план этот был вполне обоснованным, однако без помощи медитации Ник не мог выудить его из глубины своего подсознания.

– Так что ты там натворил, парень? – спросил он притихшего на соседнем сиденье чистильщика.

– Разогрел банку кошачьих консервов, – ответил тот.

Ник покосился на Геру недоверчивым взглядом.

– С каких пор это стало преступлением в нашем городе?

– Я сделал это с помощью псионического воздействия, – объяснил Гера.

Ник снова посмотрел на дорогу.

– Ясно. И как такая тупость пришла тебе в голову?

– Сам не знаю. Все вышло само собой.

– Твою клиентку увезли в больницу с ожогами. По-твоему, это нормально?

– Если бы она не позвонила в надзорную полицию, ничего бы не случилось, – пробурчал Гера.

Ник нахмурился. Черт бы побрал эту ночь!

В кармане у него завибрировал видеофон. Достав трубку из кармана и увидев на экране лицо майора Шатрова, Ник ничуть не удивился.

– Ник, это правда? – выпалил майор.

– Что именно? – уточнил Бойцов.

– Ты вступил в конфликт с представителями Военного Совета?

– Мне пришлось, шеф.

– Ты знаешь, что они теперь с тобой сделают? После внутриведомственных разборок тебя разжалуют и уволят!

– Я давно мечтаю о пенсии.

На секунду лицо майора на экране дрогнуло и покрылось рябью, но затем снова обрело четкость.

– Ник, ты что, в самом деле, не понимаешь, что натворил?

– Они хотели расправиться с псиоником – без суда и следствия.

– Они имеют на это право.

– Что за чушь?

– Дума приняла законопроект преподобного Ватанабэ. Его поддержал сенатор Громов.

– Ничего не понимаю. Громов был яростным противником законопроекта.

– Теперь он его самый яростный сторонник.

Ник нахмурился:

– Законы не принимаются так быстро. Я знаю, как Система устроена.

– Правда? Тогда считай, что сегодня Система дала сбой. Законопроект уже вступил в силу. Для псиоников все кончено. Их сгонят в резервации и подвергнут принудительной регрессии. Теперь это лишь вопрос времени.

– Что-то тут нечисто, – задумчиво проговорил Ник.

– Что? О чем ты?

– Что-то готовится, шеф. Что-то странное и… враждебное. Военный Совет натравливает на людей дройдов. Это не лезет ни в какие ворота. Да и дройды ведут себя необычно.

Майор дернул щекой и проговорил с плохо скрываемым раздражением:

– Ник, я знаю, что среди твоих осведомителей и агентов много псиоников.

– Не у меня одного, – сказал Ник.

– Верно. Но сейчас не самое лучшее время водить дружбу с генетическими уродами.

– Это вы о ком?

– О псиониках.

– Спасибо, что пояснили.

Лицо шефа на экране потемнело.

– Не нарывайся, Ник, – с угрозой проговорил он.

– Я и не думал. Но…

– Привези парня в полицейский участок, – оборвал майор Шатров. – А скандал я замну.

– Не уверен, что это хорошая идея, шеф.

– Сделай, как я говорю. Это твой единственный шанс избежать позорного увольнения.

Майор отключил связь.

Ник сунул видеофон в карман пиджака и снова уставился на дорогу. Некоторое время ехали молча.

– О чем задумался, чистильщик? – прервал молчание Ник.

– Я убил копов, – тихо проговорил Гера.

– С технической точки зрения это нельзя назвать убийством, поскольку они были дройдами.

– Но когда я их убивал, я этого не знал.

Как Ник и ожидал, здание полицейского участка было оцеплено солдатами подразделений «ниндзя» и «мангуст». Бойцы, одетые в черные униформы, выводили из здания участка задержанных псиоников и грубо тащили их к своим фургонам.

Ник затушил фары автолета и мягко остановил его в отдалении от участка.

– Если я доставлю тебя в полицейский участок, тебя подвергнут регрессии и швырнут в одиночную камеру, – сказал он Гере. – На твоем месте я бы переждал эти события в тихом месте.

– У меня нет такого тихого места, господин детектив, – уныло отозвался чистильщик. – Никто не согласится прятать псионика.