Чтение онлайн

Ориентация сама по себе проходит в жарком и безумно душном зрительном зале. Без кондиционера. Я хожу в суперстарую школу. Не поймите меня неправильно, зал великолепен. Я ожидала увидеть Бродвейское шоу в таком месте. Но сегодня в это место вливаются толпы студентов и родителей. Кажется, что у родителей сияют глаза, они выглядят нервничающими; их дети в старшей школе. Первокурсники, понурив низко головы, униженно идут в кампус вместе с родителями.

Некоторым новичкам посчастливилось уломать предков и прийти одним, что круто, потому что они не должны позже идти на все убогие представления. Они могут взять быстрый тур по этому гигантскому кампусу, найти свои классы, а затем просто расслабиться и отдохнуть с друзьями. С другой стороны, неудачники с родителями застрянут, следуя программе минута-в-минуту, убедившись, что ничего не пропустят. Аллилуйя, мои родители должны были работать.

Будучи в ОСС, ты имеешь льготы. Мы не должны слушать принципиальное гудение о правилах и нормах. Вместо этого, мы сидим сзади, строя рожицы друг другу, посылая смс-ки туда-сюда и нахваливая друг друга без видимых причин. Не могу поверить, что люди на самом деле доходят до такого. Я чувствую себя так, словно меня пытали.

Директор школы объявляет консультантов одного за другим. Они выходят на сцену и просто стоят там, не проявляя никаких эмоций вообще. Один из консультантов все же машет в знак приветствия; остальные смотрят на нее, словно она сумасшедшая. Это те люди, которые должны «консультировать» нас? Я надеюсь, что мне достанется та, что махала рукой, она, наверное, классная.

Мы все сидим ровно и все во внимании, когда объявляют чирлидеров. Они делают небольшое приветствие для поднятия духа, но в толпе практически полная тишина. Музыка начинает играть, чирлидеры начинают танцевать. Они довольно хороши, но несколько из них неуклюжи и у них нет ритма. На это почти больно смотреть. Но другие настолько энергичны, что получают большую часть внимания. Эми, конечно же, хочет присоединиться к их группе. С легкостью можно заметить желание, горящее в ее глазах. Она улыбается от уха до уха и хлопает в ладоши каждый раз, когда они завершают трюк. Серьезно, она бы полностью вписалась. У нее есть для этого все необходимые данные. Все, что ей нужно,– это типичное развратное тату4, и она впишется. Она уже даже успела подобрать подходящий рисунок для татуировки в нижней части спины.

Киша и я, с другой стороны, переполняемся трепетом, когда танцевальная команда заменяет чирлидеров на сцене. Мы любим танцевать. Мы можем сидеть напротив телевизора весь день, смотря клипы и практикуя танцевальные движения. Танцевальная команда — это даже лучше, чем я ожидала. Они все движутся синхронно друг с другом. Они формируют так много конструкций и никогда не пропускают ритм. Это как смотреть на живой концерт.

Я наклоняюсь, чтобы прошептать Киш на ухо:

— Мы должны пройти пробы на танцы. Они чертовски крутые.

— Я знаю. Хочу прыгать на сцене прямо сейчас, но они не пускают новичков в команду. Мы не можем пройти пробы до майского набора в команду для следующего года.

— Мы будем готовы. Не могу дождаться.

— Уверена, мы будем здесь танцевать на Ориентации Первокурсников в следующем году.

Слава Богу. Ориентация закончилась. Я выяснила, где мои занятия. Мистер Митчелл довольно классный. Мои друзья все еще потрясающие. Старшекурсники нормальные. Танцевальный коллектив был чертовски крутым. И Алекс... его потное, сексуальное тело, он был просто... бесподобен.

Старшая Школа Карвера... готова или нет, вот и я.

Глава 3

Святое дерьмо. Эта фигня происходит только со мной. Клянусь, что поставила будильник на своем сотовом на пять тридцать утра, чтобы у меня хватило времени на подготовку. Но, конечно, мой будильник никогда не срабатывает, и я просыпаюсь в панике.

Это выглядит так, словно я смотрю фильм ужасов, и плохой парень выпрыгивает, чтобы схватить меня. Я вздрагиваю, сажусь, мои глаза открыты. Мое сердце быстро бьется. Я беру свой телефон и вижу, что уже почти семь. Не может быть! Занятия начнутся через сорок минут. Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо! Я завела будильник на 5:30 вечера. Неудачница. Думай быстрее, шевели мозгами.

Я прыгаю в душ, хватаю свою мочалку, выжимаю на нее немного геля для душа и быстро провожу ею по всему телу. Я выплескиваю кондиционер в свои волосы — нет времени для шампуня — пробегаю пальцами сквозь свои золотые локоны и ополаскиваю все это за считанные секунды. Я сушусь, в то время как бегу в свою комнату, чтобы одеться. Впрыскиваю немного мусса в волосы. Скорее всего, это будет день вьющихся, растрепанных волос. Нет времени для выпрямителя. Легкое касание туши и блеска для губ, хватаю рюкзак и вот я уже на выходе. Никто не заметит, что я просто скатилась с кровати, верно?

Фу. Отстойно добираться до школы в поту. Мои ноги болят от такой быстрой ходьбы. Я чувствую, как расколотая голень5 горит через мою плоть. Я оказываюсь напротив уборных, куда они вешают списки классов, так же, как и расписание звонков. Где, черт возьми, мое имя? Я пропускаю списки от А до Ж. Затем от З до К. Хорошо, вот мисс Мартинез. Макмиллан. Местер. Меза. И наконец Миллер. Среди небольшого количества Миллеров, я быстро нахожу свое имя, Миллер Мэган. Это я. Уф. Мой класс не сменился. Все ясно. Я уже знаю, где мой первый урок.

Черт. Я забыла выключить свой сотовый телефон. Слышу мелодию, гудящую где-то в моем рюкзаке. Копаюсь в нем, вовремя его обнаружив.

— Где ты, черт возьми? — Стефани кричит в трубку. — Я стою перед нашим классом по науке и нигде не вижу твою опаздывающую задницу.

— Дерьмо, Стеф, я уже иду. — Громкий звуковой сигнал раздается из интеркома. – Черт, это минутный звонок?

— Я думаю, да. Тебе лучше поторопиться. Я войду и займу нам хорошие места.

Отстойно, что я опаздываю в свой первый день в старшей школе. Я выгляжу, как задница, и пахну, наверное, также, после того, как практически пробежала спринтерскую дистанцию. Теперь мои ноги пульсируют. Серьезно, почему я не могу пойти в частную школу? Это место такое большое, что вы словно прогуливаетесь по всей территории университетского кампуса. Скорее всего, чтобы добраться из одного здания в другое, нужно потратить пятнадцать минут, но у тебя только семь минут в перерывах между занятиями. Что за черт?

Вы издеваетесь надо мной? Вы. Издеваетесь. Надо. Мной. Я захожу в класс, и единственное оставленное место находится впереди. Спасибо, Стеф. Вот блин, я застряну между Марвином Джонсоном и Лэйси Лам (урожденной Цянь На) — которой я всегда завидовала, потому что она добилась того, чтобы сменить имя. В детском саду я спросила свою маму, могу ли я стать Самантой или Сарой. Конечно же, ее ответом было уверенное «нет». Убейте меня сейчас же.

Во всяком случае, я задерживаю взгляд на том месте. Стеф находится в конце класса. Она заняла отличное место рядом с каким-то горячим парнем, которого я никогда не видела прежде. Некоторым птенцам достается вся удача. Очевидно, я не одна из них.

Миссис Колдуэлл ловит мой взгляд и пристально смотрит на место впереди. Я быстро подхожу к нему, словно я еще недостаточно обратила на себя внимания своими огненно-красными щеками, мокрыми волосами и тяжелым дыханием. Я, наверное, выгляжу, словно какая-то шелудивая, золотистая дворняжка. У меня все еще не было возможности полностью отдышаться. Каждый раз, когда я вдыхаю, чувствую, словно мои легкие горят. Ничего хуже, чем это, произойти не может.

— Доброе. Утро. Дамы. И. Господа. Добро. Пожаловать. На. Естественные. Науки. — У Миссис Колдуэлл самый монотонный, тоскливый голос, который мне когда-либо приходилось слушать. Это напоминает мне о том бестолковом преподавателе в «Выходном дне Ферриса Бьюллера»6, — Бьюллер, Бьюллер, Бьюллер... — Каждый день этот чертов кошмар будет в семь сорок утра. Вряд ли я даже выживу до второго урока.