Чтение онлайн

Сюсюкин повернулся к присяжным:

— Господа, вы слышали? Граф содержит русский военный гарнизон за собственные деньги. Это поведение предателя?

Шереметев покачал головой. Багратион что-то пробормотал себе под нос. Нессельроде записал цифру.

— У меня больше нет вопросов к графу, — объявил Сюсюкин. — Но есть вопросы к обвинению.

Он повернулся к Каменеву:

— Господин майор, а вы сами воевали с турками?

— При чём тут это?

— Отвечайте на вопрос.

— Нет, не воевал.

— А участвовали в дипломатических переговорах?

— Тоже нет.

— Тогда на основании чего вы судите о действиях графа?

— На основании фактов!

— Каких именно? — Сюсюкин достал блокнот. — Назовите хотя бы один факт, доказывающий измену.

Каменев молчал.

— Не можете? — адвокат закрыл блокнот. — Тогда о чём речь?

Он обратился к судье:

— Ваша честь, обвинение не представило ни одного доказательства вины подсудимого. Всё строится на домыслах и предположениях.

— Возражение! — крикнул Каменев. — Факт получения наград от врага говорит сам за себя!

— А факт размещения русских войск на этих землях о чём говорит? — парировал Сюсюкин.

Майор снова замолчал. А адвокат подошёл к присяжным:

— Господа, защита утверждает: граф Магинский не только не предавал Россию, но и служил ей сверх всякой меры. Рисковал жизнью, тратил состояние, жертвовал личным счастьем — всё ради блага империи.

Он сделал паузу:

— И если мы накажем такого человека, то пошлём сигнал всем остальным: не служите слишком хорошо, не рискуйте слишком много, не добивайтесь слишком больших успехов, а то объявят предателем.

Сюсюкин вернулся к своему столу:

— У защиты больше нет вопросов.

Зал гудел. Настроение изменилось кардинально — теперь многие смотрели на меня не как на предателя, а как на героя. Но я знал: это только начало. Главные козыри у нас ещё впереди.

Каменев поднялся со своего места. Лицо его было красным от злости. Майор понимал: защита переворачивает дело с ног на голову. То, что час назад выглядело как предательство, теперь походит на героизм.

— Всё это красивые слова! — выкрикнул он. — Но факты остаются фактами!

Обвинитель подошёл к своему столу, схватил папку с документами. Руки его дрожали от ярости.

— Граф Магинский получил награды от врага! — продолжал он, размахивая бумагами. — Это неоспоримый факт! И никакие оправдания не изменят сути. Никто не получает награды от врага. Только предатель и тот, кто продался. Этот факт известен всем. Тем более турки никогда просто так не пошли бы на такое.

Сюсюкин слегка поморщился. Я заметил это. План шёл не совсем гладко, Каменев всё-таки сумел частично восстановить позиции.

— Господа присяжные, — майор обратился к военным аристократам, — не дайте себя обмануть красноречием защиты! Измена остаётся изменой, какими бы словами её ни прикрывали. У кого ещё из военных в нашей стране есть награды от врагов? Вы знаете, я проверял всю ночь — от рядового до генерала. Хотите услышать ответ?

— Да, — кто-то тихо произнёс из зала.

— Только у Магинского на всю нашу огромную империю. Не дайте себя запутать и отвлечь от сути.

Шереметев нахмурился. Багратион сжал челюсти. Нессельроде отложил ручку и внимательно посмотрел на обвинителя.

— Да, граф разместил войска на турецких землях, — продолжал Каменев. — Но кто сказал, что это не часть плана? Кто сказал, что это не прикрытие для дальнейшего сотрудничества с врагом?

Майор нащупал скользкий момент и давил на него.

— Где гарантии, — голос обвинителя становился всё громче, — что граф не использует эти войска против России? Что не повернёт их штыки в сторону наших границ? Вдруг эти люди уже продались и ждут только сигнала? А мы позволим им там находиться и надеяться на кого? На армию? Нет, на одного земельного аристократа. Вся страна.

Вдруг стало тихо. Вопрос был болезненным. Присяжные переглянулись с беспокойством.

Сюсюкин встал:

— Протестую! Обвинение спекулирует!

— Отклоняется, — отрезал судья. — Обвинитель имеет право высказывать сомнения.

Каменев торжествующе улыбнулся:

— Именно! Сомнения в верности человека, который получает подарки от врагов!

Он подошёл ближе к присяжным:

— А теперь давайте поговорим о генерале Ростовском. О человеке, который покровительствовал графу.

Майор достал ещё один документ:

— Вы хотели доказательства? Теперь я могу их предоставить. Пока ещё не озвученный приказ императора. Читаю: «За превышение полномочий и недопустимые связи генерал-князь Ростовский Михаил Григорьевич снимается с управления южной армией страны и временно отстраняется от любой воинской службы».

Тишина в зале стала звенящей.

— Князь Ростовский, — продолжал обвинитель, — брат императора, герой многих войн, человек безупречной репутации. И даже он не избежал наказания за ситуацию с Османской империей.

Каменев повернулся ко мне:

— А что говорить о простом графе? О человеке, который открыто получал подарки от турок?

Сюсюкин сжал кулаки. Этот удар был тяжёлым, майор использовал опалу Ростовского против нас.

— Господа присяжные, — Каменев обвёл их взглядом, — перед вами не просто дело о государственной измене. Перед вами дело о заговоре! О сговоре высокопоставленных лиц с врагами России!

Он поднял руку:

— Генерал даёт графу задание, граф выполняет его особым образом. Получает от врага награды, возвращается с выгодным для турок договором. А Ростовский всё это покрывает!

Майор сделал паузу:

— Идеальная схема! Пока один действует открыто, другой обеспечивает прикрытие в штабе.

Проклятье! Каменев выстраивал стройную картину заговора, и она выглядела убедительно.

Присяжные переглядывались с тревогой. Шереметев что-то шептал Багратиону. Нессельроде быстро записывал.

— И что же мы имеем в итоге? — продолжал обвинитель. — Генерал смещён. Но граф до сих пор на свободе! До сих пор владеет землями, полученными от врага! До сих пор…

Каменев не закончил фразу.