Чтение онлайн

Иван с удивлением смотрел на Василя. Тот, словно позабыл о том, что на него наставлено два ствола, что уши у него прострелены, а у двери валяется труп его охранника, застреленного Иваном.

Глаза его затуманились и подернулись какой-то расплывчатой пеленой. Рот приоткрылся, язык делал странные движения, словно, действительно, Василь лизал женщину между ног...

Он закатил глаза и начал делать конвульсивные движения бедрами, словно трахал кого-то...

Иван посмотрел на Козырева в полном недоумении. Впервые он видел человека, который забыл о своей смерти, хотя она стояла совсем рядом с ним...

Козырев, судорожно сжимая в руке чек, выписанный Василем, пожал плечами и красноречиво покрутил пальцем у виска...

Василь издал протяжный стон и сполз на своем кресле так, что видна была только его голова и руки, лежащие сверху на крышке.

Глаза его открылись и он посмотрел на Ивана так, словно видео его впервые...

– Чего ты хочешь? – спросил он вяло и безразлично. – Скажи мне, чего ты хочешь, швед?

– Я ищу человека по имени Крестный, – сказал Иван. – Если ты когда-нибудь жил в Москве, ты должен был слышать это имя...

– Я слышал о Крестном, – неожиданно для Ивана сказал Василь.

Иван напрягся, но следующая фраза Василя заставила его расслабиться.

– Я слышал, что это он убил Белоглазова... Там, в России... Об этом сообщали в газетах и рассказывал мне начальник кантональной полиции, майор Эпиналь... Почему ты ищешь Крестного здесь?

– Потому что мне сказали, что он прячется у тебя, – ответил Иван.

– Крестный? – переспросил Василь. – Прячется? От кого?

– От меня, – сказал Иван и вздохнул.

Все происходящее казалось ему уже ненужной суетой, лишенной главной цели... Крестного здесь нет и никогда не было.

Никитин обманул его. Специально отправил подальше от Москвы, чтобы самому разобраться с Крестным... Еще, наверное и хвостом Ивана наградил! Когда Иван спрыгнул с поезда, от хвоста он наверняка оторвался, но если человеку известен адрес, по которому Ивана отправили за мнимым Крестным, шпик неизбежно появится в Лозанне и даже здесь – окало резиденции Василя, чтобы вновь сесть ему на хвост и сообщать в Москву обо всех действиях Ивана...

Ну, что ж! Посмотрим еще, кто в конце концов останется в дураках!

Василь впервые посмотрел на Ивана с уважением. Человек, от которого прячется московская легенда, сам всесильный Крестный, не мог не вызывать у Василя самого искреннего уважения...

Когда Василь заговорил, тон его заметно поменялся. Теперь он уже не угрожал, не пытался купить Ивана, он просил, он объяснял, он оправдывался...

– Я, действительно, ничего не знаю о Крестном, – сказал Василь. – Я слишком мелкая мошка, чтобы он имел со мной дело... Я хотел всю жизнь только одного, уехать из России и забиться куда-нибудь в тихий уголок, где никто не помешает мне... делать все, что я хочу! Я хочу не так уж много... Я просто больной человек, который знает о своей болезни... Но у меня нет сил этому сопротивляться... Стоит мне подумать о моих девочках, об их мохнатых зверьках, прячущихся между ног от мужских взглядов, я не могу сопротивляться тому, что поднимается во мне сладкой волной...

Дальше Иван не слушал.

– Я тебя вылечу... – сказал он и выстрелил Василю в переносицу.

Тот дернулся и застыл за столом, так и не убрав руки со столешницы из грубого дерева. Мечтательная сладострастная улыбка навечно застыла на его лице...

Его болезнь прекратилась одновременно с его жизнью.

Козырев заскребся в углу и подал голос.

– Хорошо бы оказаться где-нибудь поблизости от Лозаннского муниципального банка раньше, чем его управляющему станет известно о смерти его клиента, – сказал бывший капитан дальнего плавания и кивнул на развалившегося за столом Василя.

Иван вспомнил, как их вел охранник по замку к кабинету Василя.

Они прошли по каменной лестнице на второй этаж, затем миновали небольшое помещение, где пятеро охранников резались в карты и еще через небольшой коридорчик – каморку, в которой сидел какой-то худой и долговязый охранник, скорее всего – что-то вроде секретаря Василя.

Потом еще один очень длинный коридор и они уперлись в дверь перед которой теперь стояли с другой стороны в кабинете хозяина замка...

Теперь уже – бывшего хозяина.

«Один, пять и еще один у двери в замок, – прикинул Иван. – При благоприятном стечении обстоятельcтв мне нужно будет убить всего семь человек... При неблагоприятном – двадцать девять... Я уже сделал...

Он на мгновение напряг память.

...Уже семь выстрелов... Двух пистолетов мне явно не хватит.»

Он поверил магазины своих «макаров» и один из них спрятал в карман, а другой зарядил полностью. Затем взял автомат охранника, труп которого загораживал дверь, а в кармане у него нашел запасной магазин. Это сильно улучшило его настроение.

– Пошли! – скомандовал он Козыреву, который хоть и был сейчас лишней обузой, в дальнейшем мог сильно пригодиться – когда пойдет игра с Никитиным и Ивану понадобится свой человек в Лозанне...

Но прежде всего нужно было выбраться из замка. Иван приоткрыл дверь и осторожно выглянул в каменный коридор. Там никого не было, не слышно было никаких признаков поднявшейся в замке тревоги. Толстые каменные стены надежно скрадывали и выстрелы и крики...

От мрачных, истертых временем камней, из которой были сложены стены, веяло каким-то очень близким Ивану настроением...

«Наверное, эти стены видели на своем веку много смертей и боли, – подумал Иван. – От них словно исходит запах, который кружит мне голову, словно стакан водки!.. Хотел бы я жить лет четыреста-пятьсот назад, чтобы мне каждую секунду угрожала опасность и я каждое мгновение готов был убить своего противника! Впрочем, я так и живу сейчас... Я готов! Смерть – моя Женщина! Боль – моя Сестра!.. Вот место для меня – этот замок впитавший в себя запах крови и страдания... Я бы поселился здесь и дышал этим воздухом смерти, который наполняет его... Боль и Смерть! Вот моя жизнь... Я должен убить Крестного! Я должен убить Крестного... Я должен это сделать, иначе я превращусь в вечного убийцу, который рыщет по свету в поисках тени человека, уже убитого другим! Вот что приготовил мне Никитин, отослав сюда, подальше от Москвы, а сам в это время охотится на Крестного! Если я его не убью, я никогда не сумею обрести покой и смерть! Я не смогу умереть, даже если захочу этого... Хочу ли я умереть сейчас? Нет! Только не с сейчас! Пока жив Крестный, я не могу умереть! Я должен его убить! Я возвращаюсь в Москву!..»

Едва Иван вывернул из-за угла с автоматом на шее и пистолетом в руке, очкастый секретарь судорожно дернул головой, взглянув на него, и успел сделать два движения, причем первое из них было ошибочным...

Его правая рука дернулась сначала к пистолету, который лежал справа от него на крышке стола, а потом, изменив направление своего движения, попыталась нажать на красную кнопку тревоги, расположенную еще правее на столе, но бессильно упала на половине пути, перебитая пулей из пистолета Ивана...