Чтение онлайн

Отец даже ради блага всего королевства не причинил бы дочери и малейшей боли. Но она тоже любила отца. Однажды вечером вывела своего любимого коня из королевской конюшни и покинула те земли навсегда. И ничего о ней с тех пор в королевстве не слыхали.

Хозяюшка прервала свой рассказ.

— Хозяюшка, эта история — твоя? А что было дальше, как сложился путь принцессы? — спросил катанабуси.

— Дальше была жизнь, длинная, какие бывают только в сказках. Принцесса стала помогать всем, кто просит помощи на трудном пути. Как просил ты, воин.

— Я не просил…

— Просил, воин. Ведь я услышала и привела тебя в свой дом. Так ясно увидела, что ждет тебя — слепое блуждание в чародейском лесу, пока последние силы не оставят тебя, а потом уснул бы ты колдовским сном и спал бы, покуда не остановилось твое сердце. Ах, воин, люди так часто просят о помощи, но почему слышны мольбы лишь немногих? Я помогла бы всем, у меня много сил, я бы смогла. Но их слов не слышно, ведь они не просят, они лишь произносят слова, бедные страдальцы. А когда, наконец, вспомнят, кого просить — это случается так поздно, что даже я не всегда успеваю…

— Хозяюшка, вышло так, что твой дом оказался у меня на пути. А если бы ты жила за тридевять земель?

— А я и живу за тридевять земель. Там наш дом — мой и Труворда. Ему я тоже помогла когда-то. Он полюбил меня и остался со мной. Не испугался разделить ношу… Но довольно воспоминаний. Тебе, воин, надо хорошо отдохнуть. Тебя ждет долгий путь. И я вижу тень смерти у тебя за плечом.

Мастер Ри вспомнил о башибузуке и осторожно повернул голову — того не было.

— Нет, — покачала головой Хозяюшка, — здесь, в моем доме даже эта тень отступает. Но ты ведь не останешься навечно здесь затворником, а избавить тебя от тени я не могу. Отдыхай, Мастер Ри. Сейчас я еще напою тебя и накормлю. К тебе вернутся силы. А завтра в путь.

Вечером на пороге дома возник странник.

— Ну, вот я и пришел, Хозяюшка, — сказал странник и постучал посохом по крыльцу.

Она кивнула и прошла мимо, неся в дом крынку с парным молоком.

— Болен, стало быть, — странник подошел к постели катанабуси с таким видом, словно они были знакомы уже лет сто и виделись в последний раз не далее вчерашнего, и положил свою шершавую ладонь на лоб Мастера Ри. — Выздоравливаешь. Ну что ж, завтра с рассветом уходим.

Странник подсел к огню. Там он просидел весь вечер. Что-то перебирал в походном мешке, что-то штопал, читал в ветхой книге, время от времени подкидывая дровишки в очаг. Пламя уютно играло тенями на бревенчатых стенах. Мастер Ри заснул…

— Вставай, лежебока! — Странник толкал его в бок. — Вот и утро. Пора идти любоваться рассветом.

Мастер Ри поднялся. Вчерашней разбитости как не бывало — он ощущал себя легким и отдохнувшим. Хозяюшка накрыла стол, они позавтракали, все вчетвером. А потом, собрав вещи, странник с катанабуси вышли из дома.

— Ну, стало быть, мы ушли, — попрощался странник и зашагал в сторону леса.

— Прощайте. Спасибо вам, — поблагодарил Мастер Ри.

— Не благодари за помощь. До свидания, Мастер Ри, отважный воин. Мне нечего дать тебе с собой, но пусть улыбнется тебе удача и дух твоего народа да будет с тобой, — Хозяюшка прощально помахала рукой.

Молчаливый Труворд стоял рядом с ней и улыбался.

Мастер Ри со странником углубились в лес и пошли по тропе, петляющей среди редких деревьев. Катанабуси обернулся, чтобы еще раз увидеть гостеприимный дом — но странно, даже дыма уже не было видно.

Еще немного они прошли и незаметно очутились на большаке. Остановились осмотреться.

— Однако отклонился ты, рыцарь, — заговорил первым странник. — Ведь тебе на север и к востоку?

— Туда я иду.

— Эта дорога ведет в иную сторону. Разве не знал?

— Нет. Я шел по тракту, но в лесу сбился с пути. Сильно отклониться, думаю, я не мог.

— Эх, молодо-зелено, — вздохнул странник. — Знаешь, что это за земли? О, здесь тебя ожидает много чудн'oго! Отныне я тебя поведу, так будет вернее. Куда и зачем идешь — то мне ведомо. Дорогу туда я знаю.

Мастер Ри задумался. Лес совсем не походил на позавчерашний — колдовской, страшный. Редколесье тянулось по левую руку большака, — оттуда они и вышли, — а по правую, к востоку, расстилался большой луг. Насколько луг велик — сказать было трудно, из-за тумана. Туман стылыми струями змеился у земли, а дальше, к горизонту, поднималась розовая стена. Лучи восходящего светила уже проницали эту пелену, чтобы вскоре ее развеять без следа.

Раздался треск ломаемой ветки — через большак перескочила косуля и понеслась по лугу, исчезая в тумане. Мастер Ри проводил ее взглядом и сказал:

— Что ж, веди.

— Тогда пошли, рыцарь. Ты верно меня понял. Я тебя выведу. Сначала вот этой дорожкой, ну а потом, как стемнеет, пойдем по звездам. Держать путь по звездам — самое верное в этих местах. Звезды не обманут.

Когда странник, наконец, объявил отдых, присел на поваленное дерево и полез в мешок за едой, Мастер Ри, случайно глянув вправо, обнаружил давно уж не маячившую там фигуру башибузука. Тот как будто мирно посапывал, но был разбужен взглядом Мастера Ри — зевнул, ухмыльнулся и со значением провел пальцем по лезвию сабли.

— Вот она, началась твоя дорожка, рыцарь, — сказал странник, указывая на узкую тропку, уводящую вправо от большака. — Стало быть, по ней нам и идти. А пока давай посидим-поедим.

Вечером, на привале в лесу, у костра, когда на огне поджаривался изловленный Мастером Ри заяц, завязался у них разговор.

— Знаешь, зачем идешь к Железному Грону? — спросил странник.

— По предсказанию Королю Артуру, — ответил катанабуси.

— Нет, рыцарь, в мыслях у тебя иное, — странник смотрел на пламя костра, на аппетитную, истекающую жиром тушку.

— Почему ты ведешь меня? Тебя позвала Хозяюшка?

— Да, она меня просила. Но есть и иная причина, какая — не скажу. А еще мне надо всё видеть. Всё самое главное, что происходит в этом мире. Такая моя судьба — видеть великое и свидетельствовать об увиденном. Знаешь, сколь много брехни родится в головах тех ничтожных, что неспособны подать грош несчастному бедняку, а рядят себя в тоги героев? Знаешь, сколько мерзких дел выдается за великие и созидательные деяния? Поживи с мое — узнаешь. Да, я прихожу только к носителям великих судеб, рыцарь. Твоя судьба тем и привлекла меня. Судьба и Хозяюшка, вот так.

— Ты умеешь читать судьбы, странник? Может, ты волшебник, предвидишь будущее?

— Э-э, пустое. Не волшебник я вовсе. Волшебники и колдуны и близко к землям Железного Грона не ходят. И будущее не могу я предсказать. Меня иное интересует. Слыхал о книге судеб?

— Слышал. У нас, иканийцев, есть три книги судеб.

— Нет, эта книга иного рода. Не у людей она, нет. Там, где она пишется, наша жизнь, будь она длиною в один день, будь в тысячу лет — лишь одно слово.

— Может, ты говоришь о знаках судеб? Мы, иканийцы, знаем, что у каждой судьбы есть свой знак — об этом и говорят наши книги.