Чтение онлайн

Сообразив, что несколько пар она все-таки успеет прослушать, Софи назвала адрес колледжа.

– Ладно. Мы еще встретимся за ленчем! – и он ушел, оставив ее в предчувствии неизбежных перемен.

До ленча время текло лениво и неспешно, возможно, из-за того, что посетителей на этот раз было немного, – начинался сезон отпусков, и окрестные фирмы одна за другой распускали сотрудников на летние каникулы.

Софи сразу почувствовала, что в зале появился Клейтон. На этот раз он был один. Мило улыбаясь и немного смущаясь, она подошла к нему, чтобы, как обычно, принять заказ. Но, не утерпев, спросила:

– Твои друзья в отпуске, Стивен?

Он рассеянно пошарил глазами по пустому столику, как будто не мог понять, о ком идет речь, и лишь потом сказал:

– Нет, я отправил их в другой ресторан. Мне хотелось поговорить с тобой без свидетелей. Но вначале – это тебе!

И он протянул ей яркую коробку, на которой было написано «сотовый телефон».

– Я не хочу больше воображать себе всякие гадости. Хочу просто позвонить тебе и договориться о встрече. А то от неизвестности вполне можно сойти с ума.

Поняв, что всю эту ужасную неделю он чувствовал то же самое, что и она, Софи с облегчением улыбнулась. Но, взяв коробку, все же сказала:

– Я возмещу тебе стоимость телефона.

Стивен вскинулся.

– О боже! Только не надо играть в независимость! Просто возьми его, и все. Номер я записал. И очень прошу тебя – носи его везде с собой. Чтобы я знал, где ты и что делаешь.

Почувствовав себя рыбкой на крючке опытного рыболова, Софи заколебалась, но Клейтон всунул ей в руки коробку и скомандовал:

– А сейчас быстро неси мне ленч! Гляди – вот тот сердитый тип смотрит на нас, не отрываясь, уже минут пять!

Обернувшись, Софи встретила сердитый взгляд мистера Бойса, и, испуганно пискнув, побежала в подсобку. Засунув телефон в свою сумочку, метнулась на кухню, взяла заказ Клейтона и быстро его принесла. За соседними столиками сидели голодные посетители, поэтому она бегала между столиками весь ленч, лишь с минуту постояв возле Стивена, выписывая ему чек.

После работы она открыла коробку и убедилась, что телефон был гораздо дороже, чем она могла себе позволить, с диктофоном, прекрасными фотоаппаратом и видеокамерой, с большим дисплеем, по которому, при желании, можно было смотреть телевизионные передачи.

Пожав плечами, она положила его в сумочку, и тотчас же раздался звонок. Стивен был опять недоволен:

– Ну, наконец-то ты соизволила включить телефон! Запиши в память номер моего телефона и звони, если нужно!

Софи подумала, бывает ли он когда-нибудь в нормальном расположении духа, но послушно нажала на нужные кнопки.

Стивен продолжил:

– Ну, хорошо, теперь я несколько успокоился. Помни, вечером я жду тебя на углу колледжа! Позвоню, как подъеду.

Решив, что он нервничает из-за неприятностей на работе, она искренне ему посочувствовала и отправилась в колледж. Сосредоточиться было неимоверно сложно, в голову постоянно лезли непрошенные мысли о предстоящем свидании. После восьми часов слушать преподавателя и вовсе стало невозможно. Софи сидела как на иголках, ожидая звонка Клейтона. Звук она отключила, поставив телефон на вибратор. Но вот он тихо загудел, давая ей знать о вызове. Шепнув в телефон:

– Спущусь через пятнадцать минут, – она отключила его и продолжила машинально записывать лекцию, не вникая в смысл произносимых преподавателем слов.

Когда через двадцать минут она влетела в машину к Стивену, тот был уже доведен до белого каления. Сорвав машину с места, рванул по Бруксу, не обращая внимания на возмущенные сигналы обгоняемых им водителей.

Подъехав к Восьмой авеню, сбавил скорость перед одиноко стоявшим небоскребом. Медленно объехав его, припарковался на внутренней стоянке для жильцов дома. Догадавшись, что это его дом, Софи нерешительно вышла из машины. Идти с ним в его квартиру означало лишь одно, а к этому она была вовсе не готова. Во всяком случае, так сразу.

Клейтон смотрел на нее с таким голодным выражением полуприкрытых веками глаз, что ей стало не по себе. Но, когда он решительно обнял ее за талию и повел внутрь, она не сопротивлялась. Одинокая безнадежная неделя отучила ее от возражений.

Едва заведя в большую, богато обставленную квартиру, Стивен прижал Софи к стене и принялся целовать, одновременно скидывая одежду с себя и раздевая ее.

Неизведанное еще ощущение от поцелуев мужчины в оголенную грудь заставило Софи вскрикнуть от удовольствия. Соски тотчас затвердели и выпятились вперед, словно торопясь узнать волшебство прикосновений его теплых губ и нежного языка. Но Стивен словно нарочно пропускал их, целуя каждый дюйм нежной груди, не замечая просительных стонов Софи. Наконец, когда кончик его языка пробежал сначала вокруг одного, а затем и другого соска, она вся содрогнулась от сильной непроизвольной реакции, между тем как руки Клейтона сдвинулись ниже, лаская ее талию и бедра.

Эти сильные руки чуть задержались на кружевах ее трусиков, в то время как нежный поцелуй в губы заставил Софи раствориться в море сладострастного наслаждения, и она не могла уже больше говорить, а лишь вскрикивала и стонала. Одна его рука нашла вдруг самый центр ее страсти и принялась мягко и нежно ласкать его, от чего она, вся содрогнувшись, выгнулась и приникла к нему. Ни в одной из прочитанных ею книг не говорилось о вспышке ощущений от прикосновений рук мужчины и о неудержимом экстазе под действием этих опытных рук.

Она никогда еще не испытывала столь интимной любовной ласки, и никогда не позволяла мужчине распоряжаться ее телом словно своей собственностью. Однако дрожь в руках и ногах и постепенно нараставшее наслаждение заставили ее желать продолжения этих ласк, ведущих к высшему блаженству, которое мог ей подарить Стивен.

Но вот он и сам что-то горячо зашептал и, подхватив ее на руки, быстрыми шагами понес в спальню. Прикосновение к спине прохладной простыни заставило ее немного протрезветь, но губы Стивена вновь опрокинули ее в сотканный из иллюзий нереальный чувственный мир.

Она пыталась сказать ему, что для него это все внове, но он не дал ей произнести ни слова. И, когда он, приподняв ей бедра, вонзился в нее в неистовом порыве, она не смогла сдержать стона. Удивившись, он, на минуту замерев, посмотрел на ее искаженное болью лицо и, прохрипев:

– Извини, я был слишком самоуверен! Но остановиться я не могу! – продолжил движение, стараясь действовать более мягко.

С вздохом облегчения упав рядом с ней, он хозяйским жестом подтянул ее поближе к себе и замолчал. Когда через несколько минут Софи подняла голову и посмотрела на него, он спал. Во сне его лицо было таким довольным, почти счастливым, что она завистливо вздохнула. Вот уж она-то никакого счастья не чувствовала. Наоборот, ее глодали досада и сокрушение. И продолжения этой ночи она никак не хотела.

Как она могла поступить так беспечно? Куда делись ее моральные правила и здравый смысл? Ей захотелось плакать, и она осторожно выбралась из-под тяжелой мужской руки. Хлюпая носом, нашла дверь в ванную и вымылась под душем, даже не пытаясь сделать вид, что все нормально, как она поступала при всех своих неудачах.

На этот раз ее проступок был куда серьезней любой предыдущей ошибки. Она все-таки умудрилась стать игрушкой богатого и нахрапистого господина. Ей не хотелось называть Стивена так, но это было правдой, хотя и неприятной. Оглянувшись по сторонам, отметила богатство обстановки и скривилась.