Чтение онлайн

Но он скоро обнаружил, что слишком расстроен, слишком встревожен, чтобы написать хоть строчку.

Он пошел на задний двор косить траву, думая, что движение поможет ему отвлечься от мрачных раздумий о сестрах Уэйд, о Дженнилин и ее угрозах. Но трава набрякла от ночного ливня, и косить ее было невозможно.

Когда в начале шестого у подъезда остановился белый кабриолет Уэйдов и из нее вышла одна из сестер, Бобби испытал странное облегчение. Наконец-то хоть что-то прояснится! — подумал он.

Он побежал ей навстречу. Еще в машине он увидел красную безрукавку до пупка и тут же понял, что это Саманта. Бри никогда не одевалась так вызывающе.

— Эй, откуда у тебя машина? Я думал, у тебя нет водительских прав! — крикнул Бобби.

Девушка рассмеялась.

— Родителей не было дома, — объяснила она. — Вот я и решила прокатиться.

Он прислонился к машине.

— Я звонил тебе, Саманта. Хотел поговорить. Я…

— Мне тоже нужно с тобой поговорить, — перебила она его, кивнув на свободное сиденье. — Садись. Покатаемся.

Бобби обошел машину и неохотно сел рядом с Самантой.

— Только ты не будешь гнать, ладно?

— Пристегни ремень, — усмехнулась она. Через несколько минут они уже катили по Олд-

Милл-Роад к выезду из города. Солнце уже опускалось за кромку леса, стало холоднее.

— Вчера мне звонила Дженнилин! — сообщил Бобби, силясь перекричать вой ветра.

Саманта, не отрываясь, смотрела на дорогу.

— Ты, наверное, хотел сказать Бри? — прокричала Саманта в ответ. — Это была Бри.

— Она назвалась Дженнилин. Она сказала…

— Ничего не слышу, — крикнула Саманта и тронула его за руку, будто прося помолчать. — Поговорим, когда приедем на место.

— На место? — удивился Бобби.

— В лесную хижину, нам же нужно где-нибудь поговорить, — сказала она. — Спокойно.

Дома кончились, и за окном потянулись бескрайние поля, все в непросохших каплях дождя, сверкавших в лучах заходящего солнца, словно изумруды.

Ветер стучал в лобовое стекло. Бобби откинулся на спинку сиденья и взглянул на Саманту. Она смотрела прямо перед собой прищуренными глазами. Он подался вперед, собираясь включить радио.

Тут ветер сдул бретельку с плеча девушки, и Бобби едва не вскрикнул, увидев на левом плече крошечную синюю бабочку.

— Татуировка! — воскликнул он, схватив ее за плечо. — У тебя татуировка!

Она окинула его хмурым взглядом:

— И что? Чего это ты так разволновался?

— Но… но… — прошептал Бобби. — Но ведь вчера, когда я встретил тебя в центре, ее не было!

— Что? — Саманта поднесла руку к уху. — Ну-ка повтори. Я, наверное, ослышалась. Я не была вчера в городе. Мы вчера не виделись с тобой, Бобби!

Она выстроилась в левый ряд, обогнав грузовик с длинным прицепом. От такой дерзости водитель возмущенно засигналил.

Бобби заткнул уши.

— Так у тебя всегда была эта татуировка? — спросил он.

Она кивнула.

— А в чем дело? Я же уже показывала ее тебе — в школьной лаборатории, помнишь?

Впереди показался лес. Саманта свернула на узкую тропу, ведущую к хижине.

Они затряслись по неровной колее, по машине заплясали темные тени. Бобби вдруг обнаружил, что тяжело дышит. Руки тряслись. Его охватил озноб.

Может, он замерз на холодном ветру?

— Ты говорила со мной о том, что надо убить Бри, — говорила? — спросил он.

Саманта повернулась к нему с хищной усмешкой на лице.

— Я уже все придумала, — сказала она, сверкнув глазами. — Она даже не поймет, что произошло.

Бобби закрыл глаза. Неужели это не сон? — думал он.

Машина тряслась под густеющим куполом деревьев. Потом они остановились. Бобби открыл глаза. Впереди, в полутьме, виднелась лесная хижина.

Ветви высоких, древних деревьев заволакивали все небо, и здесь было темно, будто ночью. Погруженный в раздумья, Бобби сидел, не двигаясь, пока не почувствовал, как Саманта сжала его руку.

Он посмотрел на ее лицо с разрумянившимися от ветра скулами, обрамленное растрепавшимися волосами.

— Пойдем в дом, — тихо сказала она. — Нам нужно поговорить.

Бобби кивнул.

— Да. Нужно.

Он выбрался из машины и пошел по мокрой траве к хижине, глубоко вдыхая свежий, пряный воздух. В дрожании оранжевого солнечного лучика роились тучи мелкой мошкары.

Он услышал, как позади открылась и хлопнула дверца машины.

Наверно, Саманта что-нибудь забыла, машинально подумал он. Он смотрел на бурундучка, бегущего по стволу упавшего дерева.

— Саманта? — Он повернулся к машине — и прямо перед собой увидел занесенную руку с пустой стеклянной бутылкой из-под коки.

— Саманта! Ты что?!

Увернуться он не успел. Она со всей силы ударила его бутылкой по голове.

Последнее, что услышал Бобби, был этот глухой стук.

Все тело его пронзила резкая боль, будто в голове у него разорвалась бомба.

На мгновение все вдруг стало ярко-белым.

Потом вокруг разлилась чернильная тьма.

Кружащиеся красные пятна стали розовыми, потом побелели. Откуда-то сочился свет, серый, сумрачный. По бурлящему алому небу плыли багровые облака.

Бобби открыл глаза.

Боль, пульсирующая боль в висках снова сомкнула его веки.

С закрытыми глазами Бобби попытался встать. Но что-то удерживало его. Он хотел поднять руку — и не мог.

Я парализован, подумал он, как только к нему стало возвращаться сознание.

Она парализовала меня.

Он через силу открыл глаза — у него вырвался чуть слышный стон.

Серый туман рассеивался. Предметы в комнате понемногу обретали четкие очертания.

Я сижу, догадался он. И снова попытался встать. И снова не мог двинуться с места.

Я сижу на стуле. Я связан. Я привязан к стулу.

Он попытался шевельнуть ногами. Ноги были связаны.

Руки и ноги. Связаны. Привязаны к деревянному стулу.