Чтение онлайн

– Что? Слушайте, нет у меня времени отвечать на ваши дурацкие вопросы! Я знаю одно: Глена здесь нет. А все остальное меня не касается.

– А вы знали, что Глен вел какие-то дела с Расселом? – спросила я.

Миссис Ледфорд окинула меня оценивающим взглядом, и глаза ее сузились.

– Дела? Нет. Об этом я ничего не знаю. – Последнюю фразу она произнесла так быстро, что все слова слились воедино.

Но почему, черт возьми, почему же я ей не поверила?

– Вы уверены? – настойчиво спросила я. – А вот жена Рассела об этом знала. Она-то и рассказала нам об этом самом деле.

– И об этом мотеле, – вставила Берт. Максина заметно смутилась:

– Жена Рассела? Вы виделись с женой Рассела?

– Ну да, – кивнула я. – Элис сказала, что Глен и Рассел вместе проворачивали какое-то дельце, которое должно было обогатить обоих. Чтоб жить потом в свое удовольствие и забот не знать.

– Забот не знать? Ха-ха! – Максина изучала внутренности домашних тапочек. – Много у Рассела теперь забот? – В голосе ее сквозила злоба, и почему-то он по-прежнему дрожал.

Внезапно до меня дошло. Я поняла, что это за дрожь. То был страх. Максина была до смерти напугана.

– Что происходит? – спросила я. – Чего вы боитесь?

Женщина резко обернулась, ее зеленые глаза вспыхнули.

– Это вы меня спрашиваете? Старине Расселу перерезали горло, а вы недоумеваете, чего я боюсь? У вас хоть капля мозгов имеется?

Я лишь тупо смотрела на нее, не зная, что сказать.

– О чем это вы? – растерянно вопросила Берт.

– Бедняга Рассел решил, что все просчитал, – продолжала Максина. – Ну еще бы! Одного он не знал: с кем связался. Но я-то ему говорила, я его предупреждала! – Для пущей убедительности Максина ткнула пальцем в мою сторону. – Но куда-а там! Рассел у нас самый умный, он все и без меня знает! Так оно и было. Слишком много знал. А если мы тоже будем много знать, то и схлопочем, как и он. Упаси боже!

Метнувшись от шкафа к крохотной сырой пещере, которую в мотеле «Блуберри-Хилл» потешно величали ванной комнатой, Максина принялась выворачивать карманы банного халата.

– Эй, вы двое, – бросила она через плечо, – вы бы лучше поостереглись, а? Если, конечно, вы знаете не так много, как Рассел. А уж коли так – тогда неважно: все равно вам крышка.

Она что, нам угрожает?

– Слушайте, Максина…

– Ой, что это? – вскрикнула вдруг женщина, оборачиваясь к окну. Мы с Берт тоже повернули головы.

Как и в большинстве мотелей, окна в номере шестом были снабжены плотными шторами, плюс тюлевые занавески под ними. Разумеется, в «Блуберри-Хилл» тюль отличался сероватым налетом, однако свет все-таки пропускал. Правда, ничего пугающего сквозь эти грязные занавески я не разглядела.

– Вы про что? – не поняла Берт, приклеившись взглядом к окну. Неужто приняла его за одну из тех волшебных фресок, на которых можно что-нибудь разобрать, если пялиться, пока не окосеешь?

Теперь я уловила слабый шум мотора. Судя по звуку, кто-то только что зарулил на стоянку. Именно этот звук и услышала Максина? Если так, она может обучать собак чутью.

Когда шум сделался громче, Максина оцепенела.

– Мне надо сваливать! – вымолвила она и метнулась через комнату, на ходу хватая со стола сумочку и ключи от машины.

Мы бросились следом за ней.

– Вы должны нам рассказать! – не унималась Берт. – Кого вы боитесь?

Я схватила Максину за руку, но она вырвалась, подскочила к единственному в комнате стулу и сграбастала переброшенный через спинку рыжевато-коричневый дождевик.

Я уставилась на плащ. В голове мелькнула неясная мысль. Какое-то воспоминание…

Вдалеке хлопнула дверца машины. При этом звуке Максина подскочила и ринулась к двери.

– Господи, да вы что, не понимаете, что творится? Не понимаете, да?! Идиотки безмозглые! Так вот, лучше прекратите совать свои чертовы носы не в свое дело! Усекли? Или не помните, что случилось с Сандерсенами?

– Сандерсенами? – эхом отозвалась Берт, поворачиваясь ко мне.

– Сандерсенами? – повторила я, поворачиваясь к сестре. – Она сказала «Сандерсены»?

Это была фамилия супругов, за детьми которых мы присматривали сто лет назад. Те самые, которых убили. Но какое отношение имеет тот стародавний случай к нынешним событиям? Ведь то дело было раскрыто почти двадцать пять лет назад.

– Может, мы ослышались? – предположила Берт. – Может, она сказала «Сэмпсоны»? Или «Симпсоны »?

Я повернулась к Максине, чтобы попросить ее повторить.

Дверь закрылась с мягким щелчком. Максина сбежала.

– Черт! – ругнулась я, устремляясь к окну.

Снаружи взревел автомобильный мотор, и я успела только разглядеть белый «додж» последней модели, стартующий со стоянки. Номерная табличка была вся заляпана грязью, в глаза бросилась лишь эмблема прокатной конторы «Эконо».

Выходит, Максина отнюдь не дура.

А коль скоро она не дура – и только что сбежала отсюда, – в таком случае поправьте меня, если я ошибаюсь, но не следует ли нам с Берт тоже валить отсюда ко всем чертям?

Едва меня посетила эта светлая мысль, как ручка на двери номера начала медленно поворачиваться.

Стоя столбом рядом со мной посреди этой грязной комнатенки, Берт охнула. И я наперед знала, что она сейчас скажет.

– О боже… – прошептала сестра.

Дверная ручка медленно поворачивалась. Мы с Нэн уставились на нее, точно загипнотизированные.

У всех старых мотелей есть кое-что общее – помимо плесени, разумеется. Похоже, ни у кого из владельцев не доходят руки врезать более современные замки, которые автоматически запираются, когда захлопнешь дверь. Что, поверьте, пришлось бы очень кстати в данный момент.

Дверь медленно приоткрылась, и я с трудом удержалась от крика.

В комнату просунулась голова.

Это был Трент!

Я испытала такое облегчение, что едва не грохнулась в обморок. Трент пристально посмотрел на меня, затем на Нэн, однако выражение его лица, как ни странно, по-прежнему оставалось тревожным. Я невольно отметила, что правую руку он не вынимает из кармана куртки. Нетрудно было догадаться, что он там прячет.

– Здесь еще кто-нибудь есть? – прошептал Трент, обшаривая глазами комнату.

Мы с Нэн дружно замотали головами.

– Точно никого нет? Вы проверили?