Чтение онлайн

– Перевести?
– спросил Блюмберг.

– Нет, я все понял. Но мне никто не поручал комментировать позицию правительства и Президента России.

Последнюю фразу Голубков произнес по-английски, тщательно подбирая и выговаривая слова. Но, судя по реакции окружающих, его английский был таким, что по сравнению с ним русский язык напористой гидши из "Lucky Turs" казался чистейшей пушкинской прозой. Сэр Роберт даже отвел от трубки зажигалку и с неподдельным интересом взглянул на полковника Голубкова.

– Я все же вам помогу, - вмешался Блюмберг.
– Вы же хотите быть правильно поняты, не так ли?

– Ну, помогите, - согласился Голубков.

– Нам было бы интересно и ваше личное мнение, - заметил Коллинз, выслушав перевод Блюмберга.
– Взгляд изнутри. Чем, по-вашему, объясняется такая слабая реакция Москвы?

– Мы не можем послать в Чечню Шестой флот или устроить там "Бурю в пустыне". Грозный - не Бейрут, а Чечня - не Ирак.

Полковник Голубков подождал, пока Блюмберг переведет его слова, и закончил:

– Чеченцы - граждане России. Такие же полноправные, как и все. Там еще десятки тысяч русских, украинцев, евреев, татар и других. И все они граждане России. История Соединенных Штатов не знает таких прецедентов. Меня, возможно, лучше поймет сэр Роберт. Сколько десятилетий Лондон не может решить проблему Ольстера?

– Вы правы, полковник, - чуть скрипучим голосом подтвердил колонизатор.
– Это очень непростая проблема.

– Бездействие - не лучший способ решать проблемы, - возразил Коллинз.

– Но и не худший, - парировал Голубков.
– Мы уже наломали дров в Чечне, пора и передохнуть.

– Бездействие Москвы провоцирует террористов на новые акции.

– Вы можете предложить способ кардинального решения проблемы? поинтересовался Голубков.
– Сделайте милость. Я доведу ваши предложения до сведения нашего высшего руководства.

Коллинз поправил свои старообразные очки и покачал головой:

– Нет, я не знаю такого способа.

"То-то же", - хотел сказать Голубков, но в это время раздался телефонный звонок, Блюмберг выслушал короткое сообщение и опустил трубку на рычаги.

– Джентльмены, мы можем начать работу, - обратился он к присутствующим.
– Телеметристы подтвердили отсутствие в этой вилле и на территории клуба каких-либо прослушивающих и звукозаписывающих устройств. Собственно, мы уже начали. Потому что главная тема нашего совещания положение в кавказском регионе.

II

Блюмберг сказал:

– Главная тема нашего совещания - положение в кавказском регионе.

И тут же его перебил не проронивший до тех пор ни слова представитель Моссада:

– Прошу извинить. Но первоначально предполагалось, что это будут двусторонние консультации между Израилем и Россией о выдаче всем вам хорошо известного террориста по кличке Пилигрим. Я не понимаю необходимости участия в них США и Великобритании.

– Претендовать на выдачу Пилигрима может и Лондон, - заметил сэр Роберт.
– За взрыв в Белфасте. А также Италия - за взрыв вокзала в Болонье. И ряд других стран.

– Но нашли его мы, - напомнил израильтянин.

– Джентльмены, вы сейчас делите шкуру неубитого медведя, - вмешался Блюмберг.
– Вопрос о том, кто получит Пилигрима, не самый сложный. Об этом вы уж как-нибудь договоритесь. В свое время. Сейчас перед нами задача гораздо более важная и трудная. Вы получили меморандум информационно-аналитического директората ЦРУ о ситуации на Кавказе и сопутствующие материалы, в том числе и интервью чеченского террориста Рузаева. Есть ли у кого-либо сомнения в полноте анализа и в точности оценки общей ситуации? Сэр Роберт?

– Нет.

– И все же я предложил бы сузить тему, - попытался настоять на своем израильтянин.
– Мое правительство намерено получить Пилигрима. И мы это сделаем. Вопрос лишь в том, какими методами.

– Подполковник Бен-Ари, - вмешался в разговор Коллинз.
– Будьте любезны сформулировать приказ, который вы получили от своего руководства.

Моссадовцу явно не понравился жесткий тон цэрэушника, но он все же ответил:

– Мне предписано принять участие в совещании, которое проводится при посредничестве мистера Блюмберга, и информировать мое руководство о его результатах.

– Оговаривался ли в приказе состав участников и тема совещания? уточнил Коллинз.

– Нет, - вынужден был признать Бен-Ари.

– Намерены ли вы точно следовать полученным указаниям или мне придется обратиться к руководству Моссада с просьбой разъяснить вам ваши обязанности?

– В этом нет необходимости, - хмуро ответил Бен-Ари.

– Продолжайте, мистер Блюмберг, - кивнул Коллинз.

– Благодарю, командор. Поскольку мы затронули этот частный вопрос, хочу предостеречь израильскую и российскую стороны от попыток самостоятельно решить проблему Пилигрима и Рузаева. Более того, необходимо принять все меры для обеспечения их безопасности. Потому что в плане, который я намерен вам предложить, они должны играть ключевые роли. Вам понятно то, что я сказал?
– по-русски обратился Блюмберг к Голубкову.

– Да. Мы уже выделили для Пилигрима негласную охрану.

– Вы взяли Пилигрима под наружное наблюдение, - выслушав перевод Блюмберга, уточнил Бен-Ари.
– И он о нем знает. Это для вас неприятная новость, полковник, не так ли?

– Нет, - возразил Голубков.
– Неприятная, но не новость. Хотя меня очень интересует, откуда об этом знаете вы. Нет, не новость, - повторил он.
– Вам не о чем беспокоиться, мистер Блюмберг. В обязанность нашей "наружки" вменены и функции охраны.

– Чем это вызвано, полковник?
– поинтересовался сэр Роберт.

– Эти фигуры нам известны. Если их вывести из игры, могут появиться другие.

– Это кажется мне разумным, - выслушав перевод, кивнул англичанин и запыхтел, раскуривая трубку.

Блюмберг с каким-то особенным интересом, словно бы испытующе, взглянул на Голубкова и продолжал:

– Скажу больше, джентльмены. Для успешной реализации нашего плана нужны именно такие фигуры, как Пилигрим и Рузаев. Известные и одиозные.

– Вы нас заинтриговали, - заметил сэр Роберт.
– Не пора ли вам перейти к изложению плана?

Блюмберг помедлил с ответом.

– Это самый трудный момент нашего совещания. Дело в том, господа, что каждого из вас посвятят только в ту часть плана, которая будет реализована силами ваших служб. В полном объеме с планом знакомы только три человека: директор ЦРУ, еще один человек и я.

– Не знаком даже командор Коллинз?
– переспросил Бен-Ари.

– Да, это так, - подтвердил цэрэушник.