Чтение онлайн

– Папа сегодня похвалил меня за победу в волейбольном матче, – поделился я с братьями тем, что до сих пор не давало мне покоя. – Я в шоке.

– Да уж, – отозвался Уилл. – Помню, как он постоянно ругался и предлагал записать тебя на балет, раз уж тебя так тянет на «женский» спорт.

Я болезненно поморщился и отправил в рот кусок курицы в остром соусе.

– На самом деле в последнее время папа часто говорил о тебе, – сказал Артур. Он сидел на полу, вытянув ноги вдоль дивана, и держал в руках коробку с лапшой. – Он был уверен, что, лишившись материальной поддержки, ты сразу вернешься. Но ты этого не сделал. Сначала папа ходил злой как черт, а потом в разговорах все чаще начали всплывать слова в духе: «Рэйден такой же упрямый, как я в молодости», «Рэйден добивается своей цели» и все в таком духе.

Я даже не заметил, что уронил кусок жареного цукини прямо на обивку дивана. Наша горничная убьет меня.

– Ого, – только и смог выдавить я.

– Он скучает по тебе, – вмешался Трис. – И как бы тяжело ни было это осознавать, наш отец стареет. А старики все сентиментальные. Вот увидишь, Рэй, скоро он смягчится и примет твой выбор.

– Было бы здорово, – ответил я, искренне надеясь на это.

Следующие несколько дней пронеслись как одно мгновение. Каждым утром я отправлялся в больницу проведать отца. Он шел на поправку и стал выглядеть гораздо лучше, чем в вечер моего приезда. Доктор говорил, что к концу недели его можно будет забрать домой. Во время наших встреч папа не спрашивал о моей учебе и жизни в Арден-Сити, за что я был ему благодарен.

Когда утренние часы приема заканчивались, я прогуливался с Мэл по нашим любимым местам, проводил время с мамой и с братьями, даже пару раз съездил в ночной клуб Триса, где он неизменно пытался меня напоить. Однако все его попытки оказались тщетны, потому что я был убежденным трезвенником.

Все было замечательно, если бы не одно «но».

Я не мог поговорить с Кнопкой. К сожалению, я не знал наизусть ее номера, а данные потерянного телефона восстановить не удалось, потому что я не смог вспомнить пароль от iCloud. Попытки написать ей в соцсетях тоже не увенчались успехом: она пропала из списка моих друзей. Опасаясь, что Айви бросила меня в черный список, я попробовал ее отыскать через аккаунт Уилла, но ничего не вышло. Кнопка пропала со всех радаров, и это жутко меня напрягало.

– Кого пытаешься разыскать? – спросил Уилл, заглядывая через мое плечо в экран ноутбука. – Айви Харт. Кто это? Твоя новая пассия?

– Моя девушка, – ответил я, а потом неуверенно добавил: – Надеюсь, что все еще моя.

– В чем дело? Твой дружок не впечатлил красотку и теперь она избегает тебя? – В голосе брата послышались шутливые нотки.

– Иди к черту, придурок, у нас с ней ничего не было. И я не знаю, что за хрень происходит. Она просто пропала… Буквально.

– Попробуй найти ее через общих знакомых. – Уилл развалился на моей кровати и начал швырять в противоположную стену теннисный мячик. Он с детства занимался теннисом и уже выиграл в нескольких серьезных региональных соревнованиях. – То есть она не знает, что ты в Нью-Йорке, и даже не написала в соцсетях?

– Видимо, так, – нахмурился я.

У меня появилось необоснованное желание выгнать Уилла и в одиночестве предаться ностальгическим воспоминаниям о том, как мне было хорошо лежать с Кнопкой в обнимку на кровати в общежитии…

Точно! И почему меня раньше не посетила эта мысль?

Я быстро напечатал сообщение:

Как обычно, Зак был немногословен. Спасибо, что хоть не послал и согласился помочь.

Через девять бесконечно долгих минут ожидания пришел ответ:

Я раздосадованно стукнул кулаком по столешнице.

На этот раз ответ пришел быстрее.

Твою мать! Я мог подождать до вечера, но терпение уже было на исходе. Даже звук ударов теннисного мячика об стену действовал мне на нервы.

– Уилл, вали из моей комнаты или прекрати стучать! – рявкнул я, и следующий удар мяча пришелся по моему плечу. Зашипев от боли, я бросил в младшего брата пустую банку из-под колы. – Вали, пока не дал пинка под зад! – пригрозил я и для пущей убедительности развернулся в кресле.

Уилл расхохотался и, поднявшись с кровати, направился к двери. Уже из коридора я услышал его насмешливый голос:

– Все-таки надо было прокатить девчонку на своем дружке, а то ты от воздержания злой как собака.

– Пошел ты! – бросил ему вслед, но уже беззлобно.

Я снова повернулся к ноутбуку и тяжело вздохнул. Я вдруг осознал, что все фотографии Айви остались на старом телефоне, и я теперь не мог полюбоваться ею. Мне вспомнилось наше совместное селфи, которое раньше стояло у меня на заставке. На нем Айви смешно щурилась и морщила аккуратный, немного вздернутый нос из-за того, что я решил подурачиться и лизнул ее щеку во время фото. С высунутым языком я выглядел как полный кретин, но какой счастливый кретин…

Руки сами собой потянулись к клавиатуре, и я начал лихорадочно печатать новое сообщение:

Я так обрадовался, что чуть не расцеловал монитор. Написав сообщение для Кнопки с моим новым номером и просьбой выйти на связь, я отправил его Заку. Через пятнадцать минут он отчитался, что все выполнил.

Однако звонка от Айви не последовало ни в тот вечер, ни в последующие.

На шестой день моего пребывания в Нью-Йорке отца выписали из больницы, и мы с братьями и Мэл устроили ему пышную встречу с воздушными шариками и тортом. Отец сиял от радости и улыбался как никогда открыто и часто.

В ночь перед отъездом ко мне в комнату зашла мама и сказала, что папа хочет поговорить.

Он сидел на кровати в спальне в простой белой футболке и пижамных штанах. Мне было непривычно видеть его без идеального костюма и белоснежной рубашки.

– Сын, нам нужно серьезно поговорить, – тихо, но сурово произнес отец.

Все внутри меня рухнуло от досады. Я-то надеялся, что мой визит к родителям обойдется без семейных ссор. Но как только папе приходило в голову «серьезно поговорить», это ничем хорошим не заканчивалось.