Двойной спор
Шрифт:
Затем вторую «прогрел» и в другую "тепляшку".
Я офигеваю от уровня заботы, Марк потянувшись, достаёт из пакета квадратики какие-то. Надорвав упаковку, под вялое возмущение, он снимает мои кроссовки. Пришлёпывает на каждую стопу по квадрату. Засовывает мои ступни обратно. Даже шнурочки завязывает. И когда тельце в пуховик-пальто закутали, ноги уже «грелись» на ура.
Завершающим штрихом было водружение шапки..
Потянув меня, куклу одетую, вверх Герц осмотрел с ног до головы.
— Чего? — не понимаю его смешок.
— С пальто размерчиком прогадал. И щёки твои красные. Петрушку напоминаешь… — под возмущенным взглядом, Марк осекается.
— Неважно. Главное, тебе удобно?
— Ага, — киваю.
— Отлично. Тогда, пойдём, — хватая за миленькую розовую перчатку, тащит он к выходу из беседки.
Переставляю ноги за ним, но сама размышляю. Спросить или не надо?
Ладно, спрошу.
— Марк, — собравшись, зову.
— А?
— Чем вам не угодил мой отец? Что за непонятная реакция у вас с Романовым? — парень каменеет. Поворачивается ко мне.
— Не поверю, что ты не знаешь о его…работе.
— Знаю, — удивлённо киваю.
— И тебя она не смущает?
— Что должно смущать в делах с недвижимостью?! Он ведь бизнесмен. Даже инет подтверждает…
— Ева, — снисходительно прерывает трескотню Герц.
— Твой отец владеет сетью клубов.
— И чего? Что плохого в клубах? Не понимаю. Почему вы с Романовым реагировали на него, как на самого худшего человека в мире? Клубы и клубы, — пожимаю плечами, действительно не понимая.
— Клубы, непростые. Ева! — А золотые? — глупо хихикаю.
— Для Маркова, да.
— Боже. Да что за клубы то? Можешь сказать нормально?
— Бои без правил, Ева. Бои без правил. Сеть Маркова для них и предназначена. Хотя и замаскирована под "обычные".
— В каком смысле "без правил".
— В прямом. Бой проходит до смерти, — бледнею.
Дышать тяжело стало как-то. Невыносимо сделать вдох.
— И Романов, Ева, безусловный чемпион "арены", — бьёт наотмашь другой правдой Марк.
— Но… — потеряно шепчу. — Это нелегально. Незаконно. Как можно убивать людей? — присев на корточки, хватаюсь за голову.
В мыслях не хочет умещаться. В самом жутком кошмаре представить не могла нечто даже отдалённо похожее.
Подхватив меня амёбную на руки, Герцмен сажает в машину, припаркованную близко от беседки. Нести недолго пришлось. Да мы и во время разговора считай дошли уже.
— Хотел не говорить, — злится на себя Марк, видя, что я похожа на памятник, самой себе.
Как бы не пытался он меня разговорить, не выходило.
Я механическим голосом попросила довести до дома. Ему пришлось подчиниться.
Прикрыв глаза, мысленно истерично смеюсь сама над собой.
Опустошена больше чем тогда, когда меня предал бывший.
Привычный мир в очередной раз рухнул.
Отец оказался бандитом. Парень, в которого я втрескалась, убивает за деньги. Что теперь делать? Как продолжать жить?
А самое главное — как обрести душевное спокойствие?