Чтение онлайн

– Васенька, а вот смотри какой краб симпатичный, питательный. Ух, здоровый! Вам с доченькой хватит, - заворковала, тыкая

пальцем в картинки.

– Какой краб, женщина? Мяса мне! Огурцов с медом, и хлеба побольше. Мы с сыном голодные!

– С дочкой…

– С сыном! Отцовское сердце не обманешь.

– Ну может, салатика. Я вот возьму…

– Салатика? Хочешь из меня дохлого тигра сделать? Нам еще по джунглям скакать!

Мы препирались, наверное, минут десять. Наполеончик сидел тише воды ниже травы и только блестел круглыми очками,

иногда рискуя посмотреть на нас поверх своего меню.

Наконец с едой мы определились. Вася по привычке хотела накормить собственное тело тем, что ела обычно. Вкусы наши не

совпадали, и поэтому я упорно отстаивал изменение рациона.

Официанты паслись в сторонке, не рискуя лезть под словесный обстрел. Но вот Васенька прищёлкнула пальцами, и через

десять минут к нам уже несли закрытые баранчиками тарелки.

Приступая к трапезе, жена заботливо расправилась салфетку на моём животе.

– Я что, немощный, что ли?
– бухтел скорее по привычке.

Забота супруги была приятна. Очень у меня девочка внимательная, и эти ее повседневные ухаживания… Каждый раз до

сладкой дрожи пробирают. Никогда не признаюсь, но согласен я с тем экстрасенсом, что счастье мое зелёным назвал, на все

сто сорок шесть процентов. Именно счастье! Крепко чмокнул жену в губы и приступили к еде.

Француз себе только кофе заказал в неприлично большой кружке. Как в такую жару можно вообще его пить? Хотя я бы не

отказался… Задумчиво вздохнув, опять занялся уничтожением пищи. Василиса мне только хлеб и мед с огурцами

подсовывать успевала. Наконец, опустошив все что представлялось возможным, я довольно икнул. Нет, ну вот куда в женщин

беременных, это все помещается? Мало того, что живот, так ещё и желудок под завязку набит…

А Наполеона, между тем, к своему кофе не притронулся. Рассматривал нас как-то подозрительно пристально и ложечку в

руках крутил. Я ответил недобрым взглядом. Мол. в чем проблема?

Заметив мое внимание, Наполеона оживился. Опять залопотал что-то. Васенька даже кушать перестала.

– Ну, что он там?
– поторопил супругу.
– Предупреди его, если снова про машину и полицию, то зонтик моя рядом!

– Какая полиция?
– отмахнулась жена.
– Он про… эээ, наши планы видимо… Что-то бормочет на счет «руссо туристо».

Интересуется, что мы в Индии забыли.

– Ему-то какая разница?
– пожал плечами наливая себе ещё один стакан сока.
– Как будто Наполеон слыхал об этом самом

храме йоги… Йони!

Последнее подействовало на мужчину как команда «фас» на призовую бойцовскую собаку. Наполеон весь подобрался. Глаза

за прозрачными стеклами очков вспыхнули и заискрились как бенгальские огни.

– Йони? О, Йони!

Так и хотелось добавить «Даст ис фантастишь!», но языком я ошибся. И опять этот колобок выдал непередаваемый набор

звуков. Я даже опешил от такого напора. Вася бесполезно пыталась грести против словесного течения, но в итоге ее просто

смыло.

– Путешественник… Профессор… Степень?! Ого… А Наполеон-то, ух…

Из кусков, что бросала мне моя переводчица, я понял, что мы не рядового богатенького туриста из машины высадили. Так вот

почему у француза столько багажа! Мужик оказался помешанным исследователям древних храмов, и вообще всяческих

культов. Зависал на них, как я на коллекции магических штучек. И даже научную работу состряпал. Шлёпнул перед нами

толстой книженцией, где на обложке красовался полуразрушенный храм майя. Говорит, изъездил пол мира и вот теперь

засобирался туда же, куда и мы.

– Слушай супруга моя ненаглядная, - толкнул Васеньку под бочок.
– Если он такой крутой спец, то может расскажем ему

аккуратно что да как? Мало ли что нас в храме ждёт, подготовиться надо. А если пальцем у виска покрутит всегда можно

сделать вид. что пошутили.

Жена посмотрела на меня, потом на француза, потом снова на меня и едва заметно кивнула. Помощь специалиста по храмам

нам пригодится!

Василиса 8

Сидела в вертолёте с наушниками на голове и не могла поверить в реальность. Больше всего настораживало то, что

Наполеончик, - а в жизни просто Жорж.
– поверил в нашу жуткую сказку. А поверив, так проникся к мужу моему настоящим

мужским сочувствием, что бросил всё и вызвал вертолёт.. Кажется, отогнул его у местного папаши… или как тут они

называются? Паши!

И теперь я тряслась в этом чуде местной техники. Почему чуде? Непонятно, как это корыто дребезжащее летает! Волшебство

какое-то. Во всё у них тут через определённые места делается. Так и с елдаком вышло.

Например, сидения, к одному из которых я пристегнулась. Ну как пристегнулась… Примотала себя к креслу всем, что только

нашла! Потому как ремень безопасности был только у пилота и звался кармой. Васеньку примотать тоже пыталась, но муж,

сверкая глазами, бодрой козочкой скакал по салону, активно давал советы пилоту и даже пытался показать Наполеончику,

какой красивый закат виден показать из окна. Высунутый в окно Жорж проникся живописной картиной настолько, что

позеленел и выдал от счастья всё, что проглотил в ресторане, чушку кофе. Думаю, упрямо сопровождающие нас птицы долго

не уснут…

– Вася, - схватила пролетающего мимо возбуждённого мужа, - скоро доченьку замутит от твоих кульбитов!

– Сын в отца!
– гордо ответил Василий и стукнул себя в грудь. Поморщился и помял её, я сглотнула. Муж тоже, но отвёл

взгляд и пробубнил: - Ну что ты меня пилишь! Я только молодость вспомнил! Когда служил, летали на похожих.

– Я не пилю, - ласково улыбнулась я и похлопала по сидению, - пока! Но могу передумать и поупражняться в этом виде