Чтение онлайн

– В каком виде? – улыбалась ему прекрасная незнакомка и с любопытством разглядывала его с ног до головы.

– В туфлях! – Арат ткнул пальцем в ее дорогущие туфли Capezio, порядком уже промокшие.

– Босиком ноги мерзнут, – недоуменно ответила Марина.

– О Боже, – закатил он глаза. – Вам не холодно? Вам есть куда идти?

– Так весь мир перед моими ногами, – громко провозгласила Марина, взмахнув сумочкой и словно случайно оперевшись на его локоть.

Она была совершенно трезвой, но голова все равно кружилась, и из груди рвалась хмельная радость. Какой замечательно-безумный день! И русская речь – как же ее не хватало в ее жизни! Уже за один этот разговор ей хотелось расцеловать этого парня. Схватить его за руку и просто гулять всю ночь, болтая. Он был весь какой-то… уютный. Словно старый друг далекого детства. Совершенно не страшный.

– Если вы никуда не спешите, то предлагаю продолжить наше знакомство, – предложил Арат, которому совершенно не хотелось, чтобы ее тонкая рука вдруг отпустила его локоть.

– Где? – обрадовалась Марина.

– Ночной клуб Маяхуэль вас устроит?

– У меня нет денег, – призналась она немного смущенно, понимая, что подобные слова оттолкнули бы большинство американцев… а «наш человек» воспримет это признание совершенно правильно. И снова не ошиблась.

– Я приглашаю, а это значит, я и угощаю, – Арат чуть наклонился к ней и хитро, совершенно по-заговорщицки улыбнулся, а потом подхватил Марину под руку и быстро повел вниз по улице. Только бы она не успела передумать!

Такую красивую девушку он встретил, пожалуй, впервые в своей жизни. Девушка-сказка, девушка-мечта. Еще вчера ему и в голову бы не пришло даже подойти к такой красоте. Лишь любоваться издалека, как на произведение высокого искусства. Так смотрят на картину или мраморную статую. Такие девушки не для него. С самого первого шага на этом материке он твердо усвоил простую истину: азиаты в Нью-Йорке – люди третьего сорта. Можно еще было рассчитывать на служебный роман: все же не последний Арат человек в этом мире. Но коллеги его воспринимали как своего в доску парня. Можно поболтать, можно даже переспать без продолжения и обязательств. Такая вот жизнь большого города.

Но сегодня уже произошло одно чудо – выпал снег, кто знает, может, день чудес не закончен?

Ночной клуб, в который он привел свою новую знакомую, не отличался пафосом, компании там собирались традиционно веселые и дружелюбные, никаких конфликтов отродясь не случалось, а вот коктейли местный бармен готовил восхитительные.

– Что тебе взять? – на случай, если спутница захочет нечто необычное, спросил, не упустив возможность прикоснуться к ее хрупкому плечу.

Она улыбнулась в ответ лукаво:

– Что-нибудь… м-м-м… восточное?

Восточное? Она произнесла это слово так странно, почти нежно.

– Майкл, девушке «Манхэттэн-Кабул*» со льдом, мне – двойной мужской шотландский виски, без льда, – и Марине: – Вам понравится этот «Восток», уверяю.

Она взглянула на Арата с удивлением, даже с некоторой долей уважения. Но руку его не сбросила, даже придвинулась к нему немного. Чтобы не сойти с ума от ее близости, от запаха женских волос, от сверкающих в темноте зубов, Арат быстро отхлебнул из своего стакана.

Грохотала музыка, народу в клубе становилось все больше. Безумие Таймс-Сквер: казалось, само время тут текло иначе.

– Откуда ты знаешь русский? – Марине обязательно нужно было продолжать разговор, словно этот странный и такой притягательный человек мог сейчас исчезнуть из ее жизни.

Она как-то разом согрелась. Рядом с ним она обнаружила, что зябла все эти тоскливые три последних года. Не телом – душою. Холод пронизывающего одиночества. А он ее греет. На душе тепло от одной лишь улыбки, прячущейся в уголках раскосых глаз.

– Так я монгол, в наших краях вообще многие говорят по-русски.

Марина поперхнулась первым же глотком своего «восточного» напитка.

– Кто?!

Арат вдруг развеселился. Она очень красиво удивлялась. Вообще все, что делала эта девушка, было красиво, даже валялась на тротуаре она восхитительно.

Марина же отчего-то решила, что обидела его. Заморгала, судорожно напрягла девичью память и выдала:

– Я… я из монголов знаю только Константина Померанцева, – и жалобно добавила: – Больше никого не вспомню.

Определение «упала челюсть» очень точно описало его состояние. Девушка, красавица. Знает Померанцева. Она настоящая? Вдруг осмелев, осторожно потрогал ее нос. Снова удивилась. И снова – красиво.

– Ты чего?

– Я впервые в Америке встречаю девушку, знающую, что существуют монголы, и способную поддержать разговор об искусстве. О монгольском искусстве – боюсь, что в последний.

– Да я почти ничего и не знаю об этом! В школе искусств кое-что проходили, и только. А монголы в моем понимании – Чингисханы, Батыи и все. Сабля, конь и халат с перевязью. Куда-то все скачут.

Они говорили по-русски, и правильно. Иначе окружающие их простые нью-йоркцы потеряли бы покой и сон.

– Я познакомлю тебя с другом, хочешь? Он сейчас у нас топ-художник. Отгонбаяр, погугли, как будет время.

Он ее познакомит с другом. Ага. Сбегать от нее монгол не собирается. Они общаются уже почти час, это прорыв. Обычно от ее умных фраз американцы скисали уже через четверть часа… А этот придвинулся ближе, блестит белоснежной улыбкой, такой искренней, такой притягательной. С самых первых минут он напоминал ей какого-то милого зверя. Не понимала, какого. Кого-то красивого, небольшого, гибкого и пушистого. А, ладно, на трезвую голову подумает! «Восточный коктейль» оказался коварно крепок.

– Ты понимаешь, центральная Азия – это почти человечество! Тысячелетия, века, сама история. Ты просто не знаешь, и мало сейчас кто знать хочет. Зачем? Это же не продается, как сэндвич. Не по-европейски: с пьяных глаз намалевал черный квадрат и продал уже сотню тысяч раз. И мы ни капли не похожи на американцев, тут – нарисовал этикетку на «колу» – художник! Подпись под ней поставил левою ногою – гений!

Он сидел, развернувшись к Марине лицом, а она уже даже не слышала его слов. Смотрела на губы, чувственные и, такие красивые, на безупречную линию мужского подбородка, не тяжелого, но выгодно подчеркивающего монетную красоту его лица. Словно вечная песнь самой степи в его профиле, в темных глазах.

С трудом оторвала себя от беззастенчивого разглядывания спутника и прислушалась к нему. Надо было ответить хоть что-то, любую глупость, не молчать, только не молчать!

– Ну что ты мне втираешь? – заорала Марина, наклоняясь к его лицу низко-низко, чтобы он услышал ее в нарастающем шуме ночного клуба. – Азиаты – возможно красивые, талантливые, но и все!

– Что все? – кричал в ответ Арат, удивленно расширив глаза и изогнув брови.

– Маленькое у вас там все! – демонически захохотала Маринка, ее вдруг разобрало безудержное хмельное веселье. Захотелось уязвить, поставить на место этого представителя тысячелетней истории! Хотя бы за этикетку на коле. – Говорят, что едва ли длиннее мизинца! – и показала мизинец, чтобы он точно не промахнулся.