Двуликий мир
Шрифт:
– А где твои… ваши дети? – Тина видела, как отец изо всех сил старается сохранять спокойствие.
– Лида ночует у подружки, а Никитка уже побежал куда-то с друзьями. Яна спит еще, как всегда.
Мама старалась говорить ровно и даже весело, но не очень получалось.
«Интересно, – подумала Тина, – она боится за меня или из-за меня, из-за того, что я здесь?»
– Дима в командировке, – продолжила мама. – Не скоро вернется.
– Я в курсе, – кивнул отец и чуть нахмурился.
Пора было брать инициативу в свои руки.
– Можно, я погуляю по саду? – невинно спросила Тина и, конечно же, тут же получила разрешение.
Она уселась на лавке под яблоней, за большим плетеным столом. Незаметно раскрыла веер. Тихие голоса, слабо долетавшие из окна кухни, были Тине отчетливо слышны. Конечно, отец про это знает, спасибо его подарку: веер не только помогал подслушивать чужие мысли, но и усиливал звуковые волны в радиусе тридцати-сорока метров. Интересно, лунатский директор сильно расстроился, узнав, что веер Тина «посеяла» по дороге, когда бежала из его дома? И верит ли, что девушку действительно «заперли в семейном подвале» – взяли под домашний арест? Отец сказал, что очень важно, чтобы лунат поверил в эту сказку – Тина исчезнет из виду, и за ней не будет слежки.
– На сколько ты ее привез? – сухо спросила мама.
– На лето.
– Мы говорили о двух месяцах.
– Возможно, я заберу ее раньше. Постараюсь.
– Значит, опять за тобой следят. – Мама шумно и гневно вздохнула. – Вести о твоих поразительных успехах в разведке долетают и до наших ушей.
– Ты хорошо знаешь, кто в этом виноват, Тома. Твои родственники не оставляют меня в покое.
Тина насторожилась. Отец никогда не называл имен, так, может, мама сейчас проговорится…
– Да, я знаю, – ответила мама. – Ты сам в этом виноват. Ты скрыл от меня, что не летаешь под луной… Как я была слепа, даже не верится… И в том, что Селест родилась астрой, тоже повинен ты.
– Астром становятся по призванию, а не по генетической принадлежности, – холодно возразил отец. – Просто тяга к звездам пересилила в нашей девочке лунное влияние. Кроме того, в те далекие дни я не ожидал от тебя столь неожиданной реакции. И не знал, что у красивой, нежной и веселой девушки такая чокнутая семья.
– Моя «чокнутая», как ты выразился, семья ведет один из самых древних лунных родов. Появление астры среди нас стало бы… взрывом. Звезда среди лун? Никогда. Надеюсь, ты сдержал слово и оставил ее безликой?
Тина поморщилась. Ну, спасибо, мамочка… Запретить дочери летать под луной или прыгать под звездами? Запретить быть собой…
– Я воспитал ее астрой.
Тина услышала, как мелко и часто задышала мама.
– Ты с ума сошел! – Кажется, ей перестало хватать воздуха.
Тина отчетливо представила, как отец широко улыбается: папа обожал такие сцены – сцены разоблачений. Адреналин бурлит в крови, опасность, шок. Никогда отец не сможет жить спокойно со своим характером. И все же, зачем это он сообщил об астральном происхождении дочери?
– Ты с ума сошел, – уже спокойнее повторила мама, – мы же договорились!
– Не забывай, что ты сама почти семнадцать лет назад переложила воспитание Тины на мои плечи.
– Я не могу взять астру к себе в дом, – быстро сказала мама.
Тина про себя усмехнулась: все шло как по маслу. Сейчас они поссорятся, и она уедет из этого обиталища кошмарных лунатов. Вместе с отцом они как-нибудь выдержат все его проблемы. А может, он все-таки возьмет ее на разведку в новой долине. А может, они и вправду найдут легендарный Звездный Мост. А поручение… вряд ли оно так уж и важно, скорей всего…
– Я прошу о каких-то двух месяцах, – спокойно произнес отец.
– Почти о трех, – возразила мама. – Но не это главное… Если Дима узнает… Ты даже представить себе не можешь, что будет. Если безликих в нашей семье терпят, то астр…
– Укокошивают, – закончил за нее отец. – Так же, как когда-то хотели убить меня.
– Уезжайте.
Отец вздохнул.
– Ты уже дала согласие, а теперь идешь на попятную?
– Ты скрыл от меня главное!
– Тина – умная девочка, она будет вести себя осторожно.
– Селест еще ребенок!
Отец медленно вздохнул, набирая в легкие побольше воздуха. Даже на расстоянии Тина почувствовала его гнев.
– Я пошутил, Тома. Селест – безликая.
– Вот как? – процедила мама. – Ты всего лишь пошутил?!
– Да, пошутил, Тома, – ровным голосом произнес отец. – Я никогда бы не привел в твой дом астру.
– Все равно убирайтесь!
Тина про себя хмыкнула. Будь ее воля, она бы здесь и на секунду больше не осталась. Неожиданно она поняла, почему отец сообщил об астральной сущности дочери: он хотел переманить маму на их сторону. Не получилось…
Между тем отец решил не сдаваться:
– Селест нужно побыть здесь. Поверь, я долго думал, прежде чем послать ее сюда, пусть даже на два месяца. За мной следят, и я переживаю за ее жизнь.
– Да уж, – перебила мама, – я-то знаю, насколько опасная у тебя работа! – И зло добавила: – Во что ты влип на этот раз, Тимур?
Отец не ответил. Тогда шумно вздохнула мама.
– Хорошо, пусть Селест… Тина заходит в дом. А ты уходи… Скоро вернется Лида, Янка проснется… зачем им тебя видеть? Они не знают о тебе ничего, и это хорошо. Именно поэтому я согласилась взять Тину на время.
Отец вышел на крыльцо. Достал сигарету, закурил. Тина поднялась ему навстречу.
– Ты слышала? – спросил он, разглядывая толстую ветку яблони, нависшей над крыльцом.
– Ты рисковал, – укорила Тина. Хотя она прекрасно понимала, почему отец так сделал.
– Я не хочу здесь оставаться, – добавила она.
– Ты должна.
– Я ненавижу ее, как ты не понимаешь?
Отец медленно повернул к дочери голову.
Таким она его и запомнила: крепкие руки, опирающиеся на перила, острый и настороженный взгляд серых глаз, глубокая морщинка беспокойства, четкой молнией пролегшая по высокому лбу, и неизменная полуулыбка, означавшая «все хорошо и будет хорошо».
– Помни о поручении. И о нашем маленьком секрете.
– Угу.
Отец недовольно покачал головой.
– Ты поможешь мне, если останешься здесь, – жестко произнес он, и улыбка исчезла с его лица. – Я не могу решить свои дела, если буду вечно за тебя переживать. Поживешь в спокойной обстановке, позанимаешься своей любимой фотографией… Но не думай, что будет так легко.
– Я знаю. – Тина кисло улыбнулась. – Только поосторожней там, ладно?
– Лучше ты здесь поаккуратнее. – Отец ласково взъерошил ее волосы. – Не показывай свой характер, ясно?