Чтение онлайн

Днём я занимался подготовкой к отъезду и поездами, а вечерами с Таней напряжённо работал с деланной магией. Во-первых, в моём кабинете мы зачаровали небольшой столик, сделав из него малую портальную станцию. Через неё можно было отправить или принять кубический аршин груза. Как раз то, что надо для обмена документами, письмами и бухгалтерскими книгами.

Вторая портальная станция, грузовая, разместилась в отдельной комнате на первом этаже. Почти сотня кубических аршин, пригодных переправить отряд опричников или сто пудов груза. Ну или срочно прибыть сюда самому.

Лукиан клятвенно обещал следить за порталами и вовремя их подзаряжать. Но на всякий случай оба портала были оснащены схемами подзарядки и здоровенными накопителями эфира. Последние я зарядил под завязку с помощью grand wand’а, так что их точно хватит на пару включений. Осталось сделать им парные порталы в Алеутщине, и можно смело пользоваться секретным транспортом.

Закончив с порталами, в оставшиеся вечера мы занимались срочной разработкой летательного аппарата. Создавали практически интуитивно, чтобы успеть. На Знаках от ковра-самолёта, но нечто совершенно другое по форме. Кабина для трёх человек, сидящих один за другим. Два коротких крыла из металлических реек, обтянутых тканью и несущих основные деланные связки. Хвост с оперением и со стальным «бочонком» внутри, исписанным Знаками.

Никакого изящества, не слишком удачная аэродинамика и слабоватая конструкция. Но вот скорость! Если ковёр-самолёт мог едва набрать двадцать вёрст в час, то наш созданный «на коленке» уродец мог лететь все пятьдесят. Эфира он жрал при этом немерено, но сейчас нужна была именно скорость. До отъезда на Алеутщину оставалась всего неделя, а мне нужно было быстро и незаметно попасть в столицу и вернуться обратно. Долги, знаете ли, сами себя не отдадут!

От автора:

Друзья! Вышел второй бумажный омнибус Дяди (4–6 тома под одной обложкой). Ссылки где можно заказать — в закрепленном комментарии под книгой.

Сколько ни строй планы, а всегда найдутся желающие их порушить. На поездку в Петербург я отводил последнюю неделю перед отправкой в Алеутщину. «Летающая этажерка», как обозвала её Таня, была уже готова, но за два дня до планируемого вылета в Злобино приехал сотрудник Тайной экспедиции.

— Чиновник по особым поручениям статский советник Бубликов Пётр Иванович, — представился он.

Кругленький, с пухлыми румяными щеками и наивными глазками, он совершенно не походил на работника кнутобойной спецслужбы. Именно таких «безобидных» и посылают надзирать за подозреваемыми в нелояльности.

— Прибыл, дабы содействовать вашему отъезду в Алеутское княжество. — Заметив, что я дёрнул бровью, он принялся оправдываться. — На меня возложены обязанности присматривать за служащими эфирной дороги, дабы ваш поезд проходил без всяких задержек. Ну и в остальном помогать, что может вам потребоваться для путешествия. Не беспокойтесь, ваша светлость, я не стану докучать вам своим присутствием. Я остановился в Меленках, буду приезжать в усадьбу по утрам и решать все появившиеся проблемы.

Ну да, ну да, решать проблемы, верю. Присматривать он за мной будет, а не за служащими. Что я на месте, не собираю опричников и не веду переговоры с кем-нибудь нежелательным. Ну и убедиться, что я точно уеду на Алеутщину. Но как же не вовремя он приехал! Впрочем, на каждый хитрый афедрон можно найти штопор-отмычку.

— Ну что же вы, Пётр Иванович, — я улыбнулся ему со всем радушием. — Какие Меленки? Постоялый двор там совершенно не подходит вашему статусу. Оставайтесь у меня в усадьбе, здесь вам будет удобнее, и ездить никуда не надо.

— Право, ваша светлость, мне неловко стеснять вас…

Бубликов растерянно моргнул, совершенно не ожидая такого предложения. А как ты думал, родной, будешь приезжать и проверять, что я дома? Нет уж, соглядатаев надо держать как можно ближе, чтобы они не увидели лишнего со стороны. Да и есть у меня кое-какие идеи, как разобраться с надзором.

— Глупости, Пётр Иванович. В моей усадьбе можно разместить десяток чиновников, и они не помешают. Так что настоятельно прошу поселиться у меня. Кстати, вы как раз к обеду. Надеюсь, вы любите традиционную русскую кухню?

Перед обедом я шепнул пару слов Кижу, и тот, услышав задачу, довольно осклабился. Сел рядом с Бубликовым, едва сдерживая улыбку, и спросил:

— А вы, Пётр Иванович, как относитесь к рябиновке?

— Ммм… рябиновке? Ну, в общем-то, положительно.

— Замечательно! — Киж тотчас же наполнил ему рюмку. — Я как раз хотел предложить выпить за его светлость.

Какой же чиновник не любит выпить за чужой счёт? Тем более когда ему душевно наливают, да ещё под хорошую закуску и приятственный разговор. Под конец обеда Бубликов уже прилично наклюкался и не возражал, когда Киж увёл его продолжать возлияния.

— Слабак, — заявил Киж через час, найдя меня в мастерских, — даже третью бутылку рябиновки не осилил.

— Что-то интересное он не выболтал?

— Не успел, заснул раньше. Но перед этим вытащил маленькую книжечку, явно зачарованную, и сделал там запись с датой, что вы в усадьбе.

— Как интересно. Дмитрий Иванович, а сделай-ка вот что. Подожди час-другой, смени камзол и разбуди его. Как будто он задремал во время беседы. И между делом скажи, что вы сидите уже второй день.

Киж радостно гыгыкнул.

— А вы шутник, Константин Платонович. Попробую, будет забавно.

В следующий раз он подошёл ко мне уже на закате.

— Константин Платонович, вы были правы. Он полез за своей книжечкой, в окно посмотрел, что вы тут, и снова записал. Я его чуть позже разговорил: ему надо точно отмечать, что вы не покидали усадьбу. А книжка действительно заколдована — в ней невозможно подделать записи.

— Отлично, просто отлично. Где он сейчас?

— Спит в гостиной. Я его запер, чтобы никто его не беспокоил.

— А не сыграть ли с нашим гостем небольшую шутку, Дмитрий Иванович? Устроим специально для него небольшой спектакль с переодеванием.

В затеянной мистификации участвовали и Таня, и Марья Алексевна. Княгиня пришла в полный восторг от моей затеи и включилась в игру, подкидывая дельные советы. А вот Лукиана, Боброва и детей мы не вмешивали, чтобы не увеличивать риски.

Этим вечером чиновник по особым поручениям просыпался ещё дважды. Первый раз его толкнул в бок Киж и шепнул:

— Пётр Иванович, вас светлейший князь спрашивает!

Бубликов встрепенулся, быстро моргнул несколько раз и покрутил головой. Он сидел за накрытым обеденным столом, за окнами стояли сумерки, напротив расположилась старая княгиня и осуждающе буравила его взглядом.

— Да-да? — чиновник посмотрел на меня, сидящего во главе стола, и сделал извиняющееся лицо. — Простите, ваша светлость, задумался.