Чтение онлайн

– Ну а то, - довольно протянул он, чуть ли не выпятив колесом грудь. «Мальчишки,» - вздохнула я, украдкой наблюдая за его лицом. Похоже, он весьма и весьма доволен жизнью и совершенно не помнит о нашей вражде. Может, он хочет подружиться со мной? Да нет, быть того не может!

– У тебя, похоже, сегодня не самый счастливый день в жизни, - заметил Синицын, когда я чуть не упала, не увидев кочки. Он вовремя схватил меня за руку и дернул в сторону на себя. Буду благодарна ему до конца своих дней…

– Ну да, - невесело усмехнулась я.

– Короче все обзавидовались тебе и попытались провернуть такой же подвиг, что и ты, но Семечка сделал вид, что ничего не видит. Чего это он тебя выгнал, а остальных не хочет? Может в следующий раз запиской в него кинуть, и он заметит наши слабые попытки привлечь внимание его Высочества?

– Ну, попробуй, - прыснула я, представляя закиданного учителя бумажными комочками. – Только тебе полтонны бумаги потребуется.

– Почему? – удивился парень, поглядывая на меня из под длинных опущенных ресниц. Блин, ну почему парням такие красивые ресницы достаются, а не мне?

– А ты что, думаешь, что он от одной бумажки вдруг вскочит и заорёт? Тогда уж самолётик делай – в лоб прилетит, мало не покажется!

– Неплохая идея! – мы засмеялись.

– Странно, что ты не плачешь, - отсмеявшись, заметил Синицын.

– А чего мне реветь-то? – пришла моя очередь удивляться.

– Ну, обычно девчонки после такого нападения в шоке и ревут в три ручья. Ты хоть понимаешь, что они собирались с тобой сделать?

– Послушал бы ты их речи, сразу бы просёк, к чему они клонят, - мрачно ответила я, вспоминая трёх бандитоватых парней. – Мне повезло, что ты был рядом, иначе бы…

– Повезло, - согласился он. – Кажется, мы уже пришли.

Мы остановились напротив моего дома.

– А ты… не боишься, что они могут поймать тебя и избить? – осторожно спросила я, незаметно растирая замёрзшие пальцы на руках.

– Да не, они сунуться ко мне наверняка струсят! – храбрился Синицын, веселясь над моей заботой.

Я вдруг не сдержалась и обняла парня, который тут же растерялся. Моей благодарности, казалось, не было предела. Я бы сейчас вообще могла валяться в кровати того парня забитая, или, хуже того, изнасилованная, если бы не Слава.

– Дюймовочка, всё хорошо, - наконец он пришёл в себя и осторожно погладил мои распущенные волосы.

– Спасибо, большое, - прошептала я, а затем поцеловала его в щёку, которая снова запылала красным. Или это от холода? – До завтра.

– Ну, пока, - кивнул Синицын. Я расцепила объятия и поскакала домой, краем глаза заметив, что парень потёр ладонью поцелованную щёку и еле заметно улыбается. И что бы это значило?

* * *

– Так, так, так, а вот и наша героиня-любовница явилась, не запылилась, - довольно потёр ладони Макс, опёршись на стену и весело поглядывая на меня. Я сделала вид, что понятия не имею, о чём он. Вот засада-то, похоже, он всё видел, тем более его окно как раз позволяло обозревать улицу. – Что молчишь? Выкладывай, давай.

Я с поднятыми кверху бровями уставилась на него и стянула с себя пуховик. Вот черти! Я его замарала сзади – стена-то ведь чистотой не блестела! Надо как-то незаметно для мамы отстирать его…

– Не знаю, о чём ты, - равнодушно ответила я.

– Как же, не знает она! – фыркнул братец. – Ты всё-таки приручила его, да?

Понимая, что обманывать его бесполезно, я пообещала рассказать всё, как только переоденусь, и мне сделают чай, иначе и слова не произнесу. Макс покорно отправился на кухню добывать мне чай, а я тем временем быстренько переоделась и догадалась взглянуть на своё лицо в зеркале. «Хорошо, что тушью ресницы сегодня не накрасила, а то бы она непременно растеклась и я бы была красавица неописуемая», - подумала я, увидев в отражении вполне нормальное лицо с разрумянившимися щёчками. Надо же, похоже, румянец мне идёт! Даже не видно, что слёзы текли по моему лицу.

Послышался стук в дверь моей комнаты, сопровождаемый голосом.

– Милостивая, приглашаю тебя на кружечку чая. Встретимся на кухне прямо сейчас. Я с нетерпением жду нашей беседы! – развеселился брат, а его шаги удалились в кухню.

Я раздражённо выдохнула и отправилась на кухню.

– Ну? – с нескрываемым интересом уставился на меня Макс.

Я сделала глоток из кружки, а затем чуть отставила её от себя. Серьёзно взглянув на брата, я взяла с него обещание.

– Обещаешь не смеяться и не прикалываться? Дело в том, что всё совсем не так, как ты подумал.

– Да? Ну я постараюсь… - что-то не верится мне, судя по выражению его лица… Ну ладно, лучше ему, чем маме или папе это выкладывать – они ж с ума сойдут, если узнают такое!

– Только предкам не рассказывай, ладно? – он нетерпеливо закивал, словно китайский болванчик, и я начала рассказ.

Моё начало было прямо с урока химии, продолжалось прогулкой, теми тремя парнями, а затем и Синицыным. Ну, наш диалог я не стала пересказывать, только некоторые мелочи.

– Вот, пожалуй, и весь рассказ, - закончила я, нахмурившись уже после глотка холодного чая.

Макс тоже нахмурился, но думая совершенно о своём. А затем так хлопнул ладонью по столу, что я аж чуть не подпрыгнула.

– Ты совсем, что ли? – недовольно буркнула, строго поглядывая на брата.

– Что-то ты темнишь, подруга, - прищурился он. – Тебя одну не могли выгнать с химии! Твою одноклассницу тоже должны были выгнать вместе с тобой, даже нет, её одну должны были выгнать! Хорошую же ты историю придумала, но давай лучше правду.

– Что? – закашлялась я, подавившись печеньем. Запив чаем, я прохрипела: - Ты что, не веришь мне?

– Не единому слову. Кроме, конечно, того, что он проводил тебя – это я собственными глазами видел, - вздохнул братец. – Хотя знаешь, я не имею права лезть в твои личные отношения с Синицыным, особенно если у вас там любоф-ф до гроба… Поэтому, если захочешь рассказать правду – милости прошу в мою комнату, мне всё равно любопытно узнать о твоих отношениях с тем, кого ненавидишь почти всю свою жизнь.