Дьявол целует сладко
Шрифт:
Мартин не шевелился и молчал минуту так точно, словно был удивлен моим поступком. Может, ему не нравится, когда его обнимают со спины…
В замешательстве я разомкнула руки и сделала шаг назад, чуть не наступив на Фрейда, который терпеливо ждал что-нибудь вкусненькое. Только я отошла, как Мартин принялся искать что-то в холодильнике.
Чтобы замять образовавшуюся неловкость, я спросила:
— И что же ел Фрейд в прошлый раз?
— Отбивные.
Ну конечно… Единственное, чем можно было полакомиться у меня, это молоко. Остальную стряпню, которую Фрейду иногда везло видеть у меня, он игнорировал. Чаще всего я заправлялась едой быстрого приготовления или же ходила в кафе. Все мои познания в готовке заканчивались на том, сколько минут нужно варить макароны.
В этот же момент я задумалась: какая с меня жена получится, если я не умею готовить? Нужно или срочно искать какие-то курсы поваров, или мужа, который умеет готовить.
Я улыбнулась, глядя на Мартина. Он достал из холодильника судок с небольшими котлетками и, выложив их в тарелку, поставил еду в микроволновку.
— Если ты проголодалась, я могу что-то приготовить. Что будешь? — спросил он. Увидев мою улыбку, добавил: — Почему улыбаешься?
— Ты прочитал мои мысли! Дико хочу кушать. А что ты умеешь готовить?
В ответ Мартин пожал плечами и сказал:
— Все. Но не любые продукты есть в холодильнике. Поэтому сейчас не смогу выполнить любое твое пожелание.
— Тогда приготовь что-нибудь на свой вкус. Нет таких блюд, которые мне не нравятся.
— Отлично. Иди пока что переводи книгу.
Сегодня я уже чувствовала себя намного увереннее за ноутбуком Мартина. Буквы непальского языка уже не казались мне чужими. Я верила в то, что за сегодняшний вечер смогу перевести содержание книги.
Но принявшись за дело, я растерялась. Одно слово встречалось довольно часто — подарок. Книга о подарках? Совершенно секретная книга о подарках на непальском языке. Я хмыкнула от комичности этой фразы. Еще веселее было переводить названия глав: развитие подарков, соревнование подарков, воплощение фантазий, выброс памяти, расположение подарков, передаривание подарков…
Хихикая от собственной беспомощности, я откинулась на спинку стула.
— Книга о подарках, что ли? — крикнула я Мартину, на что в ответ услышала приступ смеха.
— Ты еще не листала книгу? Посмотри иллюстрации и не задавай больше таких смешных вопросов.
— Хочешь сказать, что глава о передаривании подарков, может быть написана о чем-то другом?
Почему-то внезапно Мартин сорвался с места и через секунду очутился возле меня, сосредоточенно глядя в монитор.
— Где эта глава?
— Вот. — Я указала на несколько слов, написанных в середине содержания.
— Переведи ее в первую очередь.
— Хочешь, чтобы я книгу с середины переводила?!
Я уставилась на Мартина и поняла, что таким еще его не видела. Он выглядел так, словно познал смысл жизни или нашел карту, на которой обозначено место зарытого сундука с золотом. И одновременно его взгляд лучился уверенностью и суровостью.
— Переводи так, как я сказал. И напоминаю: никому ни слова о том, что здесь написано.
Когда я принялась листать страницы, то мои глаза распахивались все шире. Черно-белые иллюстрации ясно давали понять, что книга совершенно не о подарках. Она о даре. О том даре, который имею я, Мартин и большая часть нашего лагеря. Но я никогда в жизни не видела подобных книг! Говорят, что книги с древними знаниями были сожжены много сотен лет назад, из-за чего наше поколение ресемиторов испытывает кучу трудностей. Мы умираем после сорока лет, не можем иметь детей, да и избавиться от дара, не теряя при этом жизнь, мы не можем.
Неужели это какой-то старый учебник? Где Мартин, черт подери, мог его взять?! Кто он такой? Кажется, его прошлое намного интереснее, чем я могла бы себе представить.
Я поднялась из-за стола и подошла к нему. Он в этот момент усердно что-то перемешивал венчиком в глубокой миске.
— Кто ты такой?
Мартин поднял на меня взгляд, замедляя руку с венчиком. На его губах заиграла ухмылка.
— Снежана, кажется, ты что-то путаешь. Твое дело переводить, а не задавать вопросы. Запомни это.
Сжать кулаки от злости — это все, что я могла сделать. В голове роились сотни вопросов, и в каждом звучало имя Мартина. Который, зараза, не захочет дать ответ ни на один из них.
Неспешным выверенным движением руки он превращал желто-коричневую массу в однородный цвет. Шоколадный аромат заставил меня подойти ближе и с интересом заглянуть в миску.
— Что это? — спросила я, уставившись на темно-коричневую массу, которая отсвечивала глянцевым блеском.
— Легкий ганаш. Другими словами, шоколадный соус.
Меня злил его спокойный голос и равнодушие. Гнев алым пламенем сжигал мое тело изнутри.
— Много же тебе придется съесть самому.
Рука Мартина остановилась. Он поставил миску на столешницу.
— Я ухожу. Остальное буду переводить завтра.
Если я сейчас не уйду, то сорвусь. Выскажу Мартину все, что о нем думаю, а потом услышу в ответ несколько издевок и приказов. В итоге он все равно останется в выигрыше, а я покажу себя как истеричка.
Развернувшись на сто восемьдесят, я направилась к выходу.
— Ты остаешься.
Это прозвучало не как приказ и не как просьба. А как предсказание неизбежного. Может быть, именно поэтому я остановилась на полпути.
— Не люблю, когда портят мои планы, — сказал Мартин. — Ты уйдешь, когда я тебя прогоню.
Последняя капля соединилась со злостью, окончательно переполнив меня. Блок едва сдерживал дар, который свирепел внутри, словно дикий зверь. Я обернулась, пытаясь успокоить клокочущую ярость.
Мартин стоял у холодильника, лицом ко мне. Он наверняка ждал моей реакции на его слова.
И она последовала… Я в несколько быстрых шагов преодолела между нами расстояние, схватила со стола открытую банку с мукой и успела ее опрокинуть на Мартина быстрее, чем он успел опомниться.
Кажется, в этот момент в маленькой квартире стало на одного злого человека больше.
И пока Мартин не придумал, что мне сделать за обсыпанные мукой лицо и футболку, я заговорила, тыкнув ему в грудь пальцем:
— Ты слишком высокого мнения о себе! Это раз. Я не хочу и не буду подчиняться тебе во всем! Это два. А после того как я узнала, о чем книга…