Чтение онлайн

Наконец, в последний день мне явился демон. Я ожидал увидеть кого угодно, но только не самого короля преисподней. Все присутствующие были не на шутку напуганы, скорее всего, им впервые удалось вытащить самого Люцифера в человеческий мир. Но как оказалось, это был ещё не конец, дьявол должен был оценить меня, достоин ли я того, чтобы просить его о помощи. Спустя примерно минуту, все посторонние вышли из зала, оставляя меня наедине с дьяволом.

Уединившись со мной и удостоверившись, что кроме нас больше никого нет, дьявол принял человеческий облик, аргументируя, что так нам обоим будет удобней. Его человеческое обличие меня даже немного успокоило, так как оно было довольно приятным и привычным. Единственное, что меня немного смущало в его облике, это алый цвет глаз, до того сильно его глаза были похожи на родные глаза Анны, что мне становилось не по себе, но я старался не подавать виду и держать себя гордо, как подобает императору. Мы находились в настолько темном помещении, что нельзя было разглядеть ни стен, ни пола.

– Чего так темно то, – сказал Люцифер, – жути нагоняете? – Тут он щёлкнул пальцами, и изысканный канделябр осветил два широких кресла, стоящие друг против друга и круглый столик между ними. Мы сели друг напротив друга.

Сначала он не проявлял ко мне особого интереса, а лишь спрашивал, чего я от него хочу. Спустя время я заметил, что демон пристально смотрит мне прямо в глаза, сложив руки на столе. При этом я совершенно не испытывал какого-то страха или тревоги, как предупреждали готовящие меня к ритуалам ведьмы, я говорил спокойно и отчётливо, словно общаясь с обычным человеком. Но поведение Люцифера меня немного беспокоило: с каждым моим словом он немного наклонялся вперед и всё внимательней всматривался в меня. Мне рассказывали о таком поведении демонов, они смотрят человеку в глаза, чтобы заглянуть в его душу и оценить её, и человек это чувствует, но я не думал, что у дьявола возникнут с этим трудности, потому что я совершенно ничего не чувствовал.

Тут он отстранился, слегка улыбнулся уголками губ, перебил меня и начал задавать мне вопросы, касающиеся лично меня. Я не видел причин отказываться, но пытался говорить кратко и прямо, без лишних подробностей. С каждым разом его вопросы становились всё сокровенней, словно он пытался разузнать обо мне всё, пытался заглянуть в самые глубокие уголки моей души. Я это понял по его отлично работающей в нашем мире тактике задавать вопросы, позволяющей с помощью одного вопроса получить два и более ответа. Такие вопросы обычно заставляют человека дополнять основную информацию посторонними фактами, даже если они изначально не имеют к вопросу никакого отношения. И с каждым таким вопросом человек раскрывает всё больше и больше информации, пока дело не дойдет до того, что он начнёт говорить о самом личном, даже сам этого не заметив. Я не собирался играть в его игру, поэтому говорил сухие факты, объединяющие каждого человека, стараясь не затрагивать тему личных слабостей и страхов, я говорил только то, что ему следует знать.

Вдруг Люцифер прекратил это и растянулся в довольной улыбке. Он сказал, что впервые встречает такого сильного человека, как я, что ещё ни один человек не смог продержаться столько времени с демоном наедине, не раскрыв ему свою душу. Но что самое главное, как он отметил, он не смог, глядя мне в глаза, проломить защиту и заглянуть в мою душу. Мне показалось, что это очередная его уловка, но вспомнив, как я себя чувствовал в его компании, решил поверить ему. Он долго нахваливал меня, пока не начал рассказывать, скольких недостойных людей он повстречал и скольких он поубивал. Так продолжалось довольно долго, он перешёл на тему его самого, рассказывая о том, кем он был когда-то давно, как несправедливо с ним обошлись и прочее. На самом деле, слушая его, я постепенно начал думать, что единственный из нас, кто нуждается в чьей-то помощи, так это он. Немного позже он начал рассказывать мне о своих взаимоотношениях с коллегами, как все над ним смеются, считают его нытиком и истеричкой, а младший брат так вообще, как он сказал: «неблагодарная…». Дальше ничего из его нечленораздельной нудятины я разобрать не смог. И на протяжении всего душевного рассказа он активно жестикулировал, наблюдались также неконтролируемые всплески эмоций. На минуту мне показалось, что он совсем позабыл о том, что я обратился к нему за помощью, что он должен исполнить моё желание, и что меня уже давно ждут за дверью. А он и не собирался останавливаться! Он успел мне поплакаться практически обо всём, чего мне не следует знать вообще, и ведь я даже не спрашивал его ни о чём из того, что он успел мне поведать, пока я не прервал его. Наконец, он замолчал, отцепился от моего рукава, слез с моего подлокотника и отодвинул своё кресло от моего.

Я решил напомнить ему цель своего визита, и он резко изменился в лице. Я ничуть не удивился тому, что такая импульсивная личность, как Люцифер может совершать такие резкие перемены. Он серьёзно посмотрел на меня и сказал, что сможет обеспечить нас с Анной потомством, но при одном условии. Он сказал, что один из наследников рода Гаоми сможет оказаться его приемником, что это может оказаться и наш сын или наша дочь, внук или внучка, правнук или правнучка и так далее, но только один. Я был не согласен и хотел предложить ему вместо этого свою душу, но как оказалось, это условие было как раз вместо моей души. Люцифер хотел, чтобы его приемник был столь же умён и силён духом, как и я, и что это намного лучше, чем потерять такую ценную душу. Скрепя сердце и собрав волю в кулак мне пришлось согласиться, и договор был заключён – наследник в обмен на наследника. В знак своеобразной компенсации он дал мне кулон в виде песочных часов, способный показывать носителю его недалёкое будущее, и велел отдать его Анне перед поездкой. Тогда я ещё не знал, какую поездку он имел в виду, и зачем Анне подарок такого рода, когда я сам могу предупредить её о любом событии. Я уже собирался уходить, но Люцифер сообщил мне в след, что Анна вольна отдать его кому-то ещё ввиду того, что другому этот кулон понадобится больше, чем ей самой. Беседа была окончена, и мы расстались. Я думал, что это была моя единственная встреча с этим эмоциональным типом. Как я ошибался! С тех пор он нередко наведывается ко мне «в гости», мы много общались, и для меня даже это стало своеобразной нормой. Нередко я обращаюсь к нему за помощью по государственным и политическим вопросам, в которых я могу допустить непростительную ошибку, тем более, с помощью его способности видеть больше и лучше понимать людей я чувствую себя более уверенным. И со временем, как бы странно это ни звучало, мы с дьяволом стали довольно хорошими друзьями.

***

Эдвард решил ещё раз вызвать у себя видение, чтобы попытаться ухватить ещё немного информации. На этот раз ему привиделся лепесток сакуры, который находился…прямо рядом с ним. Император взглянул на татами позади себя и обнаружил одиноко лежащий лепесточек, на который он с самого начала не обратил внимание. Он поднял лепесток и положил на свою ладонь: тот, в отличие от первого был совсем вялым и хрупким. Эдвард попытался потрогать его, но тот сразу рассыпался от малейшего прикосновения, и оставшийся прах немедленно подхватило дневным потоком ветра и унесло далеко – далеко, мимо садов, деревьев, мимо крыш пагод, на верхушках которых развивались красные флаги с изображением паутины, в центре которой располагался паук – символ Кен Меин. Эдвард бросил взгляд в сторону уносящегося ветра и тяжело вздохнул.

– Дело действительно плохо. Мы поедем на коронацию принцессы Астарии, но я буду внимательно следить за всем происходящим, и не позволю себе расслабиться, ни на минуту. Надеюсь, что ты тоже сможешь понять, что происходит и попытаешься что-нибудь предпринять ради безопасности тех, кого ты любишь. Ведь так, Юджин? – Произнёс Эдвард последнюю фразу, обращаясь к невидимому собеседнику.

– Дядя, расскажи мне, пожалуйста, сказку! – Маленькая девочка со светлыми волосами прыгала по кровати, будучи в предвкушении очередного дядиного рассказа на ночь.

– Я расскажу тебе даже не столько сказку, сколько быль, которую рассказывают всем, всем детям Астарии. – Молодой человек поправил подушки, уложил племянницу в кровать, накрыв одеялом, и сел на рядом стоящее кресло.

– Ой, здорово! А о чём она, о чём она? – Девочка смотрела на дядю своими большими изумрудными глазами, в которых читалось огромное любопытство.

– Не спеши, сейчас всё узнаешь. – Он погладил девочку по голове, устроился поудобней на кресле и перешёл к рассказу.

Случилось это несколько сотен лет назад. Рыбачили как-то два брата кен меина на море и загружали улов в свою шхуну. Всё шло у них хорошо, и море спокойно, и рыба клюёт. Но вмиг спокойствие нарушилось падением сверху неопознанного объекта.

– Что это было, Пин? – Спрашивает один другого.

– Не знаю, Пак. – Ответил второй. – Кажется, в воду что-то упало, вон там круги расходятся.

Опустили они невод на место падения невиданного, потянули и вытянули к себе в лодку: это оказался…мертвый человек!

– Аааа!!! – Закричал Пак и от ужаса и выпустил сеть из рук.

Второй не растерялся и решил осмотреть находку: то был пожилой человек, скорее всего, покинувший этот мир из-за старости, и кое-что в нём удивило кен меина – у старика были невероятно длинные седые волосы и заострённые к верху уши. Никогда раньше они людей такой наружности не видывали, а тем более, чтобы они ещё и с неба падали!

– Пак, нам нужно срочно сообщить об этом императору! – Пробормотал Пин, отходя от полученного шока.

– Ты прав, Пин. – Бойко поддержал его брат. – А потом нам дадут за это награду, мы разбогатеем и станем знаменитыми!

На том братья решили и, позабыв об отловленной рыбе, направились вместе с трупом к императору, гордые своей находкой.

В то время правил дальний предок нынешнего правителя Эдварда, мудрый Гелиан Гаоми. Легкой, скользящей походкой, с невозмутимым видом, держа руки за спиной, император прошествовал мимо братьев, от которых нещадно несло рыбой. Но император не подал виду, ведь он достиг высшего уровня дзен и умел отрешаться от всего мирского. Ведь даже самый сопливый попрошайка являлся его народом, а император ценил свой народ, за что тот слепо боготворил своего правителя. Пак едва держался на ногах от эмоций, захлестнувших его при виде обожаемого императора! Ему хотелось прикоснуться хоть к краешку платья императора, но он не смел даже шевельнуться, боясь, что это всё окажется сном и видение правителя растает, как утренний туман. Его старший брат взирал на императора неестественно огромными, блестящими от слёз и умиления глазищами и жадно раздувал ноздри, втягивая аромат тонких благовоний, которые источал правитель.

Император откинул краешек брезента, которым было накрыто тело. Едва уловимое удивление проскользнуло по его лицу. С минуту он изучал тело необычного пришельца, щелчком пальцев император подозвал к себе старшего учёного и что-то тихо объяснил склонившему голову старцу. Затем рука императора резко выпрямилась, и его палец указывал в сторону братьев рыбаков.

– Вы, двое! Вы покажете моим учёным место, где вы нашли тело. Цена не имеет значения, любые расходы за мой счет!

Пак почувствовал, как всё плывет, и земля уходит из-под ног. Обожаемый император обратил на него внимание! От счастья и эмоций голова шла кругом, и не надо было в тот момент ему никаких наград, лишь бы только служить своему императору! От нахлынувших эмоций Пак был готов свалиться в обморок, сквозь шум в ушах он услышал глухой стук лба о мраморные плиты дворца. Это старший брат Пин свалился в обморок первым.