Чтение онлайн

Она замешкалась, явно собираясь что-то сказать напоследок, но передумала и вышла из комнаты с видом оскорбленного достоинства, под оглушительный шелест нижних юбок. Жаль, что в тускло освещенном коридоре не было ни души и некому было заметить таинственную улыбку на устах мадам Йорк.

Фэнтон покачнулся, но удержался на ногах.

Он одержал уже две победы над сэром Ником. Но что, если дух последнего становился все сильнее? Фэнтон машинально спрятал шпагу в ножны. Он вспотел и чувствовал слабость, словно только что закончил изнуряющий поединок. Да и роль сэра Ника на сей раз далась ему непросто: слова вспоминались без труда, но своеобразный, чуждый ему акцент выжал из него все соки.

Фэнтон поднес руку к горлу, но вместо кожи ощутил под пальцами кружевной воротничок. Сюртук из черного бархата и бриджи вдруг стали невероятно тяжелыми. Ему показалось, будто он иссох и одежда болтается на нем, как на скелете.

«А вдруг, – пронеслось в голове, – все мы – лишь призраки?»

Однако дубовый стул, до которого он дотронулся, был самым настоящим. Как и Лидия: по-прежнему кутаясь в его халат, она сидела на кровати, подогнув ноги под себя, и не сводила с него глаз. Стараясь не выдать волнения, он подошел к ней и робко произнес:

– Лидия. – Он взял ее лицо в ладони. – Простите, что совсем позабыл о вас, пока говорил с… вашей кузиной.

От ее взгляда, в котором читалось лишь беспредельное обожание, Фэнтону захотелось провалиться сквозь землю.

– Позабыли? – повторила она. – Душа моя, вовсе нет, – напротив, тогда вы вспомнили обо мне! – Влажные пухлые губы задрожали. – На сей раз она и правда уйдет? Эта… это существо? Вы не измените своего решения?

– Она уйдет, – заверил ее Фэнтон.

В его голосе звучала непоколебимая уверенность. Ее почувствовал даже Джайлс, который молча стоял в сторонке с бесстрастным видом, а ведь настроение хозяина всегда было для него тайной за семью печатями.

– Вернемся к вашему недугу…

– О, вздор! – воскликнула Лидия. – Сколько шума из-за сущего пустяка!

«Сущий пустяк». Как же… Если не вылечить девочку от этого «пустяка», она через месяц умрет от отравления мышьяком. Его жена. Умрет. Стоп. А жена ли она ему?.. Ну конечно, что за бредовый вопрос? Иначе вся эта трагикомедия попросту лишена смысла. Это его законная жена, и он никому не позволит причинить ей вред.

– Лидия, постарайтесь вспомнить: когда рези в животе и тошнота впервые побеспокоили вас? Недели три назад, сдается мне?

Лидия принялась медленно загибать пальцы.

– Воистину! Три недели!

– Какие кушанья и напитки вы принимали все это время?

– Когда у меня в первый раз разболелся живот – после обеденной трапезы, – я убежала к себе и заперла дверь на засов. И делала так впредь, чтобы ни одна живая душа не видела, как я страдаю. – Она бросила на Фэнтона заговорщический взгляд. – Никто не знает о моих мучениях.

– А после этого?

– После этого я всегда обедала в своих покоях. Каждый полдень горничная приносила мне миску поссета, он и был моим единственным кушаньем все эти дни. Но иногда, пусть и нечасто, даже он вызывал дурноту… Ужасное воспоминание!

От ее слов веяло беспросветной тоской и одиночеством.

– Лидия, о чем вы тогда подумали?

Взгляд девушки затуманился.

– О… Я подумала, что пришла моя смерть. Ведь люди беспрестанно умирают, поди разбери почему. – Лидия умолкла. Она явно колебалась, будто боролась сама с собой. – Нет! Господь свидетель, я не могу лгать! Меня и вправду посещала мысль о яде. Но я думала, что это вы, душа моя… И поэтому ничего вам не говорила.

Фэнтон невольно сжал кулаки и отвернулся. Позор на вашу голову, сэр Ник: это как же нужно постараться, чтобы законная супруга заподозрила вас в покушении на убийство?

Однако Лидия восприняла его поведение по-своему.

– Господь всемогущий да простит меня! – закричала она. – Но ведь я ни в чем не виновата! Ник, Ник! – Она в бессилии заколотила кулаками по одеялу. – Да, я подозревала вас, но лишь потому, что разум мой помутился! О, сколько огорчений я причинила вам, муж мой!

Фэнтон посмотрел на нее и улыбнулся.

– Ничего подобного, – ответил он и, обхватив ладонями лицо жены, снова поцеловал ее в губы. – Вы огорчите меня, только если не будете чистосердечно отвечать на мои вопросы. Итак, вспомните: что еще вы ели и пили каждый день, помимо поссета?

Лидия задумалась.

– Ничего. Только ячменную воду из стеклянной бутыли, но из нее пьют все в доме.

– А что за поссет вам готовили?

– Самый обыкновенный: четыре взбитых яйца, полпинты молока, четыре куска сахара. И полбутылки хереса.

Фэнтон нагнулся, подобрал с пола кинжал Мэг и задумчиво взвесил его на ладони.

– Джайлс?

– Слушаю, сэр.

– Полагаю, тебе известна наша «тайна».

– Вы были столь любезны, что сами посвятили меня в нее, сэр, – вчера, когда обнаружили, что…

– Вот и хорошо, – оборвал его Фэнтон. – Мне нужны те, кто готовил поссет и относил его наверх. И все, кто имел возможность прикоснуться к миске. Собери их в моем… в моем кабинете.

Джайлс поклонился. Его лицо оставалось серьезным – ни малейшего намека на обычную самоуверенную наглость.

– Скажи им, – продолжал Фэнтон, – что кто-то отравил их госпожу мышьяком, и я выведу злокозненного нечестивца на чистую воду. Ну и крик сейчас подымется…

– Крик? – эхом отозвался Джайлс. – Ну что вы, сэр. Не просто крик, а блеянье, кудахтанье и поросячий визг, от которых и глухому тошно станет. Этот скот, – добавил он высокомерно, – давно пора высечь девятихвосткой, да хорошенько. Я обо всем позабочусь, сэр, будьте покойны.

Фэнтон собрался было возразить, но Джайлс уже исчез за дверью.

Лидия, которая явно не доверяла рыжему пройдохе, по-прежнему сидела с поджатыми ногами, неотрывно глядя на Фэнтона. Но взгляд ее голубых глаз стал смешливым, а в голосе, когда она заговорила, послышалось радостное возбуждение.

– Я знала! – произнесла она. – О, в тот самый день, когда мы обвенчались – ровно три года, один месяц и четыре дня тому назад, – я все поняла!

– Что ты поняла, дорогая?

– Наклонитесь, я прошепчу вам на ухо. Нет, ближе, ближе…

Фэнтон поднял край парика и послушно склонился к ее губам. В этот миг Лидия сотворила то, отчего Фэнтон подпрыгнул. Впрочем, нужно признать, что шалость супруги доставила ему немало удовольствия.

– Это что еще за фокус? – воскликнул он, не в силах сдержать расползавшуюся по лицу широкую ухмылку. И, в шутку наставив на Лидию кинжал, грозно спросил: – Признайся, кто тебя научил?

– Так ведь ты и научил. – Лидия удивленно вздернула брови. – Я знаю еще сотню таких. – Вдруг ее взгляд стал напряженным, а голос серьезным. – Я скажу тебе кое-что, Ник. Скажу, потому что сегодня ты совсем другой. Накануне нашего венчания я… я говорила о тебе с отцом. Он ненавидел тебя всей душой. Знаешь, что я ему сказала?