Чтение онлайн

— Мы должны были встретиться с ней в Сан-Паулу, — произнес Ковен задумчиво. Потом повернулся к Жанет: — Это вы виноваты в ее смерти. Вы и этот демон…

— Демон тоже был уничтожен. Они не могут спастись, находясь в кольце огня, например в горящей машине, — сказал Майк. — Все, чего вы добились, связавшись с Лин и ее сектой в попытке уничтожить Вашингтон, это смерть Риты Поэтому вам лучше сдаться и рассказать властям, где спрятана бомба.

— Если вы, конечно, знаете, — добавил Картер саркастически.

— Конечно, я знаю, — отпарировал Ковен, — ведь это же я ее установил. Я собрал ее с помощью простых инструментов в гараже Лейк-коттеджа. Вы должны были найти ящик из-под этих инструментов при обыске, я уверен.

Ящик для инструментов! Эти слова отозвались в голове Майка, как эхо взрыва. Он вспомнил, что последними словами Лин были: «В ящике…», но появление Маккарти не позволило ей договорить. Теперь недоговоренное ею совпало с воспоминанием о том, что сказал Стаффорд после первого осмотра тоннелей, когда охранники задержали в одном из них Жанет.

— Инспектор, — нетерпеливо проговорил он, — вы помните, что сообщили мне после первого осмотра станции?

Стаффорд задумался.

— Ничего важного. — Затем его лицо неожиданно прояснилось. — Да. Я говорил, что мы далее обыскали ящик для инструментов на старой дрезине, которой пользовались ремонтники путей. — Он внезапно остановился. — Вы хотите сказать?.

— Перед тем как демон Лин покинул тело мисс Берк, я спросил, где спрятана бомба, и она ответила: «В ящике…», но она не успела договорить. Это наверняка ящик для инструментов. Если во второй раз осмотр проводила та же группа…

— Именно та же, — подтвердил начальник охраны станции.

— Вы проверили ящик для инструментов вчера вечером, когда я попросил вас повторить осмотр? — резко спросил инспектор Стаффорд.

— Наверняка.

— А вы сами его видели?

— Нет, но… — Лицо начальника охраны прояснилось. — Альф Портер отвечал тогда за осмотр, но он ушел домой, сказал, что простудился.

— Позвоните ему. Спросите, осматривал он этот ящик еще раз или нет.

Начальник охраны пошел к телефону, посмотрел на список номеров, который был приклеен скотчем к стене, и набрал номер.

— Альф, — услышали его голос окружающие, — ты осматривал сегодня во второй раз этот ящик для инструментов на старой дрезине в секции тринадцать?

Некоторое время он слушал голос на другом конце провода, а потом прикрыл трубку рукой.

— Он говорит, они не сочли необходимым открывать ящик еще раз, поскольку он был пуст только двадцать четыре часа назад.

— Вот оно, — сказал Картер начальнику охраны. — Вы знаете, где находится эта секция?

— Конечно. Почти непосредственно под зданием Капитолия. — Лишь тогда до него дошел смысл этих слов. — Бомба. Она под Капитолием.

— Точно, — кивнул Картер. — Вперед, Хорнер. Начальник охраны покажет нам, где находится дрезина и бомба.

— Подождите минутку! — Голос Ковена остановил уже собравшихся уходить людей. — Детонатор бомбы очень чувствительный, лучше я сам его сниму.

— Тогда пошли, — заторопился Картер, — время не ждет.

— Я обезврежу его в обмен на свою жизнь, — сказал Ковен, обращаясь непосредственно к Генеральному прокурору. Только он мог дать такое обещание. — Согласны?

Ни секунды не колеблясь, прокурор ответил:

— Мы могли бы вынести вам смертный приговор за государственную измену, попытку покушения на жизнь Президента и ряд других «заслуг», но за спасение миллионов жизней простых людей мы можем заменить его на пожизненное заключение. Договорились.

— Пойдет, — сказал Ковен. — Мы можем идти, Хорнер. Вы мне поможете.

Когда шеф ФБР Картер, Хорнер, начальник охраны станции и Ковен ушли, руководитель департамента юстиции вытер пот со лба.

— У-ух. Это было здорово, доктор Кернз, — сказал он, — когда вы вспомнили эти слова…

— Лин, — подсказала ему Жанет.

— Лин, значит… вы спасли жизни миллиону людей.

— Перед тем как уйти навсегда, она все же спасла многие жизни… — сказала Жанет. — Пожалуй, я использую эти слова, когда буду писать для «Стар ньюз» статью о том, что здесь сегодня произошло.

— Никакой статьи не будет, — решительно заявил прокурор.

— Вы действительно собираетесь похоронить все это под покровом молчания? — спросила Жанет с сомнением в голосе. — За такую историю я получила бы высшую награду журналистики.

— Ни одно слово об этом не будет напечатано, — заявил Генеральный прокурор тоном, не терпящим возражений, — если публика узнает, что правительство позволило одному человеку так близко подойти к уничтожению центра Вашингтона и высших правительственных чиновников, то даже Президенту могут вынести вотум недоверия. Не говоря уже о том, что в случае взрыва американское правительство было бы полностью парализовано, а Советы могли бы воспользоваться этим удобным случаем для нанесения ядерного удара.

— Что вы собираетесь сделать с Ковеном, сэр? — спросил Майк.

— Я обещал ему жизнь. Придется сдержать слово, однако заключения двух докторов достаточно для того, чтобы упрятать в психиатрическую больницу человека, которого подозревают в помешательстве. В конце концов, нормальный человек не пойдет на то, что задумал Ковен. Поэтому вы и доктор Маккарти без колебания можете подписать это заключение.

— И что потом?

— Завтра я проведу закрытое заседание в Верховном суде, а во второй половине дня Роджер Ковен будет уже на пути в аэропорт Ралей-Дерхам в правительственном самолете.

— А почему туда? — спросила Жанет.

— Об этом мало кто знает, и мы это не афишируем, но правительство только что закончило строительство тюрьмы и больницы строжайшего режима для самых опасных преступников на одном из Каролинских островов. Она полностью изолирована, и когда ее двери закроются за Роджером Ковеном, его больше никогда никто не увидит.

— Если, конечно, оба доктора напишут такое заключение, — сказал Маккарти, — но какой же будет диагноз?

— Параноидная мания величия. Кто-нибудь из вас не согласен?