Чтение онлайн

В сенях также стояли две лавки, на которых сидело по одному стражнику: у обоих насупившийся взгляд, прямые спины и плотно сжатые в руках древка копий. При моем появлении они быстро переглянулись и острия разом были направлены в мою сторону.

– Спокойно, – защищаясь, поднял ладони. – Там вашему коллеге плохо стало.

Они никак не среагировали, словно до них не дошло, что я сейчас сказал.

– Вы меня слышали, там вашему, – я указал на входную дверь, – стало плохо. Он валяется без сознания.

– И что? – наконец вымолвил один из стражей.

– А то… – вопрос был неожиданным, и надо было что-то придумывать. – А то, что там, рядом крутиться какой-то мужик подозрительный. Как бы он не воспользовался ситуацией и не ограбил его.

– Ограбил? – удивленно переглянулись бравые стражи.

– Ограбит, ограбит. Обязательно, – поддержал я их, согласными кивками. – Ой, ограбит.

Блюстители местного порядка чуть ли не подскочили со своих мест и… взяв меня ''на штыки'' – попросту наставив оружие – ''вежливо'' попросили проводить до того места где так некстати оказался без сознания их коллега. Честно говоря, такого развития событий я не ожидал.

План на самом деле был прост дальше некуда. Я вхожу, приглашаю стражника или стражников (как в данном случае) на улицу и пока они идут смотреть, что же там такого произошло, я парой хорошо поставленных ударов рукоятью меча… А что делать? Да, жестоко, но мне почему-то очень не хотелось, чтобы из-за меня сгорел ни в чем не повинный парнишка. Придумка насчет того, что он, незарегистрированный колдун – шита белыми нитками… Так вот я их вырубая и спокойно забирая горемыку с собой и веселой компанией мы соображаем на троих… Нет, выпивать будем потом – будем соображать насчет побега: куда и как быстро?

Однако ребята оказались не промах, так что впереди шел я, а, сзади нацелившись в спину, преследовали два копья с широкими и острыми наконечниками. Вышли на улицу и вот тут острия уперлись под лопатки. ''Все'', – мелькнула в голове запоздалая мысль. Правда развиться она не успела: раздались два глухих удара, и сразу стало проще дышать. Все же с некой опаской обернулся:

– Ну… великий планостроитель, как успехи? – отсалютовала Свея тупым концом копья.

– Неплохо, – я оглядел очередную партию бессознательно лежащих защитников тюрьмы – работы непочатый край. – Давай, что ль уберем их, а то сверкают как золотой посреди дороги.

Чтобы убрать три тела во двор, понадобилось минут десять, а вот с четвертым телом – оно же первым оказавшиеся на земле безсознания – пришлось повозиться. Убрать… да что там, даже сдвинуть такую тушу с места – проще эвакуатор вызвать. Нет, мы его не потащили во двор – далеко – просто привалили к стене, рядом с входом, нахлобучив шлем на глаза. Копье примостилось рядом, создавая необходимую картину: сморило – спит.

Осмотрев еще раз невольно ''спящих'' и улицу, на которой в течение всего ''представления'' не появилось ни одной живой души, мы… пусть не с чистой, но совестью, вошли в тюрьму… Добровольно.

Светлый явно был обескуражен поведением своей пешки.

– Я не понял, что он делает? – удивлялся он уже несколько минут. – Это же… ненормально.

Темному же наоборот нравилось все, что происходило на данный момент. Уж его-то пешка оправдывала ожидания на все сто процентов.

– Говорил я тебе, что он не очень-то верит в нас. В тебя в частности.

– Да к черту веру! – не сдержался Свет. – Он-то как раз уверовал по самый не хочу… Нет, ты посмотри, что творит охальник. Врезать бы ему за это молнией другой.

– Тю, тю, тю… Сам же говорил, что не стоит вмешиваться в процесс.

Бог безвольно ударил кулак по ладони, а Дьявол только ехидно улыбнулся. Пока все складывается в его пользу.

– Там нет никого, – тихо произнесла Свея, осторожно заглядывая в комнату охраны.

Массивная дверь, с не менее массивной золотой ручкой, была закрыта – я пробовал. Однако нас интересовала не она, а другая, та, что с железными полосами по периметру. Вот она-то как раз была… тоже заперта.

– Приехали, – вынес я неутешительный вердикт. – Как будем открывать?

Свея смерила меня таким взглядом, словно удивляясь, откуда я вообще взялся. Оценив, в очередной раз, мои умственные способности – это по ее лицу ясно – она просто вышла на улицу и спустя пару минут вернулась со связкой ключей.

– Логично, – честно говоря, я не подумал о том, что у охраны могут быть ключи от дверей. Вот оно современное воспитание – это я про себя.

Девушка склонилась к замочной скважине и пару минут спустя дверь была открыта. Сразу за ней начиналась лестница, ведущая… естественно вниз – это вам не ''подвалы'' на Любянке – тут все по правилам.

Спустя двадцать три ступеньки вниз – специально считал, так как было темно, а света мы с собой естественно не взяли – наконец-то встали на ровную площадку пола. Тускло чадили два сиротливых факела, создавая, ни сколько свет, сколько вонь. Справа была дверь: черная, обитая тяжелыми полосами метала, с грозно торчащими шипами, на которых виднелась… Ох, хотелось бы поверить, что это простая ржа. Налево уходил широкий, но недлинный коридор в конце, которого виднелась небольшая комната, больше похожая на коморку, в которой… спал стражник.

Я осторожно тронул Свею за плечо, указывая на неожиданную неприятность. Девушка медленно начала вытаскивать метательный нож, и ее намеренья были самыми явными, только меня это не устраивало. Все также осторожно, но требовательно, накрыл ее ладонь своей и отрицательно покачал головой. Ее взор был непонимающим, словно я запретил ей есть сладкое, а не убивать человека. Также взором объяснил, что не хочу лишних жертв и, что можно обойтись без этой бессмыслицы. Она поморщилась, что-то про себя добавила, изобразив на мордашке ехидство, и махнула рукой – делай что хочешь.

Медленно, ступая только на мысочки, стараясь дышать через раз, мне удалось добраться… до первой двери – всего их было четыре, по две с каждой стороны – и в это время одну из заключенных вдруг захотелось поорать. Темный каземат принял на себя звуковую волну, а потом с радостью пустил гулять по коридору, ударяя о стены, потолок, о спящего… Вот теперь уже нет, стражника.

Пришлось совершить марш бросок, пока охранник окончательно не пришел в себя и не создал лишних проблем. Он только успел широко зевнуть, расширить от удивления глаза – всё. В следующее мгновение я впечатал его в стену, приложив лысой головой – шлема на нем не было – к неровной кладке серого камня. Звук был глухой, но и его скрыл вопящий заключенный.