Чтение онлайн

Исчезновение мэра стало большой новостью и источником бесконечных спекуляций. Множество выдвинутых теорий охватывало широкий спектр маловероятных судеб мэра небольшого города. Некоторые утверждали, что Донни Уилкерсон стал жертвой мафии в стиле Джимми Хоффа, в то время как другие говорили, что он покинул город с тайной любовницей и чемоданом расхищенных городских средств. Неважно, что не было никаких доказательств, подтверждающих это. СМИ ненавидят информационный вакуум — особенно когда вакуум существует в центре крупной истории — поэтому иногда они просто фабрикуют свои собственные «факты». Майк находил болезненно забавным, что ни одна из циркулирующих диких историй даже не приблизилась к чистому безумию правды.

Он мог положить этому конец в любой момент. Сегодня даже. Прямо сейчас. Он снова подумал об этом, когда, наконец, вышел из колл-центра и поплёлся через полупустую стоянку к своей машине. Хотя сейчас было настоящее море открытых пространств, его машина была там, где он оставил её сегодня рано утром, на очень дальнем углу стоянки. Первая смена всегда была самой укомплектованной, и тогда стоянка была почти заполнена. Утром было много шума и суеты, так как его коллеги спешили попасть внутрь и быть готовыми к своим столам до начала смены. Однако теперь всё было устрашающе тихо. Уныло-серое небо над головой и лёгкое дуновенье в воздухе создавали атмосферу гнетущей тьмы. Это заставило его напрячься. Просто паранойя. Он несколько раз оглядывался через плечо, наполовину ожидая увидеть шпионов Дьявольского Заговора, следящих за каждым его движением. Это было абсурдно, но он ничего не мог поделать. С той тревожной утренней поездки с Марни, последовавшей за его первой заговорщической встречей, б'oльшая часть его души чувствовала, что живёт в глубоко странной сатанинской версии шпионского романа.

И да, он мог положить этому конец в любой момент.

Сегодня, — он снова напомнил себе. — Прямо сейчас.

Скоро он будет за рулём своей машины, снова занятый самым освобождающим моментом своего рабочего дня. Снова устроившись в собственном автомобиле, он снова почувствует себя одиноким, отбросив, наконец, все ежедневные стрессы, которые были неотъемлемой частью его профессии. Он больше не был привязан к столу. Он мог ехать, куда хотел. Домой. В магазин за продуктами. Или в бар, или в кинотеатр. На самом деле не имело значения, что и где, просто его время снова принадлежало ему, и он мог делать всё, что ему заблагорассудится. Например, вместо того, чтобы сейчас ехать домой, он мог бы повернуть в другом направлении и доехать до полицейского участка. Он мог рассказать всё, что знал. Он мог бы предложить надеть прослушку на следующую встречу Дьявольского Заговора. И он мог раз и навсегда покончить с этим безумным дерьмом, поглотившим его жизнь.

Но каждый раз, когда он доводил себя почти до такой степени, что думал, что сделает именно это, он вспоминал ту леденяще-тихую утреннюю поездку с Марни и откладывал эту идею. Он подозревал, что она преувеличила масштабы культа и его способность предвидеть и устранять угрозы. Рациональная часть его разума говорила ему, что смешно полагать, что они начнут систематически убивать всех его близких, как только он появится в полицейском участке. Но они забросили свои крючки слишком глубоко внутри него. Он поверил ажиотажу, несмотря на его внешнюю абсурдность. Им уже много раз удавалось избежать наказания за убийство, и они никогда не были разоблачены. В конце концов, он просто не мог переварить даже отдалённую возможность причинения вреда людям, о которых он заботился.

Так он попал в ловушку.

Если только… ну, если только он не убил бы себя. К слову об отдалённых возможностях. Но он не исключал этого полностью. Если ситуация когда-нибудь дойдёт до точки, когда он почувствует себя совершенно невозможно, это может стать осуществимой стратегией выхода.

А до тех пор…

Он начал хмуриться, приближаясь к своей машине. Что-то было зажато за дворником со стороны водителя. Белый листок бумаги, может быть, или конверт. Было что-то зловещее в том, как его края трепетали на усиливающемся ветру, словно привлекая его внимание. Ещё больше паранойи? Быстрый просмотр разбросанных поблизости других машин не выявил других белых клочков бумаги, прикрепленных к другим лобовым стёклам. Конечно, нет. Служба безопасности преследовала бы любого, кто пытался бы распространять листовки на территории компании. Нет, что бы это ни было, это, несомненно, была попытка связаться с ним напрямую.

Блять.

Внутри него образовался тугой узел страха, когда он подошёл к машине и увидел, что это был конверт, прикрепленный за дворником. Каким-то образом запечатанный конверт казался даже более зловещим, чем сложенный лист бумаги. Он открыл машину и бросил свой рюкзак внутрь, прежде чем выхватить конверт из дворника. Этот узел страха затянулся ещё на несколько градусов, когда он увидел печатные буквы, изображённые на лицевой стороне конверта — ДЗ.

Дьявольский Заговор.

Майк хлопнул конвертом по ладони свободной руки и пнул камешек на асфальте, который покатился по стоянке, пока не исчез под синим Lexus. Чем он и хотел бы заняться сейчас. Бля, просто исчезнуть.

Блять! Блять, блять, чёртова блять, чёртова блять в квадрате!

Он знал, что это. На каком-то уровне, с первого же взгляда на штуковину, прикрепленную к его дворнику, он понял, что она каким-то образом связана с этими злыми ублюдками. Он не знал, как понял об этом, но знал, хотя с той первой ужасной ночи на этом фронте почти ничего не было. Была ещё пара встреч, но они прошли без происшествий, почти обыденные. Убийств больше не было. Никаких больше оргий. А последняя встреча была больше месяца назад. Однако что-то внутри него почти мгновенно угадало истинную природу этого существа. Словно что-то во Вселенной говорило с ним. Пытаясь предупредить его. Что он не мог истолковать иначе, как очень плохой знак.

Он ещё немного посмотрел на буквы, написанные на конверте.

Потом он сел в машину и вскрыл его.

Содержащаяся в нём записка была краткой и тоже написана печатными буквами:

ПОЕЗЖАЙ К «ЖИРНОМУ СЭМУ» НА ЦЕНТРАЛЬНОЙ УЛИЦЕ. СПРОСИ ДЖАСПЕРА. СКАЖИ, ЧТО ТЫ ПРИШЁЛ ЗАБРАТЬ ПОСЫЛКУ. ДЗ.

Майк перечитал записку несколько раз, и с каждым разом, когда он просматривал загадочное сообщение, его бровь поднималась всё выше. «Жирный Сэм» был популярным бургерным заведением. Местная собственность с двумя ресторанами, один рядом с тем местом, где он жил, а другой на противоположной стороне города. Он не мог себе представить, какие дела у Дьявольского Заговора могут быть с «Жирным Сэмом», да и не хотел знать, что это за дела.

Он покачал головой и тихо выругался:

— Чёрт меня побери.

На один безумный, головокружительный момент он решил не обращать внимания на записку и просто отправиться домой. Но он знал, что не может этого сделать. Когда он не выполнял инструкции, его наказывали. Как-то. Каким-то образом. Надя, вероятно, выпорет его или ещё что-нибудь на следующей встрече заговорщиков. Также Марни ждала его дома. Она переехала к нему в начале месяца. Её идея, и у него не было иного выбора, кроме как принять. Возможно, она уже знала о записке и её цели. Чёрт, возможно, она даже прикрепила записку к его лобовому стеклу. На первый взгляд почерк не был похож на её собственный, но ксилография была сделана явно преднамеренно, возможно, чтобы скрыть личность автора. Что вызвало ряд очевидных вопросов. Зачем вообще оставлять записку? Почему бы не позвонить ему на мобильный?

Он снова покачал головой.

Очередная чушь про шпионский роман.

Смешно это или нет, но здесь у него не было выбора. Он мог только делать то, что ему сказали. Поэтому, скомкав записку в комок и отбросив её в сторону, он завёл машину и направился к «Жирному Сэму».

Майк вошёл в ресторан «Жирный Сэм» на Центральной улице сразу после 17:30 вечера. Он бы добрался туда раньше, если бы не мучительно медленное движение в час пик, которое более чем втрое превышало обычное время в пути. Паранойя снова окрасила его мысли и сделала его всё более нервным на протяжении всей поездки. Главной причиной этих чувств был его поздний уход из колл-центра. Человек, организовавший эту таинственную миссию, должен был знать об обычном времени окончания его смены, но не смог бы предвидеть сегодняшнюю вопиющую задержку. Что, если то, что он должен был совершить сегодня вечером, зависело от того, сделает ли он это в очень сжатые заранее установленные сроки? В таком случае он может уже опоздать. Ужасные вещи, возможно, уже были запущены, вещи, которые он, вероятно, был бы бессилен остановить.

Его удача немного повернулась к нему, когда он вошёл в ресторан. Зал заведения был пуст, и перед ним была только одна пара. Задорная блондинка-хостес взяла пару меню и сопроводила их к ближайшему столику. Она вернулась менее чем через минуту и приветствовала его ослепительной улыбкой.

— Привет! Вы один сегодня вечером?

Майк попытался изобразить собственную улыбку, но сразу понял, что это была ошибка. Хотя она изо всех сил старалась не показывать этого, что-то в выражении его лица встревожило её, и сила её улыбки значительно потускнела.