Чтение онлайн

– Ты бы знала, как я люблю тебя, детка.

Пламенные губы Демиена захватывают мой рот и творят с ним немыслимые вещи. Я опьянена Каррасом. Его власть для меня – это все. Потерять счет времени с этим мужчиной – сущий пустяк. Дем – моя самая сильная влюбленность. Та, сумасшедшая любовь, о которой писатели пишут в книгах. Но мы в реальности, и это наша история. Думаю об этом, а в ответ мурашки.

– Хеймсон, – зовет Каррас.

Я не выдерживаю тех порывов внутри. Меня разрывает на части от желания стать еще ближе.

– Тебе мало моих поцелуев? – Густые черные брови мужчины взмывают вверх.

– Прости. Я полгода без секса, детка. – Мое тело знает, что делать в присутствии Демиена. Оно никогда не врет.

Я взбираюсь на колени мужчины и с выдохом в потолок опускаюсь на твердый член любимого.

– Да, сахарок. – Стонет Каррас, помогая мне двигаться на нем.

Ни один мужчина не сравнится с Демиеном. Он был создан для меня. В моменте это кажется чем-то смешным. Из всех людей планеты жизнь зачем-то сводит тебя с человеком, чью фамилию твоя семья презирает.

– Ты хоть знаешь, кто такие Каррасы, Катрина?

От грозного тона отца по спине стекает прохладный пот. Мне тринадцать, и я понятия не имею, почему папа так зол за ужином. Он презрительно смотрит на мою сестру, а затем переводит взгляд и задает мне вопрос о Каррасах.

Что я знаю об этой семье? В ней растут два симпатичных парня, оба старше меня. Одному из них пятнадцать, другому семнадцать. Их семья не менее влиятельная нашей, я часто вижу о них заметки в газетах и социальных сетях (хоть и не часто ими пользуюсь, папа запрещает нам пользоваться такой штукой, как Интернет – но разве подростков может что-то остановить).

– Это мерзкие ублюдки!

– Эйден! – сквозь зубы шипит мама, теряя самообладание. – Не выражайся так.

– Они должны знать, кто такие Демиен, – отец поворачивается в мою сторону, будто бы я имею какое-то отношение к парню, – и Алекс.

Алекс. Отец произносит имя старшего брата и пристально следит за взглядом Алики. Чего он пытается добиться? Мы никак с ними не связаны.

– А теперь подробное досье на каждого из них. Впитывайте, девочки!

Папина одержимость Каррасами переходит все дозволенные границы. Он помешался на них. Меня это пугает.

– Демиен Каррас – беззаботный младшенький ублюдок. Привык к тому, что ему достается все легко. Думаю, когда он повзрослеет, иллюзия анархии быстро растворится. Мальчик считает, что раз родился с золотой ложкой во рту, то ему все можно.

– Разве это не паттерн поведения всех детей, кто родился в обеспеченной семье, отец? – Позволяю себе дерзость я.

– Твои дочери разбалованы не меньше детишек Карраса, Эйден. – Подмечает мама, поддерживая меня с теплой улыбкой на устах.

Она всегда на моей стороне в отличие от отца.

– Он преступник и развратитель малолеток. – Папа делает вид, что мы – пустое место, продолжая диалог с самим собой. – На прошлых выходных он избил сына моего компаньона. Вы считаете он нормальный?

Отец неисправим. Он слишком предвзят ко всему, что касается Каррасов. Я не собираюсь отступать, желая высказать свою точку зрения. Поэтому предполагаю:

– Может Демиен просто защищался?

– Не думаю. – Отмахивается папа, настаивая на своем. – А как они сожгли яхту, отмечая день рождение одноклассницы? Хорошо отдохнули! Я уже молчу, как ловко он лезет под юбку девчонкам, Катрина. Даже не смей смотреть в его сторону. Этот мерзкий ублюдок не для тебя и никогда не будет.

Какое сожаление, но «мерзкий ублюдок» по имени Демиен Каррас оказался мне по вкусу. Он настолько для меня, что я готова провести с ним вечность. Как бы отец ненавидел Каррасов, но придется смириться с тем, что ночами я вскрикиваю в блаженстве эту ненавистную ему фамилию.

– Люблю тебя, Каррас. – Напоминаю я Дему в сотый раз за эту ночь.

Прости отец, но за этого мужчину я собираюсь выйти замуж. С ним я хочу прожить всю свою жизнь. С ним я готова в огонь и воду. Готова подняться в рай и спуститься в ад. В каком бы страхе к Каррасам ты меня не растил, таинственное дерево с запретным плодом в раю я все же готова променять на ад с Демиеном.

Демиен

Как же приятно снова оказаться в своей постели, а не на дерьмовой тюремной кровати. После таких потрясений больше начинаешь ценить мелочи. Люди – интересный народ: когда есть, они пренебрегают; когда отнимаешь – ценят.

Моя королева лежит рядом и нежно приобнимает меня во сне. Я рассматриваю ее спящую и с трудом удерживаюсь от того, чтобы дотронуться. Она такая милая, когда спит. В пух и прах растрепанные волосы, расслабленное лицо и положение тела. Катрина спит на правом боку с закинутой на меня ногой. Я осторожничаю, убирая пряди волос с ее губ, боюсь разбудить.

– Демиен… – Шепчет спросонья сахарок.

Прикосновения к коже Хеймсон отключают мой мозг. Я касаюсь ее плеч, спускаюсь к рукам, а после переплетаю в замок наши пальцы. Катрина улыбается и прижимается, кладет голову на мою грудь, тяжело вздыхает.

– Это самое лучшее утро в жизни, Каррас.

– Правда, что ли?

Я зарываюсь пальцами в кудрявые волосы и вдыхаю аромат тела Хеймсон.

Бывает же такое, что запах человека сводит с ума. У меня такое впервые. Зачастую меня бесили девушки, я не мог находиться рядом с ними дольше пяти минут. От их аромата меня воротило, дело не в парфюме. Были и те, на кого я реагировал нейтрально, я не чувствовал их запаха. Но Хеймсон… Я готов обниматься с ней вечно, касаться каждую свободную секунду.

Звучит безумно, но я тащусь от ее естественного аромата. Она, как жутко страшный наркотик, вызывает привыкание.

– Чем займемся сегодня?

Я поднимаю глаза в потолок и собираюсь с мыслями, чтобы сказать разочаровывающую для нее вещь. Сегодня у меня запланировано много дел. Сомневаюсь, что вернусь до полуночи. Катрине об этом я еще не говорил. Но, надеюсь, она поймет.

Совсем скоро у нас заканчивается аренда, пора подыскивать новое место жительства. Продлять договор я не планирую, поскольку эта квартира не совсем удобно расположена. Катрине далеко ехать до Колумбийского, неудобно добираться до бара Лайлы, куда она устроилась работать. Мой офис у черта на куличиках расположен от места, где мы сейчас живем. Пусть мы заплатим больше, будет мотивация скорее подниматься на ноги и жить в комфорте.