Дыхание любви
Шрифт:
— На многое, майор! — авторитетно заявила Джоанна. — Случается, игроки пользуются запрещенными приемами, наносят друг другу серьезные травмы и даже увечья… Но хоккей — это такая игра, майор!
— А Райан Макманн? Он тоже был готов на все? Травмировать соперников, выводить их из игры?
— Нет, что вы! — пылко возразила Джоанна. — Райан Макманн всегда играл строго по правилам. Фанаты обожали его за это и гордились им!
Карли кивнула. Слушая рассказ Джоанны, она удивлялась способности людей очаровываться спортсменами, кинозвездами, певцами, возносить их на недосягаемый пьедестал, видеть в них только достоинства и не замечать недостатки. Восхищаться, обожать, проявлять безграничную преданность своим кумирам. Две встречи с Макманном не убедили Карли в том, что этот человек подходит на роль кумира. Но Джоанна знала Макманна в те годы, когда он находился в зените славы, и, возможно, тогда он был другим.
— Райан Макманн организовал и спонсировал программу “Айс Баддис”, — продолжала капитан Уэст, — и значительные суммы от игр шли на благотворительность. Игроки отдавали проценты от заработанных денег на помощь детям-инвалидам.
— Что ж, похвально!
— Более чем похвально! Кстати, эта программа имеет непосредственное отношение к моей семье! Мой брат Джек получает от нее помощь.
— О чем вы? — спросила Карли.
— Когда Джеку было десять лет, школьный автобус, возивший учеников, попал в аварию и перевернулся. Джек стал инвалидом, у него парализована нижняя часть тела.
— О Господи!
— Да, к сожалению. Так вот, он получает материальную помощь от “Айс Баддис”, и они даже купили ему специальное инвалидное кресло, в котором он мог бы кататься по льду и принимать участие в состязаниях спортсменов-инвалидов. Видели бы вы, мэм, как Джек гоняет на нем по льду! — Джоанна улыбнулась.
“Похоже, все члены семьи Уэст физически сильные, выносливые люди. И мужественные!” — с уважением подумала Карли.
— Да если хотите знать, за время своей карьеры Райан Макманн потратил миллионы долларов на благотворительность! — воскликнула Джоанна. — Что там тогда произошло с ним в гостиничном номере, мне неизвестно, и произошло ли… Но моя семья и я всегда будем благодарны этому человеку за его душевную щедрость!
— Скажите, Джоанна, знаете ли вы что-нибудь о его личной жизни? По-моему, жена бросила Макманна сразу после суда?
— Кажется, их брак был непрочным. Они слишком разные люди. Помню, я как-то читала интервью с женой Макманна в журнале “Пипл”. Так вот, меня поразило, что эта особа открыто заявляла, будто жить со знаменитым спортсменом очень тяжело, и признавалась, что ненавидит хоккей. Разве любящая жена позволит себе такие высказывания? — Как и во время их прошлой беседы, едва речь зашла о семейных отношениях, Джоанна машинально приподняла левую руку и взглянула на золотое колечко с бриллиантом, сверкавшее на безымянном пальце. — Просто большинство людей не понимают и не хотят задумываться над тем, что профессия, дело, которому служишь, и работа — разные вещи. Для меня, например, очень важно различие между этими понятиями.
— Летать — это дело вашей жизни, а не работа? — улыбнулась Карли.
— Конечно, майор! — убежденно воскликнула молодая женщина. — Я всегда мечтала быть пилотом! И уверена, вы тоже не случайно выбрали профессию юриста.
— Вы правы, — ответила Карли. — В моей семье три поколения занимались и продолжают заниматься юриспруденцией, и я сделала свой выбор осознанно. — Она взглянула на часы. — К сожалению, капитан, мне пора. Вечером я должна еще поработать.
Карли взяла со стола чек, взглянула на него и достала из сумочки деньги. Джоанна тоже потянулась к сумочке, но Карли остановила ее:
— Не надо, капитан, я сама заплачу за нас обеих. Спасибо, что составили мне компанию. Я очень рада, что побеседовала с вами.
“И получила дополнительную информацию о свидетеле обвинения Райане Макманне”, — мысленно добавила Карли.
Нет, никаких новых важных фактов, улик или версий Карли не узнала и пока не составила о Райане Макманне четкого представления, но кое-что для себя прояснила. Она почти перестала сомневаться в его свидетельских показаниях против Майкла Смита, которого Макманн видел на Ривер-роуд в день и час убийства.
По дороге домой Карли размышляла о темно-зеленом “форде-торес”, принадлежащем подполковнику Смиту, и о данных, полученных ею в библиотеке на Райана Макманна. Подъехав к своему дому, увитому плющом, она внезапно решила не работать с документами, а тщательно продумать завтрашнюю беседу с Майклом Смитом, подозреваемым в убийстве жены, и хорошо подготовиться к ней. Наступающий день обещал быть сложным, насыщенным, но весьма интересным.
Глава 5
— Двенадцатого апреля я не покидал библиотеку до пяти вечера, не проезжал по Ривер-роуд и не убивал жену, — упрямо твердил подполковник Смит, глядя прямо перед собой.
Карли кивала, а потом снова задавала тот же вопрос:
— Почему в таком случае никто, ни один человек не может подтвердить, что видел вас в библиотеке “Фэрчайлд” до того момента, как вы покинули ее, отметив пропуск в семнадцать двадцать?
Она пристально смотрела на подполковника Смита, пытаясь по внешним признакам составить о нем верное представление, необходимое для расследования. Строгое лицо с правильными чертами, внимательный взгляд серых глаз, тяжелая челюсть, коротко стриженные волосы. Военная форма голубого цвета ему к лицу, на груди — несколько рядов разноцветных планок, свидетельствующих о наградах. Инженер, пилот самолета-заправщика. Слушатель академии военно-воздушных сил.
На бесстрастном лице Смита четко выделяется маленький свежий шрам над левой бровью. Происхождение его очевидно: получен в результате недавних бурных объяснений с ныне покойной женой.
— На моем курсе в академии военно-воздушных сил обучается свыше трехсот полковников и подполковников, — ответил Смит. — В других учебных заведениях, расположенных на территории базы, включая и вашу школу военных прокуроров, еще несколько сотен. Поэтому персонал библиотеки не в состоянии запомнить такое количество людей.
Да, Майкл Смит оказался именно таким, каким его описывали друзья и сокурсники. Очень выдержанный, хорошо владеющий собой, замкнутый, необщительный человек. Маловероятно, что он умело притворяется таким. А вот его покойная жена Элен была совсем другой. Яркой, общительной, заметной, выделяющейся из толпы. Она, вне всякого сомнения, затмевала мужа, и ему невольно приходилось быть на вторых ролях, как говорят, находиться при жене. Что связывало этих абсолютно разных людей?
Похоже, официально обвиненный в убийстве жены, подполковник Смит еще больше ушел в себя и замкнулся. Казалось, он твердит заученный текст и не в силах придумать в свое оправдание ничего нового.
— Скажите, мистер Смит, может, вы видели в библиотеке кого-то из преподавателей или слушателей?
— Нет, в библиотеке я никого не встретил. — Адвокат Дж. Патнем Джонс мгновенно поднял голову от бумаг и сделал жест рукой.
— Насколько вам известно, помещение библиотеки “Фэрчайлд” занимает огромную площадь, майор Сэмюелс, — проговорил он. — И человек, работающий там, подчеркиваю — работающий, может и не заметить своих знакомых.
— Мне известны и расположение, и размеры библиотеки “Фэрчайлд”, мистер Джонс, — сказала Карли.