Чтение онлайн

— Пусть шесть, не так уж это важно, — отмахнулся я, — сначала мы будем двигаться по главному тракту. Преследователей теперь можно не опасаться и даже если маги Бездны кого-нибудь пошлют, то будет слишком поздно. К тому же, отсюда они не выйдут без потерь — я подготовил им небольшой, но смертельный сюрприз. Дальше, немного не доезжая до Румболна, мы свернем в земли Надитского баронства.

— То есть проедем вдоль границы с орками?

— Да, я не хочу ввязываться в стычки с отрядами враждебно настроенных племен, граничащих с королевством недалеко от Румболна, поэтому мы двинемся направо и доберемся до относительно безопасных земель рядом с племенем Степной Горы. И тогда уже двинемся дальше через них.

— А вы уверены, что нас пропустят? Не хотелось бы потом оказаться в западне из-за излишней доверчивости, — недоверчиво спросила Ришти.

— На этот счет можно не волноваться — нас встретят и проводят во избежание каких-либо проблем, так что даже другие орки не посмеют и близко сунуться, — не упоминая о моем статусе старейшины этого племени, но об этом я промолчу.

— Ммм, хорошо, — эльфийка задумчиво потеребила прядь волос, — в таком случае, степь и проход по ней я оставляю на вас.

Наметив примерный план на ближайшее время, я с рашаду поспешил на улицу, так как кроме нас в таверне остались только мои телохранительницы, ожидающие у выхода. Этим утром погода не подвела и все небо было девственно чистым, без единого облачка. Ну что же, сегодня дождя можно не опасаться и приятная дорога без грязи обеспечена. Хороший повод для радости наемницам, спящим на обыкновенных походных одеялах. С удовольствием потянувшись, я спустился с крыльца. Все остальные уже седлали сытых и отдохнувших химер, выведенных из стойл, так что я подождал, пока Равила приведет наши средства передвижения — хорошо, когда за тебя все делают другие! Взобравшись на приевшегося Хорха, я подождал, пока все будут готовы и первым выехал за ворота.

Жители города уже встали и приступили к разборам завалов, так что город походил на разворошенный муравейник, где каждый что-то делал. Даже дети помогали, таская обломки поменьше и складывая их в аккуратные кучки. Оглядывая площадь, я, как и вчера, наткнулся взглядом на неподвижного нищего. По моему, он до сих пор не сменил позы с вечера, как будто умер и закоченел, но грязновато-серая аура с черными и красными прожилками ясно показывала присутствие жизни. Кстати, что-то в этой ауре мне кажется очень знакомым…

Не обратив внимания на недоуменные взгляды моих спутников, я двинулся к нищему, напряженно перелопачивая память в поисках какой-нибудь зацепки и продолжая интенсивно обследовать его ауру. Приблизившись почти вплотную к объекту моего интереса, я уловил почти незаметный, просто крохотный всполох зеленого цвета, почти сразу пропавший. Но этого хватило, чтобы освежить мою память.

Словно молния промелькнула в моем сознании, пробуждая, казалось бы, давно забытое чувство — чувство ненависти, и вместе с ним жгучую радость! Соскочив с отказавшегося подойти вплотную Хорха, начавшего чихать от мерзкого запаха, распространяемого нищим, я радостно оскалился. Не обращая внимание на вонь, я остановился вплотную к скрюченной фигуре и стал ее изучать. Куча дырявых и жутко воняющих тряпок, полностью скрывала худое тело, на голову был наброшен чудом уцелевший капюшон от какого-то балахона, из под которого ниспадали пряди седых сальных волос, полностью закрывая лицо.

Не поморщившись, я откинул капюшон не пошевелившегося нищего и отодвинул прядь волос, закрывавшую ухо. Ну точно, как я и думал — хоть ухо оказалось наполовину срезанным, но еще можно было определить его форму и вид — вытянутая и заостренная больше, чем у рашаду! Ну что же, можно порадоваться, что я не ошибся.

— Учитель, что вы делает? — наморщила носик не решающаяся приблизиться Виэрта. — Зачем вам какой-то жутко воняющий, обычный побирушка?

— Э, нет, моя хорошая, ты не права, — оскалился я, — может сейчас это существо и вызывает отвращение, но когда-то это было далеко не так.

— Ваша мысль от меня ускользает, учитель.

— Ну что ж, тогда позвольте представить — последний высший эльф великого дома Черной Радуги! — я сделал шаг в сторону, открывая взглядам спешившегося и столпившегося вокруг отряда такого уникального нищего.

— Учитель, а вы уверены в этом, потому что у него даже аура не содержит ни капли зеленого оттенка, не говоря уж о столь отвратном виде. Вы точно уверены, что это высший эльф? — озвучила общее недоумение Шэринара.

— Хорошая моя, ты меня обижаешь — неужели я не узнаю собственное проклятие? — возмутился я больше для вида, нежели серьезно — слишком у меня хорошее настроение для обиды.

— Какое проклятие? — хором спросили все маги.

— Мое проклятье, наложенное на этот эльфийский дом.

— А если поподробнее?

— Эх, ну разве что кратко, — вздохнул я. — Когда-то давно, мне перешли дорогу высшие эльфы из Черной Радуги — как это звучит на их языке, я не помню — а именно с Виирневом и его свитой.

— Мне их уже жалко, — тихо пробормотала целительница, но замолчала под моим сердитым взглядом.

— Повод был для меня очень значимым, так что спустя некоторое время я устроил целую охоту за эльфами, состоявшими в этом доме до тех пор, пока мне в руки совершенно случайно не попал живым их князь, — хорошо и вовремя подготовленная случайность всегда является залогом успеха. — Я надеюсь, вы знаете какое значение имеет этот титул у светлых эльфов?

— Это глава дома, всегда самый сильный и влиятельный маг, — как на уроке отчеканила Виэрта.

— Так вот, я использовал на нем магию крови и наложил проклятие на всех его родственников, а так как в каждом доме все связаны кровными узами, то нет ничего удивительного, что оно поразило почти весь дом.

Некоторое время никто не произносил ни слова, удивленно на меня уставившись.

— Если я не ошибаюсь, магия крови запрещена…, — первой очнулась Дирона.

— Сейчас, — уточнил я, — а когда сражались с эльфами, то это никого не волновало, до тех пор, пока было направлено против врагов. Другое дело, что почти никто не имел для этого необходимых знаний.

— А что оно конкретно делает? — поинтересовался Раугрим, внимательно изучая ауру проклятого.

— Как можно заметить по ауре — подавляет ауру эльфа, блокирует использование любой магии и расовых возможностей, одновременно вызывая помутнение разума и снижая сопротивление организма всем болезням. Именно поэтому этот нищий так отвратительно выглядит, воняет и поражен различными болезнями.

— Если можно было так проклинать, то почему же это не использовалось в войнах?

— Все очень просто — проклятие набирает силу очень долго — примерно до полутора сотен циклов, и сравнительно легко снимается с родственников при проведении ритуала отсечения ветви для жертвы — то есть изгнания из дома. Первый и второй раз это получилось, а на третий раз высшие догадались, в чем дело, так что войти в полную силу смогло только мое проклятие. Тем более, для его создания требуется жертвоприношение ста эльфов, кроме самой жертвы.

— Ну, учитывая масштаб сражений, тогда это, наверное, не представляло проблемы? — хмыкнула Ришти.

— Еще как представляло — всех светлых эльфов убивали на месте, разве что эльфиек чуть погодя, после известных действий, — печально вздохнул я.

В свое время мне пришлось изрядно потрудиться для подготовки к жертвоприношению, не упоминая того, что многие из влиятельных фигур хотел заполучить в руки живого князя.

— Это все хорошо, но, сколько мы будем еще здесь стоять? — влезла Шэринара, которой уже надоело здесь стоять.