Дыхание звезд
Шрифт:
Сатфорд застыл на месте, только глаза шевелились, то разглядывая лицо, то ее руки на своей груди.
— Разве есть хоть что-то во вселенной, способное тебя напугать? — выдохнул ректор. — Того, кто освещал мрак, того, кто зажигал…
Стук в дверь оборвал мужчину на полуслове. Он недовольно скривил губы, не желая отпускать ее, но в дверь снова постучали, на этот раз настойчиво.
— Продолжим позже, — процедил он сквозь зубы.
Тяжелой походкой Сатфорд направился к двери, а Астра медленно осела на пол, пряча дрожащие руки. Ректор всегда умел навести страх. Порой одного его взгляда хватало, чтобы ноги непроизвольно подкашивались. Поэтому в Академии его не только уважали, но и испытывали животный ужас, если тот начинал гневаться. А злился он, надо заметить, постоянно.
Мужчина резко распахнул дверь, одаривая миловидную девушку на пороге все тем же убийственным взглядом. Улыбка моментально сползла с ее почти кукольного личика, плечи под легкой шубкой непроизвольно опустились, а в глазах поселился все тот же необъяснимый страх.
— Я не вовремя, Натан?
Сатфорд застыл буквально на несколько секунд. Видимо, мозг переключался из режима редкостного негодяя в режим милого парня.
— Нет, что ты, все хорошо, — послышался мягкий, почти нежный голос. — Разговаривал с племянницей.
— Она будет с нами? — Незнакомка недоверчиво посмотрела в сторону девушки на полу.
— Нет, конечно. Только мы вдвоем. — Он снял с вешалки теплую куртку и громко произнес: — Видишь, Сеттан, ничто человеческое мне не чуждо.
Даже после того, как Сатфорд покинул номер с симпатичной незнакомкой, Астра никак не могла прийти в себя. Вся поездка теперь казалась каким-то розыгрышем, в котором ректор решил поиздеваться над Астрой, совершенно не приспособленной к жизни на Земле. Словно привел ее за ручку в чудесный мир, показал, как это — находиться среди других людей, а потом в грубой форме объяснил, почему она никогда не сможет жить так же. Как еще, если не издевательством, можно назвать его слова о том, что он специально прячет девушку в Академии, что с ее головой что-то не так. Он восхищался человечеством, но не Астрой, словно она недостаточно хороший человек или вообще недостойна называться человеком.
«Потому что он козел!» — ворчал голос в голове.
— Это и так все знают, — бормотала она в тишине пустого номера.
«Это он недостоин называться человеком! Выскочка! Роза с Мартой правы: он молодой и у него слишком много власти. Но здесь у него власти нет, помни об этом».
— Я помню, но все равно боюсь его.
«И что он сделает? Выкинет из Академии? И отлично, будешь жить здесь, на планете. Подумай, сколько тут приключений и новых знакомств! Не тормози, девочка, покажи, кто здесь главный».
— Да кому я нужна? У Эдлера подружка, у Розы с Мартой свои семьи и внуки. Другой родни нет. Я понятия не имею, как живут люди на планете.
«Разберешься! — уверенно крикнул голос. — Главное, не отступай. Ты — лунная девочка, ты важнее этого напыщенного негодяя. Пусть узнает, что ты совсем непростая».
— И что ты предлагаешь? Устроить ему еще один скандал? Он меня уделает парой фраз.
«Начни с малого — займи его спальню. Он сам тебя привез сюда, а о кровати не подумал. На диване удобно спать?»
— Совершенно неудобно, что-то в спину постоянно впивается. И подушки нет.
«Вот и займи его комнату. Будет выпендриваться, скажи, что тоже имеешь право нормально спать и что он должен был подумать о твоем комфорте. Ведь так мужчины поступают?»
— Наверно, не знаю.
«А что за мадам к нему пришла? Ты видела, как он сразу превратился в миленького мальчика, а? Весь такой добрый, заботливый. Как он тебя назвал? Племянница? В каком месте ты ему племянница, интересно?»
— Но девушка красивая. Стройная, белокурая, как красотки из богатых семей в Академии. А какие у нее сапожки! Мне такие даже не снились, всю жизнь в комбинезонах проходила. И что значит «ничто человеческое не чуждо»? Я так и не поняла.
«Спать он с ней будет. А тебя выгнал только из-за того, что с Эдлером прокатилась в челноке. Разве это справедливо?»
Астра попыталась представить, каково это, целовать Сатфорда? Он же не умеет быть нежным и отзывчивым. Если Эдлер — романтик, парящий в бескрайних просторах космоса с озорной улыбкой на лице, то стихия ректора — это власть, бесчувственность и упоение своим превосходством перед людьми. Он может притвориться заботливым, приглашая каждую неделю в кабинет и расспрашивая об успехах в учебе, но стоило немного оступиться, и забота превращалась в несоразмерный гнев.
Интересно, красавица в сапожках представляет, кто он на самом деле или так увлечена его притягательной внешностью, что готова не замечать скверный характер?
«Почему он вообще так к тебе относится, никогда не задумывалась? — не умолкал надоедливый голос. — Может, пора бы уже поставить его на место? Давай, делай первый шаг, разберись с ним на нейтральной территории, где у него нет никакой власти! Пока не разберешься, так и будет о тебя ноги вытирать!»
Астра вздрогнула от постороннего шума. Кто-то зашел в номер, но кто именно непонятно. Она больше не сидела на полу у окна, а лежала в кровати Сатфорда и совершенно не помнила, как ложилась. Опять выпала из реальности, пока болтала сама с собой.
Дверь едва слышно закрылась, и неизвестный сделал несколько тяжелых шагов вглубь номера.
— Сеттан? — раздался знакомый голос.
Астра молчала, натягивая одеяло поверх комбинезона. Убежать из комнаты уже не успеет, так что оставалось лежать в чужой кровати и молить, чтобы мужчина не очень громко орал. Все же внутренний голос порой не стоит слушать, ничего хорошего он не посоветует.
Дверь в спальню резко распахнулась, и на пороге возник сердитый ректор. Снова растрепанный, пряжка ремня смотрела куда-то вбок, а на черной рубашке расстегнуты верхние пуговицы и из-под ткани выглядывали вполне различимые татуировки на груди. Видимо, у Сатфорда куда больше секретов, чем все думали.
— Это моя спальня, — недовольно произнес он.
— Лунная девочка ищет внутренний стержень в этом мире, — выпалила Астра, натягивая одеяло почти до ушей. — Так что теперь моя, а вы спите на диване.
На удивление, Сатфорд не стал хмурить брови и ругаться. Напротив, он ехидно усмехнулся и подошел к кровати. Астра решила не отступать и для начала отвоевать хотя бы комфортный сон.
«Он всего лишь человек, — напоминала она себе, — просто очень наглый и привыкший всеми командовать».
Сатфорд наклонился к ней и широко улыбнулся. От него пахло алкоголем и приятным женским парфюмом. Видимо, голос был прав — не об Академии и студентах он с дамой болтал, раз ее запах остался на одежде.
— Не переусердствуй, Сеттан.
С этими словами он вырвал из-под ее головы подушку, отчего затылок неприятно ударился об изголовье кровати.
— К слову, люди не спят в одежде, которую носят на улице — это дурной тон.
— Так у меня ничего другого и нет! — выпалила она в улыбающуюся физиономию.