Дым и пепел
Шрифт:
— Верно, — Тони постучал вилкой о край тарелки. — Наверное, я должен был взять с собой Кевина Гровза. Вы с Генри уже его поимели. Участие в нашем деле этого репортера не было бы большой натяжкой.
Он шутил, но Лия возвела глаза к потолку, выхватила у него вилку и заявила:
— Поздно же ты спохватился!
— Фу.
— Ох, не будь ребенком. Давай, одевайся. Нам пора начинать спасать человечество. Надо найти и закрыть двадцать семь слабых мест, прежде чем бывшая подружка моего бога притопает сюда и попытается захватить мир.
— Да. Что ж, ты знаешь слова: «В аду нет фурии, страшнее демона, отвергнутого с презрением» [109] . — Тони широким жестом показал на домашнее платье Лии. — Собираешься идти в этом?
— Я очень быстро одеваюсь. Это было слишком очевидным, чтобы отвечать. На футболке Тони, похоже, стало еще больше дыр, но в конце концов он все же натянул ее через голову и попал в рукава. Руки болели, но в этом не было ничего удивительного. Обувь и носки Фостера остались в спальне, но когда он встал, чтобы их принести, пол сдвинулся под его ногами.
109
Перефразированные слова из пьесы английского драматурга Уильяма Конгрива(1670–1729) «Невеста в трауре»: «В раю нет ярости, сильнее любви, перешедшей в ненависть, в аду нег фурии, страшнее женщины, отвергнутой с презрением».
— Может, тебе сперва стоит несколько часов поспать? — Лия вздохнула, обошла стол и посмотрела на Фостера сверху вниз.
Глава тринадцатая
«Я спал слишком мало и за последние… — Тони сосчитал по пальцам от субботы до среды. — Да, за последние четыре дня, наверное, потерял добрых десять фунтов веса.
Все в порядке, люди. Дело не только в демонической конвергенции. Это просто план спортивных тренировок. Подпишитесь сейчас, и мы добавим бесплатно диету Сай Маккасих! Все углеводы, какие пожелаете! Но прежде чем съесть, вы должны отобрать их у Владыки арджхов!»«
— Тони! — Судя по злости, сквозящей в голосе, Лия окликает его уже не первый раз.
— Что?
— Мы на месте.
На месте — значит, в Ричмонде, на почти пустой парковке, если не считать допотопного «Бьюика» и двух «смартов».
— Слабое место находиться прямо здесь? — с надеждой спросил Тони.
«Если повезёт, первую дыру из двадцати семи я смогу запросто залатать».
— Оно в здании.
«Вот и надейся, что будет легко!»
— Конечно, именно там.
— Сегодня суббота, — напомнила Лия, открывая дверцу. — Я отвлеку охрану, ты всё подлатаешь. Трах-бабах — и мы движемся дальше.
— Разве это не полагалось говорить в рифму? — пробормотал Тони, вылезая из машины.
У него болели колени, одеревенела спина. Фостер чувствовал себя так, будто ему стукнуло семьдесят пять лет.
— Знаешь, Гэндальфу, наверное, было не больше тридцати. А то, что у него седые волосы и борода, — скорее всего, плата за то, что он волшебник. Так объясняется его брейкданс с Саруманом, — добавил Тони, когда они пошли к передней двери. — Это была подсказка насчет того, сколько им на самом деле лет.
Лия повернулась, озадаченно уставилась на него и спросила:
— О чем ты там лопочешь?
— Об эпизоде с брейк-дансом в фильме. Ладно, предполагалось, что это битва, но, подруга, тот, кто ставил такую сцену, полностью завалил свою работу.
— Ради всего святого, почитай книгу! — Лия возвела глаза к небу.
— А что, разве есть такая?
Здание, где находилось слабое место, принадлежало компании под названием «Сеаникс технолоджи инкорпорейтед».
— Они занимают первое место в Канаде по производству компьютеров, — объявил Тони.
Фостер с Лией вышли из тумана и нырнули под бетонный выступ, окаймляющий спереди одноэтажное здание.
— Ты знаешь это, но не в курсе того, что Питер Джексон поставил «Властелина колец» по книге?
— У меня никогда не хватало времени на просмотр дополнительных материалов, — пожал плечами Тони. — У нас проблема.
— Еще одна, не считая твоего ужасающего невежества во всем, что не касается телевидения и фильмов?
— Охранник — женщина.
— Что? Это тоже значилось на вывеске?
Тони вздохнул и показал.
Высокая блондинка, сидевшая за столом в большом холле, уставилась в мониторы и не замечала их.
— Ты прав. У нас проблема.
— К счастью, я знаю, как ее решить.
— Ты владеешь чарами, которые справятся с той женщиной?
— Не-а. Для этого мне не надо магии.
— Тони, ты же гей, — Лия осторожно похлопала его по плечу.
— Это обстоятельство мне тоже поможет, — сказал он, тихо открывая тяжелую стеклянную дверь. — Но еще важнее то, что я работаю на телевидении.
Их появление привлекло внимание охранницы.
С профессионально-нейтральным выражением липа она наблюдала, как Лия с Тони подходили к ее столу, потом спросила:
— Я могу вам чем-нибудь помочь?
В нейтральный тон этой особы закралась легкая подозрительность.
Тони улыбнулся, вытащил из бумажника визитку, протянул ее и сказал:
— Надеюсь, можете. Босс послал меня найти место для натурных съемок. Не исключаю, что это здание будет идеальным.
— Вы работаете в «Самой темной ночи»!
— Да.
— Ух ты! Мне нравится этот сериал! Ли Николас такой сексуальный! Тот эпизод, где его схватили ведьмы и принесли бы в жертву, если бы Раймонд Дарк, за которым они охотились столетиями, им не сдался! Его привязали к алтарю — это было просто блестяще! А та сцена, где он гнался по улице за безумным ученым, который высасывай кровь из людей, а обвинили в этом вампиров! Он тогда пробежал прямо мимо магазина бывшего мужа лучшей подружки моей матери! — Охранницу охватил такой энтузиазм, что она помолодела лет на пять. — Тут сказано, что вы стажирующийся ассистент режиссера, так?
Тони заговорил чуть-чуть манерно:
— А еще я тот, кто ищет места для натурных съемок и чинит фотокопировальное устройство. К тому же я консультант по декорациям и, время от времени, второй труп справа. — Он наклонился над столом. — Та нога с краю экрана, после резни на контейнеровозе в Вантерме. Она моя.
Чи-Би был стишком прижимист и не хотел заказывать искусственную ногу. В его распоряжении было сколько угодно настоящих, разгуливающих рядом и получающих зарплату.
— Нет.