Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло
Шрифт:
— Это ты! — взорвалась сестра и бросилась на него.
Джош перехватил её и сдавил в крепких до боли объятиях. Я посмотрела на Бена, на Джоша и снова на Бена, выискивая на их лицах ответы. Может, это очередной сон?
— Нет, Эшли, — сквозь зубы процедил Бен и медленно качнул головой. — Не надо так смотреть.
Я опустила глаза, зажмурилась, запустила пальцы в волосы. Приблизилась к телу Моники, заметила, что её кулон пропал. Колени подкосились, я чуть не упала, но оперлась на стол спиной.
Это невозможно...
Том вскрыл последний конверт, но чего ради? Он преследовал спортивный интерес. Почему я его не почувствовала? Или лысый отбил мой нюх своим появлением? А если он причастен?
— Все остаемся на своих местах, — скомандовал Джош. Ему как-то удавалось сохранять холодную решимость, проявлять твёрдость, когда все остальные вышли из строя. Вот только взгляд его застыл, глаза были расширены от потрясения. — Мы не должны упускать друг друга из виду. Ни к чему не прикасайтесь. Есть вероятность, что остались какие-то улики.
Шок постепенно отпускал, и до меня стали доноситься судорожные всхлипы сестры. Я задрожала и тяжело вздохнула, ощутив щемящую боль в груди.
Никто не проникал в дом, защитная магия не впустила бы чужака. Что же тогда? Я поглядела в лица дорогих сердцу людей и натолкнулась на непонимание и испуг.
Страдания Мишель лились рекой, заполняли кухню медленным, горячим, пронизывающим ветром. В доме оставалось только трое, и один из них являлся, по закону жанра, убийцей. Я вышла на середину комнаты, сжимая и разжимая кулаки.
Все вдруг замерли и воззрились на меня, даже сестра перестала плакать. Я не могла сейчас думать, не могла смотреть им в глаза, меня охватил такой ужас, что сердце перестало биться.
— Нет, — прошептала я, глядя мимо них и качая головой. — Нет, — чуть громче произнесла я, пятясь к двери. — Нет! — закричала я, и стены задрожали от моего голоса.