Чтение онлайн

Луса тоненько заскулила. Она была жива! Подскочив к подруге, Каллик бережно взяла ее зубами за загривок. Ей ужасно не хотелось волочить раненую Лусу по земле, но плосколицые уже окружали их со всех сторон — медленно-медленно, словно надеялись, что Каллик их не заметит!

Шаг за шагом Каллик пошла назад, таща Лусу за собой по грязной земле. Она старалась волочить ее как можно осторожнее, но каждый раз, когда Луса тоненько скулила, у нее сердце разрывалось от страха и жалости.

«Прости меня, Луса! Я стараюсь тебя не мучить, но у меня не получается!» Но хуже всего было то, что черная медведица оказалась на удивление тяжелой. Просто поразительно, откуда столько веса в этой крошечной медведице, всегда казавшейся Каллик неправдоподобно щуплой и маленькой! Каллик всерьез опасалась, что у нее не хватит сил дотащить Лусу в одиночку.

И еще она боялась плосколицых. Несколько раз Каллик приходилось отпускать Лусу и отгонять их рычанием. Они отбегали, но недалеко… Каллик чувствовала, что плосколицые с каждым разом чувствуют себя все увереннее и неумолимо приближаются, размахивая лапами и подбадривая друг друга криками. Зачем они их преследуют? Почему не могут оставить в покое?

Каллик снова взяла Лусу за загривок и протащила еще несколько шагов. Челюсти у нее болели от натуги, и она болезненно морщилась всякий раз, когда неподвижное тело Лусы подскакивало на камнях и неровной земле.

Внезапно один из плосколицых выскочил вперед и побежал прямо к ней. В руках у него было что-то длинное и серебристое — длиннее, чем огненная палка и очень страшное. Плосколицый приближался гораздо быстрее, чем ожидала Каллик, и не успела она оглянуться, как он выскочил прямо у нее из-за спины.

— А ну проваливай отсюда! Отстань от них! — раздался совсем рядом громкий рев Токло.

Оскалив клыки, большой гризли напрыгнул на плосколицего, опрокинул его на землю, а потом встал над поверженным врагом на задние лапы и оглушительно заревел. Посерев от ужаса, плосколицый на карачках отполз в сторону, а потом вскочил и бросился бежать, бросив свою серебряную палку.

Токло зарычал ему вслед, и на этот раз в ответ ему из леса раздалось рычание Уджурака. Вскоре маленький гризли выскочил с другой стороны от Каллик и помчался на толпу плосколицых. С криками, похожими на перепуганный птичий щебет, плосколицые бросились бежать — кто к реке, кто к своим огнезверям.

— Помоги мне, — крикнула Каллик Токло. Он подбежал к ней и остановился, глядя на Лусу.

— Она жива?

— Кажется, да, — ответила Каллик. — Нужно оттащить ее отсюда. — Она снова взяла Лусу за загривок и поволокла. Луса застонала, не открывая глаз, и Каллик в отчаянии выпустила ее. — Боюсь, я делаю ей хуже.

Токло обежал Лусу кругом и проворчал:

— Должен быть какой-то другой способ перенести ее. Может быть… — Он лег на землю и, вытянув шею, стал осторожно просовывать под тело Лусы сначала нос, а потом и всю голову.

Каллик догадалась, что он хочет положить Лусу себе на спину, и с жаром принялась помогать.

Подсунув лапы под бок черной медведицы, она приподняла ее, а Токло тем временем подполз под Лусу целиком и медленно выпрямился. Теперь Луса лежала на нем, как белый медвежонок на спине своей мамы. С неожиданной яркостью Каллик увидела, как Таккик едет на спине Нисы, а она бредет рядом по снегу…

«Бедный Токло! Неужели у него хватит сил дотащить ее?»

Бросившись к Токло, Каллик прижалась к нему боком, поддерживая Лусу.

— Ты сможешь ее донести? — спросила она.

— Смогу, — упрямо ответил он и, пошатнувшись, сделал первый шаг. Потом еще один, и еще.

— Уджурак! — позвала Каллик, и маленький гризли поспешно подбежал к ним. Не говоря ни слова, он подошел к другому боку Токло, разделив с Каллик часть веса Лусы, и они вместе зашагали прочь от плосколицых в лес.

Только очутившись в тени деревьев, Каллик перевела дух и с облегчением расправила плечи.

— Смотрите! — сказала она, кивая на тропу, прорезанную между стволов. — Тут дорога! По ней будет проще идти.

— Это дорога плосколицых, — презрительно прорычал Токло и хотел было развернуться в другую сторону, но тут же споткнулся о поваленное дерево. Неподвижное тело Лусы сползло с его спины и едва не упало.

— Токло! — воскликнула Каллик, подхватывая Лусу. — Не глупи! Дорога ровная, и ты сможешь идти по ней, не спотыкаясь.

Токло проворчал, но не стал спорить и зашагал по извилистой тропе, которая сначала взбегала на склон, а потом спускалась в неглубокий овраг, где деревья росли реже.

Не успели медвежата пройти и нескольких шагов, как небо затянули тучи и зловещий зеленовато-серый свет залил вершины гор впереди.

— Куда мы идем? — задыхаясь, спросила Каллик.

— Подальше от плосколицых, — с усилием выдавил Токло. Он тяжело дышал, и каждое слово давалось ему с трудом. — Мы не можем вернуться к реке. Там слишком много плосколицых. Нам через них не пройти.

Каллик пошевелила ушами.

— Мне кажется, я слышу воду, — сказала она, и все трое остановились, прислушиваясь. Каллик повела носом, но запахи глины, ила и крови мешали ей как следует принюхаться.

— Тут внизу должен быть ручей, — сказал Уджурак, кивая на овраг. Приглядевшись, Каллик увидела крошечную струйку воды, блестевшую среди зарослей травы и кустарника.

Спустившись по заросшей земле, они с трудом пробрались сквозь колючие кусты и вышли к ручью.

Низко опустив голову, Токло зашагал вдоль ручья вверх по склону, широкими плечами прокладывая себе путь через заросли. Один раз ему пришлось ступить в воду, чтобы обогнуть гнилой изогнутый ствол, и тут лапы у Токло разъехались на скользких камнях, и он едва не упал. На миг Каллик показалось, что тело Лусы сейчас свалится со спины Токло и кубарем покатится вниз со склона, но вовремя подоспевший Уджурак удержал Лусу на месте.

Чистый и быстрый ручей сбегал в овраг, весело журча среди корней и кустов. Чем выше взбирались медвежата, тем темнее становилось небо, и вскоре заморосил мелкий дождь. Через несколько мгновений серая пелена скрыла деревья на вершине оврага и целые потоки воды хлынули по грязной белой шерсти Каллик.

Дождь пах снегом, но в этом запахе, как и во всем этом месте, таился какой-то горький и неприятный привкус.

Острые камни больно впивались в лапы Каллик, заставляя ее морщиться на каждом шагу. Шерсть у нее стала тяжелой и скользкой, глаза слипались. После долгого ночного плавания, короткого сна и утренней встречи с огнезверями у нее уже не оставалось сил идти дальше.

Токло надрывался из последних сил, но упрямо шагал вперед, низко свесив голову и не поднимая глаз. Маленькая черная медведица по-прежнему не приходила в себя, и ее кровь оставляла темные полосы на шкуре Токло.