Чтение онлайн

— Это не страшно, у вас двое, два пацана! — он это почти вскрикивает. Передать как счастье волнами катится по моему организму, увы я не могу. Но глаза на мокром месте, в то время как Амаля садится….

— Нет, — дрожащим голосом говорит она, — этого не может быть, — тычет пальцем в экран, Валера в этот момент от удивления смеется, спускает с глаз очки, — посмотрите еще раз, там одна девочка, — она ложится обратно, — смотрите, давайте, — делает глубокий вдох, выше поднимая свою больничную рубашку, в которую она тут переоделась.

— Куколка, что ты такое говоришь? Он уже пол часа осматривает тебя, ошибки быть не может.

— Я не тебе же говорила, — она не смотрит на меня, вообще на нас не смотрит, обиженно надула губки, смотрит на потолок, я вижу как часто она дышит, пальцы дрожат от волнения, и теперь до меня доходит, как она обижена, как ждала девочек, хотя бы одну, а там мальчики, — дядь Валера, посмотрите еще раз.

— Дочка, — Валера по моему впервые боится, улыбаюсь, но так, чтобы ванилька не видела, сам то я готов летать от счастья, два мальчика! Это ж как кркто?! — там мальчика, — он поворачивает монитор в не сторону, — показывает, что то на мониторе, — это пенис и машинка первого малыша, это второго, увидела? Ошибки быть не может! Я никогда не ошибался!

— Извините, — произносит разочарованно Амаля, встаёт, пытаюсь подать ей руку, помочь, на она бьёт меня кулаком по руке, — не трогай меня! Никогда не трогай меня!

— Я что сделал? — еле сдерживаю смех.

— Вот именно, — раздражённо говорит ванилька, — ничего не сделал! Ты не мог одну девочку сделать? Два мальчика! — быстро поправляет эту сорочку, — доволен? Хотя можешь не отвечать, я и так вижу!

— Куколка, я не при чем, — все это время Валера сдерживая смех наблюдает за нами, а я уже начал волноваться, когда из глаз Амали полились слезы.

— Не при чем он! Как же!!! Это мужчина отвечает за пол ребёнка, правда ведь дядь Валер, — Валера не смеет даже опровергнуть.

— С точки зрения медицины да, но а так он не может контролировать процесс зачатия мальчика или девочки.

— Я уже дура, высматривала красивые платюшки, бантики, резиночки, — она глотает сопли, слезы, — а там мальчики.

— Куколка, следующую родим девочек, не плачь пожалуйста, — она проходит за ширму, переодеваться.

— Да, конечно, следующий раз, которого у нас не будет. Два мальчика, — все также разочарованно говорит она, — так два мальчика, хватит.

— Ты хотела еще мороженное, будешь? — спрашиваю когда она выходит к нам.

— Не хочу, поехали домой!

— Простите, но я тебя не отпускал, — тут же встревает Валера, — вообще то я говорил, что на жесть дней придётся задержаться тут.

Эти десять дней прошли для меня кошмарно. Я один не способен уже жить, находится дома без Амальки не мог. А ночевать там мне никто не разрешил, там гинекологическое отделение, я просто умирал каждый день без нее. И все это время я чувствовал, что ее обида не прошла. Что делать, как быть в таких случаях я понятия не мог.

Даже большой букет синих шаров, которые я ей принес в палату не спасли ситуацию.

— Куколка, — тяну ее на себя, сидя на краю ее кровати в палате, — поцелуй меня, я же дохну без тебя.

— Не поцелую, не хочу, — впиваюсь в ее пухлые губы, не спрашивая, она не сразу, но отвечает на поцелуй, изредка кусая мой язык, — даже и не вздумай, мне прописали половой покой.

— Что это такое? Половой покой…

— До родов никакого секса! — нагло улыбается, такой вид довольный, словно я в чем то виноват, и меня наказывают.

— До родов? Не может быть! Я уточню, сейчас же у Валеры, — поднимаюсь подхожу к двери.

— Стой! Бесстыжий человек! — возвращаюсь на место, — ты на самом деле спросил бы у дядь Валеры?

— Да, почему нет, — нахально улыбаюсь, — так сколько нельзя?

— Две недели! Но мы от себя я добавлю еще две! — она смотрит в окно.

— Кто сказал, что я спрашивать буду? — притягиваю к себе, усаживая на колени, каменный член готов выпрыгнуть из штанов.

— Господи! Колесников! — она трется о мой член.

— Что Колесникова? Не нравится? — целую, исследую руками ее тело, — я просто хотяб потрогаю тебя.

— Просто потрогай, — стонет, когда руки спускаются к ее полушариям, покручивая нежно соски.

— Я дни считаю, когда тебя выпишут, не могу один.

— Ты каждый день тут, со мной, — дыхание ее срывается, поэтому быстро пересаживаю ее на место, поправляю член в штанах, пытаюсь успокоиться. Нельзя так, нельзя, надо держать себя в руках, а слен в штанах. Ампля разочарованно вздыхает, но ничего не говорит.

— Хочешь что нибудь вкусненькое? Я тоже голоден.

— Хочу, мне больничная еда совсем не нравится!

— Что хочет моя куколка?

— Не знаю даже, что нибудь вкусненькое.

— Я что- то волноваться начал сейчас.

— Почему?

— Потому что, ты не знаешь что хочешь, это странно, я спрошу у Валеры все ли с тобой в порядке.

— Ничего не надо спрашивать, уф!! Если я скажу что я хочу ты привезёшь?

— А было так, что я не привёз?

— Нет, просто я уже несколько дней хочу, боюсь сказать. Смеяться будешь.

— Не буду, — смеюсь, — правда, мне такая больше нравишься. Что хочешь ванилька?

— Я хочу говяжью печень, с кровью и пемолюкс.

— Что? — я встаю с места, прохожусь как чокнутый по палате, — что угодно, только ни это! Пемолюкс… Охренеть, сырую говядину… — делаю большой вдох, — что нибудь другое захоти, — ей Богу, я даже вспотел.

— С тобой все хорошо? Ты побледнел…

— По твоему нормально есть пемолюкс?

— Я не собираюсь есть пемолюкс! — она отворачивается, обижается, — ладно, я ничего не хочу!

— А что ты хотела делать с пемолюксом?

— Нюхать! Я хочу нюхать пемолюкс! И есть говяжью печень, он даже полезен беременным!

— Только в варенном виде, давай ты будешь есть варёным? Пожалуйста, куколка.

— Запеченным, хорошо, только не кричи! И пемолюкс…

Боже дай мне терпение, и именно сейчас.

Но делать нечего, я заказываю в ресторане говяжью печень, и спускаюсь за пемолюксом в ближайший магаин.

Вы видели когла нибудь как беренная девушка, нюхает что то, и закатывает глаза от удовольствия? Это Амаля- так нюхала пемолюкс, и ела говяжью печень.