Дышу тобой
Шрифт:
— Нет, реально… А что? Не в твоей картине мира? Девочки из твоего круга смотрят что-то другое? — спрашивает язвительно, а я усмехаюсь.
— Нет, не в этом дело… Я понятия не имею, что там смотрят девочки из моего круга… И есть ли этот круг вообще… Но я тоже такое люблю, так что… — тянусь к ней вплотную, и она тут же вжимается в сиденье, будто от страха. Даже не дышит, пока я усмехаюсь такой реакции. То она смелая, будто вообще ничего не боится, раз ночует в одиночестве в чужом месте, то вот так… Или это только со мной? — Ты что боишься, что ли? — щёлкаю ремнем безопасности, но не отодвигаюсь. — Я могу и дальше пугать…
— Я тебя не боюсь, Яровой. Но так делать не надо… — отвечает, ещё сильнее подвинувшись к окну.
— То есть, только тебе можно меня целовать? — спрашиваю, вызвав мгновенный прилив крови к её щекам.
Ладно, сердце… Угомонись… Не такая уж она и красивая… Да кого я обманываю, нахрен?!
Пиздец красивая, бомбически, блядь, красивая… Умопомрачительная. Я вам скажу…
И от неё так вкусно пахнет… Башку мне дурит.
— Да кто тебя целовал, а? Тебе показалось…
— М-м-м… Ну ладно… Как скажешь тогда, — отодвигаюсь, завожу тачку, кладу свои нервозные руки на руль и давлю педаль газа в пол, ощущая, как внутри кровь гоняет на аттракционах…
Показалось… Хо-ро-шооооо…
Глава 8
Виктория Зуева
Зачем я согласилась? А кто бы смог отказаться?
Вот так просто… Серьёзно? Отказать Яровому… Словно пулю пустить себе в лоб. Или просто сразу заявить о том, что не достойна… Даже одного жалкого похода в кино с тем, кто так сильно привлекает и нравится.
В его присутствии потеют ладони. Ком подкрадывается к горлу и мешает мне дышать… Но я держусь так, словно ничего не происходит. Потому что с такими как он, только так и надо. Потому что нельзя ничего ему показывать. Слабости, уязвимости, проблем…
Он обязательно этим воспользуется…
Смотрю на его руки, сжимающие руль. Порой и на глаза, выглядывающие из-под густых бровей, и просто растекаюсь на соседнем сиденье безвольной лужицей. Я так хочу, чтобы меня отпустило…
Но чем больше времени с ним провожу, тем сильнее меня тянет. По нему… К нему…
Ещё и в кино меня позвал… подарил подарок. Знать бы, что это значит на языке богатых… На языке популярных. На его языке.
— Ты чего?
— Что?
— Так смотришь… — продолжает он, а я изучаю его лицо.
— Хочу твой профиль нарисовать…
— А что в нём?
Красивый… Отстукивает внутри меня сердце.
— Да ничего. Просто… Я мало с кем общаюсь… — говорю по факту.
— А как же одногруппники?
— Ну… Их не считая в смысле… Просто там немного парней, — лгу я на ходу, и он усмехается.
— Ясно… Дизайнеров-мужиков не жалуют, оказывается… — угорает, и я пытаюсь перевести тему.
— Ага… Слушай, а у тебя правда есть сестра?
— Правда… и брат есть. Старшие оба. Оба, кстати, родили недавно… В смысле у брата ребёнок появился, сам он не рожал, — ржёт он, и я хихикаю.
— Я поняла как бы… Значит… У тебя два племянника?
— Девочка, мальчик. Полный набор…
— Здорово…
— Правда? Любишь детей? Я лично нет…
— Почему? Они же маленькие и безобидные… — говорю я, ведь сама-то имею опыт общения. У меня подруга рано родила в своё время, и у тёти, где я порой ночую без ведома матери тоже есть малыш… Сейчас ему три, но… Я помогала нянчить его совсем маленьким…
— Когда они оба выдают ту частоту звуковых колебаний, я тупо умираю… — говорит он, продолжая улыбаться. — Нет, они милые и всё такое… Но когда орут… Я хз чё со мной происходит. В кокон сворачиваюсь…
— Ну ничего… Уверена, ты привыкнешь теперь, — издеваюсь, а он мотает головой.
— Да не… Они же переехали… Не с нами. Я тупо с родителями живу… Да и, если честно, не планирую пока съезжать, мне нравится… Я не самостоятельный…
— Ты? — удивленно спрашиваю, и он смотрит на меня, припарковавшись.
— Приехали… Да, я. А что тебя удивляет?
— Ну ты же… Спортсмен. Они все самостоятельные…
— Ты мне дай волю я буду одним дерьмом питаться… Мама спасает ситуацию… А похавать я люблю…
— Ну, конечно…
— Идём, — зовёт он меня, и я выхожу из его машины. Мне на неё смотреть страшно, если честно… Закрываю аккуратно, потому что если то его авто было просто дорогим, то это…
Я боюсь представить, если честно…
Но Яровой такой Яровой. С гордо поднятой головой и вальяжной походкой победителя тащится рядом со мной и играючи толкает меня в бок.
— Эй! Ты чего?
— Ничего… Просто ты грустная… Хочу расшевелить…
— Я шевелюсь, — отвечаю, и он смеётся.
— Да? Точно… А-то идешь даже как на ходулях… Расслабься…
— Может я всегда так хожу?
— Я же видел, как ты ходишь, не прикалывайся… — открывает для меня дверь в торговый центр, и мы оказываемся в его мире…
Мире денег и блестящих витрин…
Проходим мимо разных красивых магазинов, поднимается на эскалаторе на верхний этаж и… Как раз там расположен тот самый кинотеатр, куда он меня привёл. Глаза разбегаются от изобилия красок… Но я фокусирую взгляд на баннерах.
Там мы выбираем фильм.
— Вроде этот по описанию подходит…
— Давай…
— Да? Ок…
Всё так просто, конечно.
Пик — тебе дали билеты.
Пик — купил попкорн и кучу всяких жидкостей.
Пик — и всё, что хочешь…
Я вообще не привыкла так жить. Сразу видно, что у него там круглый счёт, от которого у меня может случиться инфаркт. Он даже на цены не смотрит. Просто берёт, что хочет, блин… Ох уж эта золотая молодёжь…
— Ви… Всё нормально? Будешь? — протягивает мне ведро. — Я тебе взял.
— Только это не значит, что я тебе что-то должна…
— Сделаю вид, что я этого не слышал… Ты думаешь, я для этого позвал?
— Не знаю для чего, — пожимаю плечами и толкаю в рот поджаренную кукурузу в карамельном сиропе. Обожаю… — М-м-м…
— Для того, чтобы мы просто посмотрели фильм… Без дичи. Ок? — продолжает он меня смущать, и я киваю.
— Ок…
— Пошли внутрь…
Вроде бы он ведёт себя прилично. Вообще не такой, как мне казалось с самого начала…
На удивление в зале много людей и весьма просторно. Садимся мы не куда-то там в самую задницу, чтобы тискаться, а на нормальный ряд. Третий. И это меня ещё сильнее успокаивает. Всё-таки он молодец… Моё уважение заслужил.