Чтение онлайн

Хайлайнер, ведомый гильд-навигатором, чья внешность была притчей во языцех в Империи, порождая самые невероятные догадки, предположения и домыслы, появился в обитаемой системе созвездия Индейца точно по графику, в 7.00 по стандартному времени. С владельцами системы, Домом Волсон, добывавшим изотопы тяжёлых металлов на одной из условно пригодных для обитания планет и постепенно колонизировавшим ещё одну, подвергая её терраформированию, проблем не ожидалось. Хайлайнер должен был выйти к орбитальной станции, чтобы забрать изотопы и пассажиров, включая заключённых, своеобразную дань имперским властям, трое стандартных суток спустя. Отсутствие в системе звезды Урга, красного карлика, боевых кораблей было почти гарантированным, и наблюдения Кидин-раби и членов команды в предыдущие часы подтверждали это. Капитан корабля, обер-баши флота четвёртого класса, или корветтен-баши, относился к операции с осторожным энтузиазмом. Он неоднократно перемещался в Z-мерном пространстве в трюме гильдийских хайлайнеров, и несколько раз - самостоятельно, с помощью расчётов штаб-ментатов. Большую часть службы он провёл в патруле, охраняя пространство вблизи Кайтэн, и обострение отношений с Гильдией, вероятно, было настоящим испытанием для его мужества. Тем не менее, он демонстрировал лояльность и, как полагал Кидин-раби, был готов исполнить свой долг во имя Империи и славы падишах-императора.

Нацир, обер-баши флота четвёртого класса, отдал приказ идти на сближение с хайлайнером. Офицеры, расположившиеся на мостике согласно боевому расписанию, распостраняли его приказы на ракетные площадки, на лазерные башенные установки, замаскированные под параболические радиоантенны, на отсеки, занятые десантом и отрядами ремонта и жизнеобеспечения - вплоть до самого машинного отделения, где от смертоносной радиации не спасали ни силовые поля, ни свинцовые экраны. В машинном отделении работали так называемые кочегары, не имевшие ничего общего со своими историческими предшественниками, кроме скверного характера, которому и были обязаны назначением на столь непрестижную должность. В большинстве случаев, конечно, им не приходилось загружать плутониевые элементы вручную, ограничиваясь лишь контролем автоматизированных систем, но в крайнем случае кочегары должны были выполнить и эту, совершенно самоубийственную, задачу. Кочегары имели в своём составе наименьший процент офицеров, отличаясь достаточно высоким образовательным цензом, что, как и в древние времена, превращало их в потенциальных мятежников. Нацир улыбнулся собственным мыслям: в отличие от до-космической эры, когда корабли бороздили моря на энергии пара и дизелей, машинное отделение уже не является самым тёплым местом на корабле, куда собираются погреться нижние чины, а кочегары - уже не самые развитые физически люди на борту, что существенно снижает их авторитет и вероятность мятежа. Все они подобраны из лиц со слабой нервной системой, отличаются флегматизмом и устойчивостью к психическим стрессам. Особенно на "Афине", лучшем лёгком крейсере Космического Флота Его Падишах-Величества!

Сохраняя радиомолчание, они двигались наперерез курсу хайлайнера, бомбардировашему их сигналами неизвестного содержания. Кидин-раби был уверен, что радиограммы были закодированы шифром, применяющимся исключительно для связи Дома Волсон и кораблей Гильдии. "Интересно, - подумал он,- что ещё они скрывают от императора, создавая собственные кодовые книги?".

– Расстояние - сентисветосекунда!
– сообщили с лазерного дальномерного поста. Кидин-раби плохо ориентировался в флотских терминах, и ему понадобилось не которое время, чтобы перевести эту единицу в более привычные ему километры. Получилось три тысячи километров.

Когда их разделяла "полусентисветосекунда" (полторы тысячи километров, как, скрипя зубами, перевёл Кидин-раби), хайлайнер вышел в эфир, послав в эфир сообщение открытым текстом: "Кто вы? Назовитесь!"

Согласно первоначальному плану, "Афина" соблюдала радиомолчание, а на расстоянии миллисветосекунды выпустила четыре нейтронных торпеды. Они устремились к корпусу хайлайнера, оставляя длинный инверсионный след от реактивных двигателей. По расчётам Кидин-раби, чтобы парализовать деятельность только в поверхностных отсеках носовой части этой громадины, нужно было не менее двадцати таких торпед.

– Противоракеты !
– громко сказал один из офицеров, находившихся на мостике.

Кидин-раби склонился над стереопроекцией, а потом включил увеличение, показавшее ему четыре ракеты, стартовавшие на перехват выпущенных ими нейтронных торпед.

– Время до перехвата - семнадцать секунд !
– сообщил тот же офицер.
– Четвертьминута пошла ! Четырнадцать!..

На слове "ноль" все нейтронные торпеды и противоракеты вспыхнули, исчезнув с стереоэкрана.

– Они перехватили все торпеды, - сообщил капитан Нацир.
– Продолжать стрельбу?

В голосе капитана слышалось удовлетворение тем, что мир, в котором он существует, не изменил своих правил. Штурмовик-сеид со своим безумным планом нападения на лайнер Гильдии исчезнет и, видимо, будет наказан, а Нацир и далее останется обер-баши флота, существующего во многом благодаря Гильдии. Преодолевая разочарование, Кидин-раби отрицательно покачал головой. Стало ясно, что гильд-навигатор молниеносно рассчитывает траекторию выстрела, а значит, перехватит все торпеды, выпущенные ими.

– Вы руководите операцией, сеид. Ваш приказ?..

Кидин-раби понял, что капитан Нацир хочет свалить ответственность за провал операции на него, принуждая отдать приказ об отходе. Он почувствовал, что задыхается от гнева, но сдержал себя.

– Хайлайнеры не имеют наступательного вооружения, а значит, противник не стал сильнее с момента атаки. Мы, наоборот, приблизились к ним, так что имеем стабильно улучшающуюся позицию атаки. План остаётся прежним, капитан Нацир!

Нацир невозмутимо отдал соответствующие указания. Когда их взгляды встретились вновь, Кидин-раби произнёс, чуть улыбаясь:

– Добыче от нас не уйти. Мы взломаем их щит и возьмём на абордаж.

Хайдайнер приближался, увеличиваясь в размерах; казалось, ещё чуть-чуть, и он раздавит "Афину", как букашку. Когда расстояние между кораблями сократилось, команде стоило немалого труда удержать два противодействующих энергощита в электрослабом взаимодействии формировавших их бесчисленных лептонов и бозонов. Для создания поля щита широко использовались отходы работы реактора: радиоактивная пыль окружала корабли облаком, излучавшим слабое свечение под воздействием высоких энергий. Невероятное зрелище полыхающих электрическими разрядами голубых энергополей, озаряемых в точке контакта всё более интенсивными вспышками злобного жёлтого и вишнёвого огня, свидетельствующими о ядерных реакциях, произвело большое впечатление на Кидин-раби. Оно завораживало, принуждая забыть об исходящкй от него опасности. Наличие у "Афины" мощного двигателя, которому нужно было обеспечивать движение куда меньшей массы и поддерживать поле Хольцмана значительно меньшей площади, нежели у хайлайнера, давало лёгкому крейсеру существенное преимущество. Наконец, защитное поле противника было раздвинуто, и лазер прожёг в корпусе хайлайнера отверстие, достаточное для того, чтобы внутрь смогли ворваться штурмовые группы сардаукаров.

Кидин-раби включил стереомонитор, проецировавший изображение, воспринимаемое шлемом орта-баши капитаном Ат-сином.

– Вперёд, капитан! Ультразвуковой зонд уже нарисовал нам карту коридоров. Рекомендованный путь, по которому вам лучше пройти напролом, прожигая переборки, будет отмечен красным. Так вы выйдете на капитанский мостик.

– Слушаюсь, сеид!

– Отдельно выделите взвод, который должен отрезать вас от основной части трюма, где может быть что угодно, и энергетической установки. Перережьте все коммуникации, а если возможно, то и корпус!

Всё это неоднократно обсуждалось во время планирования операции, но неожиданная точность противоракет, выпущенных гильд-навигатором, принудила Кидин-раби повториться. Пусть солдаты знают, что ничего не изменилось, и чувствуют уверенность в собственных силах.

Капитан Нацир, почувствовав необходимость приобщиться к успеху, отдал приказ расчётам корабельных орудий разрезать корпус хайлайнера по вертикальной оси в месте захвата. Кидин-раби любезно подсветил ему расположение своих подчинённых, чтобы избежать несчастных случаев.

Кидин-раби переключился на шлем капитана Ат-сина. Тот, решительно прожигая переборки при помощи станкового лазера, быстро продвигался к капитанскому мостику. Сардаукары, облачённые в боевые скафандры, не страдали от разгерметизации корпуса, однако гильдийцы, застигнутые нападением, уже, казалось бы, отражённым, врасплох, конечно, испытывали большие затруднения. Как и предполагал Кидин-раби, вражеский экипаж включил все аварийные системы, задраил переборки и начал эвакуацию при помощи спасательных капсул. По приказанию Кидин-раби капитан Нацир сосредоточил все усилия на атаке этих капсул нейтронными торпедами, которых на "Афине" имелся большой запас. По предположению Кидин-раби, гильд-навигатор, увидев, что капсулы сбивают, примет решение оставаться на мостике до самого конца.