Чтение онлайн

Так же, как и в гольф-клубе, я посчитала кощунством притрагиваться к еде, пока выступает такой Талант, и только, дождавшись перерыва между песнями, потянулась к тарелке. На этот раз Коул у меня ничего не спрашивал, видимо, помня мой ответ, и продолжал разговор.

Однако, насладиться концертом мне не давало ощущение, что за мной наблюдают.

“Дюнина, у тебя паранойя”, - одергивала я себя, но все же один раз бросила украдкой взгляд в сторону Вэйжа и увидела, как он общается с дедом, а тот иногда смотрит в нашем с Коулом направлении.

“Лучше бы не смотрела”, - мысленно скривилась я, и мне в очередной раз захотелось спрятаться за плечом Смерти. Я не была уверена, что речь шла обо мне — может быть о Коуле с Хангом, но мне все это не нравилось.

Успокаивало только одно — я была уверена, что мистер Чэн однозначно не видел в роли спутницы своего внука безродную иностранку, находящуюся на попечении другого мужчины.

Вслед за икрой и морепродуктами в виде холодных закусок последовали миньоны из телятины, стейки и лососина, а я прислушивалась к разговору мужчин и, в очередной раз слыша обсуждения политики, бизнеса и строительства, никак не могла понять, что такого секретного можно было выудить из этих разговоров.

Время шло, Брион сменил не менее знаменитый американский актер-комик, который стал пестрить шутками, а затем и вовсе началось танцевальное шоу, теперь уже в китайском стиле, и я была уверена, что оно по яркости и дороговизне костюмов ничем не уступало Лас-Вегасу.

Я улыбалась, старалась больше слушать, нежели говорить, но ощущение, что за мной наблюдают, не отпускало. Приняв строгую осанку, я более не смотрела в сторону столика мистера Чэна и думала, что в данной ситуации даже хорошо, что я являюсь девушкой Коула, пусть и из коллекции.

Так, за разговорами, выступлением знаменитостей и выходом на сцену очередных дорогих гостей с речами во славу казино и отеля, прошел ужин, и как только основные блюда и десерт были съедены, а шоу завершилось прощальной песней от Брион, гости один за другим начали кто разбредаться по залу с бокалами в руках, кто танцевать, а кто и вовсе покидать завершенную вечеринку.

Мистер Уорд с женой, как организаторы гала-ужина, отлучились провожать гостей, а мы всей группой направились в бар, что лично для меня было к лучшему — так я уходила из поля зрения Вэйжа.

Однако, проходя мимо столика мистера Чэна, ни Вэйжа, ни его деда я там не обнаружила, а зайдя в бар, увидела молодого азиата у стойки вместе с одним из мужчин из их группы.

— Присоединяйся, если хочешь, — пригласил его Коул, указывая на просторную зону с кожаными креслами и столами, где виднелась табличка “зарезервировано”.

— Присоединюсь, — не стал возражать Вэйж, вставая с высокого стула, и, пока мужчины, шедшие впереди нас, продолжали разговор о скором строительстве, он шепнул мне на ухо “почему ты не сказала, что увлекаешься Францией?”

Услышав эти слова, я сжала холодными пальцами клатч, то ли от страха, то ли от замешательства, и только через секунду сообразила, что Вэйж обращался ко мне по-французски.

Я резко подняла голову и хотела резонно ответить, что я не обязана перед ним отчитываться, но остановилась, наткнувшись на его серьезный взгляд.

Внимательно глядя на него, я даже не знала, как реагировать. Сейчас, изучая азиата на близком расстоянии, я видела другого Вэйжа. С глубоким взглядом и серьезным лицом. Если раньше он смотрел на меня, как на слиток золота, который должен принадлежать королям, то теперь в его глазах читался интерес ко мне, как к личности. Будто, узнав обо мне больше, он принял меня в свои друзья. И пусть в его глазах читались все те же амбиции принца, наследника криминальной империи, теперь в них не было фальши.

— Я знаю, что ты с отличием закончила Университет, поступила на магистратуру. Я даже знаю, что ты с детства увлекалась балетом.

— Зачем вам это? — чувствуя себя муравьем под лупой, так же по-французски спросила я, пока мы всей группой направлялись к зарезервированной зоне.

— Я не настолько стар, чтобы называть меня на “вы”, - усмехнулся он.

— Не меняет сути вопроса, — парировала я, бросая взгляд на спину Коула.

— Тебе длинную версию или короткую?

— Короткую, — ответила я, видя, как мы все ближе приближаемся к пункту назначения.

— Первое — амбиции. Золото принадлежит королям.

— Честно, — приняла я ответ.

— Второе — я узнал, как ты попала к Коулу. Это не было твоим решением. — Он замолчал, а я посмотрела на него.

“Если он скажет, что в меня влюблен, я буду уверена, что он врет.”

— А третье? — спросила я, понимая, у меня осталось совсем мало времени перед тем, как мы сядем за столик.

— Ты не поверишь.

— Возможно.

— Франция — моя страсть. Так же, как и твоя, — серьезным тоном ответил он, и я уловила и в его голосе, и в его взгляде нотки ностальгии. Странно, но он смотрел так, будто планировал сейчас сказать мне “давай свалим отсюда в Париж”.

“Возможно, он еще не отошел от французской жизни и тоскует по друзьям…” — предположила я и, пытаясь отделить зерна от плевел, спросила:

— Я напоминаю вам какую-нибудь хорошую знакомую-француженку?

— Нет, Boucle d'or, — усмехнулся он. — Ты лучше. Ярче. Умнее.

Я хотела попросить, чтобы он меня больше не называл Златовлаской, но мы подошли к нашей лаунж-зоне, и я, наблюдая, как Коул располагается на широком диване, села рядом с ним.

Как ни странно, молодой Чэн устроился в одном из кресел довольно далеко от нас, и вечер пошел своим чередом.

— О чем вы говорили с Вэйжем? — шепотом спросила Лин, сидевшая рядом со мной.

— О Франции… — пожала я плечами, стараясь отметить незначительность этой беседы.

— Видимо, кто-то сказал, что ты знаток французского… — предположила она, и я небрежно кивнула, стараясь не развивать эту тему.

Однако, что говорить — меня одновременно удивил и насторожил этот разговор, показывая Вэйжа с другой стороны. Не то, чтобы я прониклась симпатией к этому азиату — я ни на секунду не забывала о том, что он связан с криминалитетом, что, возможно, своей осведомленностью обо мне он хотел зацепить Коула, но его открытость, некие штрихи дружеского доверия, искренний интерес к Франции и обескураживали, и озадачивали. Я не чувствовала в них фальши или провокации.

“Возможно, он хороший актер и просто пытается влезть к тебе в доверие, имея целью не тебя, так Коула… — с сомнением предположила я, но тут же и парировала: — Если бы хотел влезть в доверие, действовал бы тоньше…”

Я вздохнула, пообещав себе разобраться во всем позже, и в очередной раз посмотрела на Коула, который в это время разговаривал с несколькими европейцами, присоединившимися к нашей компании.

— Девелоперы вы первоклассные, — говорил один из гостей. — Но я слышал, вы и владельцы будущего казино.