Чтение онлайн

Бассуй предупреждал, что существуют два типа лжеучителей: те, кто самонадеянно впали в иллюзии, и те, кто цинично манипулируют другими людьми. Первый тип включает учителей, которые немного знакомы с поверхностными аспектами Дхармы, но сами прошли лишь небольшой путь личного духовного прогресса. Такие учителя, возможно, уверовали в то, что они просветленные и превосходят всех остальных людей. Хотя то, чему учат такие заблуждающиеся учителя, теоретически и может быть подлинным буддизмом, однако их знания несовершенны, ибо они не основаны на непосредственном переживании и поэтому могут вводить в заблуждения последователей. Менее распространенный второй тип лжеучителей включает тех, кто сознательно притворяются просветленными, в действительности лишь наслаждаясь властью, которой они обладают над обманываемыми ими людьми.

Как применить совет Бассуя к своему собственному поиску хорошего духовного учителя? Тщательно проверьте человека, который утверждает, что он духовный учитель. Спросите себя: Соответствует ли поведение этого учителя его словам? Присоединился ли он к уважаемой организации или движению? Каким было его обучение? Признал ли за ним право учить какой-нибудь авторитетный учитель? Не торопитесь тут же вверить себя в руки выбранного учителя. Внимательно понаблюдайте какое-то время, как он ведет себя и общается с учениками. Выбор духовного учителя похож на выбор врача или дантиста; на карту поставлено не что иное, как ваше духовное здоровье!

Хотя Бассуй специально не упоминает о юморе как полезной подсказке для определения подлинного учителя, вы сами увидите, что большинство хороших учителей обладают также хорошо развитым чувством юмора и иногда не прочь посмеяться сами.

16. Такуан Сохо (1573—1645)

Скажите кому-нибудь в Японии «такуан», и ваш собеседник подумает о хрустящей желтой маринованной редьке, которая является частью традиционной японской еды. Любопытно, но немногие знают, почему этот маринад так называется. В действительности же он был изобретен талантливым и разносторонним дзэнским монахом Такуаном Сохо, жившим в начале XVII века, когда, в годы правления Токугавы, после двухсот лет гражданской войны в Японию постепенно возвращался мир.

Кто же такой этот Такуан? Родился он в самурайской семье в небольшом городе Ицуши, расположенном в юго-центральной части Японии. Его ранний интерес к религии привел к тому, что родственники отдали его послушником в местный храм Чистой земли, где он был обучен основным буддийским доктринам. Обнаружив, что подход Чистой земли не удовлетворяет его, Такуан поступил на обучение в близлежащий храм Сугё к одному почтенному дзэнскому учителю, который затем взял его с собой в Киото, прежнюю столицу империи и место престижных буддийских храмов и школ. Там в 1594 г. Такуан начал изучать дзэн-буддизм у очень уважаемого учителя Шуноку в монастыре Дайтоку, однако при существовавшей там нестрогой атмосфере так и не добился особого прогресса.

Такуан покинул монастырь Дайтоку и отправился странствовать, останавливаясь для учебы у некоторых учителей. Особенно долго он задержался у Монсая Тонина (? —1603), который руководил храмовой школой и преподавал различные предметы, в том числе каллиграфию, конфуцианство и поэзию. После смерти Тонина он поселился в монастыре, унаследовав драгоценное собрание книг Тонина. Доступ к этому богатству учености на всю жизнь пробудил в Такуане жажду знаний.

Примерно в это время Такуан стал учеником Итто Шотеки (?—-1606), строгого учителя школы Риндзай, который довел Такуана до пределов обычного сознания и подготовил его к первому переживанию пробуждения в 1604 г. После смерти Шотеки Такуан стал настоятелем небольшого сельского храма Нансо-дзи, где жил очень скромно. Местные жители прозвали его «нагим монахом». Дело в том, что однажды он повесил свою одежду сушиться и его застали обнаженным. Такуану пришлось скрываться бегством от смеющихся посетителей. Однако он обратил это прозвище себе на пользу и говорил:

Слух о начитанности Такуана и преданности практике дзэн-буддизма дошел до императора, который сделал его настоятелем монастыря Дайтоку, где Токуан некогда учился. Обнаружив, что за все эти годы там все осталось неизменным, Такуан отказался от должности и вернулся в свой спокойный сельский храм Нансо-дзи. Однако продолжавшаяся гражданская война периодически вспыхивала, ив 1615 г. этот храм был полностью сожжен. Благодаря энергичности и находчивости, характерных для многих дзэнских учителей, Такуан смог уже в следующем году добиться восстановления храма. Подобно другим дзэнским монахам того времени, Такуан предпочитал спокойствие и уединение сельской местности, и поэтому в последующем он много лет провел в путешествиях от одного небольшого храма к другому, используя в качестве своей опорной базы храм Сугё, где он обучался в юности.

Спокойствие жизни Такуана был нарушено в 1627 г., когда он втянулся в спор между императорским двором и военными правителями Токугавы по поводу назначения настоятелей в нескольких влиятельных монастырях, включая монастырь Дайтоку. Эти назначения традиционно были прерогативой императорского двора в Киото, но сёгуны навязали новые строгие нормы квалификации, которые сделали почти невозможным выбрать новых настоятелей. Такуан был одним из тех, кто высказался против такого вмешательства. Его наказали, выслав в отдаленную местность Северной Японии. К счастью, в 1632 г. его изгнание было отменено, и он вернулся сначала в Киото, а затем на родину в Ицуши.

Когда ранее Такуан жил в Эдо (современный Токио), он подружился со знаменитым мастером фехтования Ягю Мунэмори (1527—1607). Они вели оживленную переписку о значении дзэн-буддизма в жизни воина. Связь Такуана с Мунэмори побудила сёгуна Токугаву Идмицу пригласить Такуана обратно в Эдо, где тот стал настоятелем храма, построенного для него Идмицой в предместье Эдо. Такуан принял в течение жизни нескольких учеников, но когда приблизилась смерть, он даже не позаботился о назначении своего преемника. Однако он дал наставления насчет своих похорон: «Похороните мое тело на горе за храмом, набросайте сверху немного земли и уходите!» Когда он лежал на смертном одре, его попросили сказать последнее слово. Не вымолвив ни слова, он взял свою кисть и написал иероглиф «сон».

В Такуане мы видим соединение духовного и художественного интересов, что очень характерно для современного эстетического дзэн-буддизма. Помимо своей огромной начитанности, Такуан был также выдающимся каллиграфом и художником в стиле суми-е («картины, написанные черной тушью»), в искусстве, столь любимом практикующими дзэн-буддизм. Его сочинения охватывает диапазон от глубокомысленных философских трактатов до писем, поэзии и, что особенно замечательно, обсуждения связи между дзэном и искусством фехтования.

В центре философских интересов Такуана была связь между неоконфуцианскими понятиями и учениями дзэн-буддизма. Сам Конфуций жил и учил в Китае в V веке до н. э., в том же веке, когда Будда учил в Индии. Его сочинения концентрировались на вопросах правильных взаимоотношений и надлежащей социальной организации. Неоконфуцианство возникло в Китае в XII веке как реакция на буддийскую и даосскую метафизику. Некоторые ключевые неоконфуцианские понятия имели заметные параллели с дзэн-буддизмом и поэтому привлекали внимание образованных мыслителей, подобных Такуану. Кроме того, его беспокоил нараставший конфликт между буддистами и неоконфуцианцами, учитывая их повсеместную и влиятельную критику буддизма в Японии.

В неоконфуцианской философии постулируются два взаимосвязанных космических принципа бытия: ноуменальное (ли) и феноменальное (ци). Ноуменальное — это базовый всепроникающий, но невидимый принцип, лежащий в основе всего существования. Таким образом, он подобен тому, что буддисты называют Абсолютной Реальностью, или «таковостью». Феноменальное — это материальное проявление ноуменального; оно принимает форму в мире в том, что даосы называют «десятью тысячью вещей», а буддисты называют относительной, или повседневной, реальностью. Несмотря на сходство между этими двумя философскими доктринами, конкуренция между ними в Японии привела к взаимным крайне резким письменным нападкам. Однако цель Такуана в его сочинениях о неоконфуцианстве заключалась в их примирении и гармонизации. В других сочинениях Такуан пытался объединить буддизм с синтоизмом и даосизмом. Несмотря на очевидные различия, писал он, все эти пути относятся к одной и той же базовой реальности (и происходят из нее) — сознанию будды, изначальной природе всего бытия.