Чтение онлайн

Чёрная собака говорит белой собаке: «Эй, белый! Если слухи правдивы, то белые собаки после смерти рождаются людьми. Я бы хотел быть на твоём месте: будучи человеком, я бы мог есть ножом и вилкой и ходить на двух ногах, это было бы прекрасно! Кто даст мне гарантию, что я, будучи чёрной собакой, вообще когда-нибудь приду на свет человеком?». Тут белый говорит со слезами в голосе: «Все говорят так, и я действительно думаю, что в следующий раз приду на свет человеком. Есть только одна вещь, которая меня беспокоит…» — «И что это?» — «Я не знаю, будет ли у меня, когда я буду человеком, достаточно говна поесть, чтобы пережить собачьи дни». Мир собаки отличается от мира человека. Если собака не поест говно во время собачьих дней, то у неё случится тепловой удар. Но какой человек стал бы его есть? Это имел в виду Нисиари Дзэндзи, когда он сказал, что объяснить Буддадхарму заурядному человеку также тяжело, как заинтересовать младенца порнографией.

Некоторые люди пьют чай и едят кексы, чтобы утешить самих себя и обмануть себя о своей жизни. С каждым кексом они прячут одну иллюзию, с каждым кексом появляется новая.

Лошадь никогда не ведёт себя плохо как лошадь. Человек имеет возможность выйти за рамки своего бытия человеком, но вместо этого он предпочитает свалиться в свои звериные инстинкты.

Ты умрёшь. И всё равно тебя не интересует ничего кроме денег и хорошей еды. Ты хочешь скопить как можно больше до своей смерти. Это причина твоего страдания.

Вместо того чтобы думать, что твои деньги делают тебя чем-то особенным, подумай сначала о кассирше в банке: Через её руки тоже постоянно проходят деньги.

Чем страдают страдающие существа на самом деле? Сумасшествием толпы. Тебе не нужно так много денег, чтобы жить, но сумасшествие толпы заставляет тебя думать, что этого ещё недостаточно. И эта мания делать карьеру тоже выражение сумасшествия толпы.

Ты должен стать человеком, который ничему не даёт увлечь его. Зачем? Ты же не бычковая рыбка, хватающая любую наживку. К сожалению заурядного человека легко приманить, поэтому, прежде всего мы должны обращать внимание в нашей практике на то, чтобы ничему и никому не давать вести себя на поводке.

Большая природа не знает спешки, только люди постоянно давят на себя. Откуда возникает это противоречие? Я думаю, потому что только люди ломают себе голову над тем, почему они так несчастливы и что они должны сделать, чтобы быть счастливее.

Люди постоянно бегут. Они прячутся здесь, они прячутся там, постоянно в поиске лучшего укрытия. Когда же бег человека, наконец, подходит к концу? В гробу.

Речь идёт не о том, чтобы бежать так далеко, что наши заботы и нужды не могут нас больше достать. Мы также не пытаемся так долго бежать за одной вещью, пока, наконец, не приведём её под наш контроль. Речь идёт о том, чтобы жить эту жизнь твёрдо обосновавшись в учении Будды этим телом, какое оно есть. Суть учения Будды — манифестировать нирвану внутри сансары (проходящего мира, нашей жизни-и-смерти).

Если светит солнце, дай солнцу светить; если идёт снег, дай снегу идти. Ты должен наблюдать за всем пространством целиком, а не только за твоим личным вырезом из него. Но люди предпочитают создавать что-нибудь, вместо того чтобы принимать природу, какая она есть.

Твоё тело, какое оно есть, излучает свет истины. Единственное, что стоит на пути этого света, это твой ум, старательно строящий козни. Если ты просто забудешь все свои скрытые намерения и планы и осмотришься вокруг с открытыми глазами и ушами, не пытаясь ничего схватить, то увидишь, что всё хорошо такое, какое оно есть.

Журавль, спокойно бьющий крыльями, не говорит о «спокойствии ума» и не жалуется на «заботы и нужды». Он не летит ни за чем и ни от чего.

Ничего в мире не имеет особого значения: Деньги не считаются, твоя карьера не считается, что тебе вкусно или нет — не важно. Нет ничего более неинтересного, чем то, что интересует людей. Катастрофы? Ничего особенного. Даже Рёкан сказал: «В несчастье ты должен встречать несчастье. Когда ты умираешь, то умирай! Таким удивительным образом ты можешь избежать любую катастрофу».

Если ты закроешь глаза и подумаешь о том, что было, то увидишь, что всё это является пустым. Смотря на это из этого мгновения, это не было ни «хорошо», ни «плохо».

Не цепляйся и за своего мастера. Не цепляйся даже за Будду или Дхарму. Монах по имени Мугай плакал, когда пришло время прощания с его мастером Нисиари Дзэндзи. Тогда Нисиари сказал: «Ты всегда хочешь быть недалеко от меня? Если ты так этого хочешь, то стань блохой и живи у меня в трусах!».

Мужчины должны забыть своё бытие мужчинами, женщины — женщинами. Богатые должны забыть своё богатство, бедные — бедность. Монахи свою монашескую природу. Только если подобным образом ты забудешь всё, появится истинная Дхарма.

Важно смотреть на этот мир с точки зрения смерти. Каким он выглядит, если ты посмотришь на него из гроба? Пока ты живёшь, то видишь только мир своих иллюзий. Только когда ты умрёшь, то этот мир действительно начнёт жить.

Почему само собой разумеющееся так тяжело понять? Нас водят за нос наши привычки. Когда ты становишься монахом, то у тебя появляются твои «монашеские привычки», и ты даёшь им обмануть себя. Или «духу времени». Или «среде». И ты начинаешь жаловаться на свою судьбу и плакать. Но в чём вообще состоит твоё несчастье? Вне тебя нет ничего, что можно было бы назвать «счастьем» или «несчастьем».

Жизнь — это сон, который ты создаёшь своими понятиями. Если ты говоришь, что тебе нравится жизнь, то жизнь тебе нравится. Если же ты говоришь, что она тебе надоела, то она тебе и надоедает. Но сколько бы ты не развлекался, когда-нибудь тебе всё равно станет скучно.

В жизни ничего не решено: Если посмотреть на счастье внимательно, то выясняется, что оно несчастье, или несчастье оказывается счастьем. На самом деле нет ни счастья, ни несчастья, ни радости, ни горя. Ничто не должно быть каким-то определённым образом, всё хорошо, как оно есть сейчас. Только люди делают вокруг этого много шума — такова жизнь.

Если ты точно проанализируешь свою жизнь, то увидишь, что то, что мы называем «счастьем» и «несчастьем», «радостью» и «горем», «раем» и «адом», «просветлением» и «иллюзией», не имеет никакой субстанции. Это похоже на то, как если бы мы разговаривали во сне. Но на самом деле мы уже давно хорошо устроились в вездесущей истине.

Жизнь — это театральный спектакль. Тебе было бы гораздо проще, если бы ты сказал себе, что играешь в этом спектакле просто роль слуги. Но потому что ты считаешь этот спектакль действительностью, то недоволен этой ролью. Но зато если ты наоборот, получаешь роль министра, то сразу же начинаешь красоваться перед другими. Есть даже люди, которые начинают плакать, пропустив свой поезд.

Многие вещи в этой жизни являются просто продуктами ума: понятиями, на которые мы нацепили одежду. Мы должна вернуться к нам самим, проснуться к нам самим, и видеть мир таким, какой он есть, абсолютно голым, без наших фантазий. Буддадхарма означает ни что иное, как это. Всё то, чему мы научились, что мы где-то подцепили, всё это мы должны забыть. Мы просто даём вести себя за нос всему этому накопленному знанию, которое приобрели в школе и увидели по телевизору.

На самом деле мы живём эту жизнь просто как времяпрепровождение. Но если подумаем об этом два раза, то начинаем вдруг искать смысл и значение. Мы говорим: Я сделал то-то и то-то — что я получу за это? Так мы пытаемся накопить хорошую карму, но при этом только загрязняем нас самих. Лучше жить всегда абсолютно свежо и заново. Карма начинается там, где ты принимаешь вещи не такими, какие они есть. Если ты не полностью такой, какой ты есть, то начинаешь цепляться за своё эго. Люди дают погонять себя этой карме.