Чтение онлайн

Не может этого быть! Старейшина использует свою ауру? Но ведь это невозможно! Огненная плеть в моей руке сформировалась инстинктивно. Нужно убить его сейчас! Крови хватит! А если нет, то кинжал довершит начатое.

– Стой! НЕТ! – кричит глупая женщина. Кинжал предназначался Джарефу. Но ничего. Закончу все плетью. Быстрее. Наливайся большим количеством силы. Огонь в руке трещит, искрится силой и моей энергией. Давай же. Один удар. Нужно закончить все за один удар! Без головы ведь не живут? Правда?

Взрыв сотряс замок. Камни под ногами зашатались, на голову посыпалось крошево. Нэйлог! Нужно уносить ноги. Трещины разорвали кровавую вязь в стенах. Быстрее. Бежать!

Быстрее.

Резкий рывок назад и раздирающая агония в крови отозвались во мне паникой.

– Грэхэм. Я не позволял тебе уходить, – духр. Нет… я не успел… этот вкрадчивый приятный баритон. С придыханием и хрипотцой. Проникал в голову и подчинял разум. – А теперь, расскажи мне все. Начни сначала. Как ты снял подчинение Da’ar?

– Я ничего не снимал. Можно действовать через третьих лиц. Связь предусматривает только личное вмешательство, – давление Старшей крови. Как же больно! Собственная кровь предала меня и те крохи, что остались от Габриэль, больше не помогают. Эта агония подчинения. Нет! Не желаю! Но бороться с ней не в силах… щупальца контроля держат крепко, и отвечать на вопросы помимо своей воли…ненавижу! – И ты единственный, кто предан Императору.

– Зачем продал Эльсию? – причем тут эта эльфийка? – Что сделал с аранил?

– Она была удобна и стала не нужна. Средств при обмене было достаточно для покупки трех замков, – о, тогда я еще отомстил и ее семье. – Жаль, что аранил пришлось убить.

– Габриэль. Твоих рук дело?

– Нет. Но я помогал.

– Кто снабжает тебя ее кровью?

– Настоятельница, – слюна бежит по моему подбородку. Или кровь?

– Как давно ты предал Императора?

– Я и не был ему предан, – сквозь боль смеюсь. Забавно, да, Джареф? Эмоции контролировать ты не в силах.

– Зачем тебе смерть Королевской династии Эрний?

– Был отдан приказ: убрать короля Максимилиана и его дочь, – терпеть. Нужно сдержаться и не выдать имя Мастера.

– Ты не ответил на мой вопрос.

Давление силы едва ли не крошит мою голову.

– Акх! Они мешают. Их существование мешает свершению плана.

– Грэхэм…

Ярость Джарефа ударила по нервам. Эхо принесло крик моей боли. Пламя жрет тело, скручивает агонией нервы.

– Я не знаю! Мастер приказал уничтожить династию! – скулеж. Ненавижу себя.

– Имя! – очередной удар по разуму.

– Магистр…

Язык онемел. Темья, что это? Жар от кончиков рук и ног становится нестерпимым. Контроль разума исчез, но что он, по сравнению с этой болью? Вижу, как чернеет кожа, и магия словно испаряется из меня. Джареф смотрит с удивлением. Не он? А кто же? О, Ларья! Неужели мой Мастер подстраховал свое имя? Гениально…

– Я успел отрубить голову и наложить стазис до того, как магия покинет тело Грэхэма, – Эльсия сжала руки на коленях. Побледнела. От нее несло ужасом и болью, а руки холодны, словно лед.

– Моя спальня свободна. Оставлю вас, – Дар взглядом указал на бутыль с успокоительным.

«Благодарю».

«Она в прострации от шока».

«Ей следует знать. Я позабочусь о своей супруге. Спасибо, Дар».

Алхимик хмыкнул, поднимаясь со своего рабочего кресла за столом. Тихо захлопнулась дверь за широкими плечами мужчины.

– Эль? – девушка подняла на меня взгляд пустых глаз. Бутыль с зельем оттянула мой карман. Эльсия не реагировала, когда я поднял ее на руки. Повисла мешком, глядя в пустоту. Стук ее сердца был неровным. Очень плохо. Комната Дориана оказалась темных тонов. Серых оттенков, черных и белых акцентов. Кровать поражает своими размерами. Огромная. До безобразия. Странные символы – на вид алхимические круги на стенах, потолке и полу. Словно коробка для преобразования. Но символы мне были не понятны, хотя часть из них на драконьем языке.

Матрац прогнулся под тяжестью наших тел.

– Эль? – супруга закрыла глаза. Ей было больно. Она переживала всю свою жизнь заново со знанием предательства. Искала зацепки, где она пропустила этот момент. – Дорогая моя. Бесценная.

Обнять и быть рядом. Вот все что я мог сделать для нее сейчас. Такое хрупкое тело. Сладкий аромат с нотками лимона и жасмина приглушен горем. Я здесь. Я с тобой, моя родная. Сколько мы вот так пролежали, не знаю. Но в определенный момент эльфийка пришла в себя.

– Как ты выбрался из западни?

– Сила ауры. Грэхэм нашел способ связать ауру и вязь заклинаний замка. С расчетом, что стены начнут впитывать ее, истощая меня, – супруга прижалась щекой к моему плечу, теснее прижимаясь ко мне. – Из-за контроля аканских способностей, потери крови, я оказался безоружен. Магия в этом случае не помогла бы. Слишком медленно я плету заклинания. А вот контроль своих аур освоил в идеале. Осталось только убрать щит окончательно и позволить ауре бушевать.

– Как тогда, той ночью, – раздался тихий шепот с придыханием. Супруга вспомнила о нашей первой ночи.

– Да. Тогда я снял все щиты, кроме ментального.

– Ларья, – руки эльфийки вцепились в камзол на моей груди. – Я могла потерять тебя! Не смей подвергать себя такому риску!

– Постараюсь, – я устраивался поудобнее на кровати. – Все будет в порядке. Теперь мы знаем, что удар в сердце меня не убьет.

– Издеваешься? – эльфийка подскочила. Ее глаза метают синие молнии.

– Отчасти, – я мягко вернул супругу к себе на грудь. Хотелось окунуться в волну жасминового тепла волос эльфийки. Я зарылся руками в ее волосы, вынимая шпильки с жемчужинками на конце. Красиво, но тяжело. Следом последовали шелковые цветы. Тонкая изящная работа мастера. На тумбу. Все на тумбу. «Да. Эти шелковые воздушные пряди. Жасминовый аромат волос воронова крыла. М-м-м. Божественно».

– Знаешь, как долго я заплеталась? – довольно прошептала супруга. Массаж головы снимал многие стрессы. А эту маленькую умную головку я был готов часами массажировать.

– Знаю. Но, твои волосы такие восхитительные. Чарующие. Одурманивающий водопад, – я мну, пропускаю пряди между пальцами, вдыхая аромат волос.

– Уже ревную тебя к своим волосам, – сладким шепотом простонала Эльсия. – Да. Здесь. О, вот так. О, Семеро. Еще… Твои руки творят магию!

И мягкий заливистый смех эльфийки прерывался ударом двери о стену. В проеме, сверкая злостью в фиалковых глазах и смущением на щеках, в белоснежном одеянии застыла Принцесса. Ее грудь тяжело вздымается под жемчужным лифом, а на руках, медленно втягиваются когти.