Чтение онлайн

Закончив читать, патологоанатом прикрепил к отчету написанную от руки записку. Это не было стандартной процедурой, но он не сумел справиться с охватившим его возбуждением. В записке говорилось, что, по его мнению, преступник правша, среднего роста (возможно, чуть ниже среднего), худой, возможно, костлявый, сильный, скорее жилистый, а не мускулистый. Вроде бегуна на длинные дистанции.

Затем патологоанатом запечатал отчет в конверт и попросил немедленно доставить его начальнику отдела расследований городского полицейского управления.

Начальник отдела расследований сначала не особо заинтересовался отчетом, но позже тот привлек его внимание. Звали начальника Гризман, его считали успешным полицейским, а девяносто процентов раскрываемости – впечатляющим результатом работы отдела, которым он руководил. Но в данном случае Гризман не хотел ни на кого произвести хорошее впечатление, лишь провести короткое расследование, а потом отправить дело на другую сторону пропасти, в десять процентов холодных и забытых неудач.

Он прочитал отчеты своих детективов. Один сообщал, что обычно жертва поздно вечером покидала свою квартиру и направлялась в отель, где работала в баре. Но в тот вечер никто не видел, как она приехала. Обычно клиенты использовали для интимных развлечений свои собственные номера, и она уходила глубокой ночью или рано утром. Бармены и обслуживающий персонал отеля, возможно, смогут предоставить список мужчин, с которыми встречалась жертва.

В другом отчете сообщалось, что она была склонна развлекать клиентов у себя дома. Это, вообще-то, нехарактерно для гостиничных проституток. Возможно, данный клиент являлся постоянным, она его хорошо знала и доверяла ему. Таким образом, тщательное изучение ее клиентов может оказаться весьма полезным. Примерно за год или два. Предположительно, отношения начались в баре, и тогда служащие отеля могут вспомнить, как они познакомились. Большинство из них работает там достаточно долго.

В третьем отчете говорилось, что жертва была исключительно дорогой проституткой.

Гризман закрыл глаза.

Это он уже знал, как и то, что она работала в баре. Отчеты, которые получил полицейский, имели некоторые неточности. В том, что жертва пригласила клиента к себе домой, не было ничего необычного. Она действительно знакомилась в баре с мужчинами, которые не жили в отеле, но иногда ее клиентами становились местные господа, решившие немного расслабиться после тяжелого рабочего дня. Они жили неподалеку, но не могли воспользоваться своими домами из-за жен, детей и тому подобное.

Местные господа, такие, как он сам.

Гризман был ее клиентом. Почти год назад. Три раза. Ну, хорошо, четыре. И они встречались у нее дома. Первый раз действительно отправились туда из отеля. Ты в каком номере остановился? На самом деле я просто зашел пропустить стаканчик. Они поехали к ней на разных машинах. У него имелась страховка, совсем недавно выплаченная, с бонусом, на срочном счете в банке. Для детей. А теперь эта женщина умерла. Убита. Он обязательно появится в списке мужчин, с которыми ее видели. Тщательное расследование станет для него катастрофой. Его обязательно кто-нибудь вспомнит. Естественно, его уволят. И, разумеется, жена с ним разведется. Его ждет позор.

Гризман открыл конверт с отчетом патологоанатома, где сообщались холодные, жесткие факты. Он знал эту шею, длинную, худую и изысканно бледную. Знал, что она любила кускус. Знал, что глотала семенную жидкость.

Он открыл последнюю страницу и увидел личную записку.

Правша, среднего роста, недостаточный вес, скорее жилистый, а не мускулистый. Как бегун на длинные дистанции.

Гризман улыбнулся.

Его собственный рост составлял два метра, а вес равнялся 136 килограммам. В американских единицах шесть футов и шесть дюймов и триста фунтов. Причем по большей части все они были жиром. Он ел сосиски и пюре на завтрак и в последний раз видел свои кости лишь на рентгене.

Ничего даже отдаленно похожего на бегуна на длинные дистанции.

Гизман сказал секретарше, чтобы она созвала всех на совещание, и вскоре пришла команда его детективов.

– Пора нам определить новые параметры поиска, – сказал он. – Полагаю, жертва подъехала к отелю, но, не успев дойти до двери, нашла клиента. Возможно, случайная встреча прямо в гараже. Или постоянный клиент. Может быть, они давно не виделись. Это означает, что он достаточно богат, чтобы оплатить ее услуги, но не жил в том отеле, либо сначала она предложила ему отправиться в его номер, когда они только познакомились. Получается, он либо местный, либо остановился в другом месте. Далее возникает вопрос: есть ли у него машина? Скорее всего, есть, потому что он находился в гараже. А может, и нет, поскольку гараж является коротким путем в другую часть квартала. Таким образом, выходит, что жертва сама привезла его к себе домой, и мы должны снять отпечатки пальцев в ее машине. По крайней мере, на ручках и ремнях безопасности.

Детективы послушно записали его указания.

– И, что лучше всего, у нас теперь есть точные данные от коронера. Преступник среднего роста, очень худой. Эта информация получена с использованием научных методов. Вот такого человека мы и будем искать. Забудьте о прошлых клиентах, если только они не окажутся среднего роста и худыми. Больше нас никто не интересует. Вне всякого сомнения, мы только зря потратим время, потому что, скорее всего, он какой-нибудь матрос, получивший жалованье, и сейчас уже уплыл за океан, но все должны увидеть, что мы заняты делом. Сосредоточьтесь на имеющихся у нас уликах: средний рост, худой, отпечатки пальцев в машине. И ничего другого. Никакой охоты за призраками. Экономьте силы для следующих дел.

Детективы вышли из кабинета, Гризман выдохнул и откинулся на спинку стула.

В этот момент американец находился в Амстердаме. Он поздно встал и теперь принимал душ. Номер был снят в отеле, который находился через улицу от роскошных гостиниц, был маленьким, чистым, и в основном там останавливались пилоты самолетов. Такое особое место. Он спустился вниз, чтобы выпить кофе, и увидел в комнате для завтраков немецкие газеты. Никаких заголовков про убийство. Никто ничего про него не узнал. Он был в полной безопасности.

В этот момент курьер, сидя в пикапе «Тойота», успел проехать всего пять миль из трехсот. Затем ему предстояло сменить четыре аэропорта и три явочные квартиры. Тяжелое испытание, с первой минуты и до последней, но худшее было в самом начале – жуткая дорога, тяжелая для машины и пассажира. Она выматывала и местами даже отдаленно не походила на дорогу – скорее на высохшее русло реки. Но такова цена уединения.

Солнце отступало на запад, сначала к побережью Делавэра, затем на восточный берег Мэриленда и дальше в округ Колумбия, город, на короткие мгновения ставший великолепным в лучах встающего солнца, как будто его специально построили для этого мимолетного мига, отмечавшего начало дня. Потом рассвет добрался до Маклина. В это время в парк въехал грузовик с завтраком и кофе. Все уже проснулись и ждали его появления. Лэндри, Вандербильт и Нигли поселились во втором из трех зданий на территории Образовательного центра. Всё так же, как и в комнатах офицеров, такие же кровати там, где прежде стояли письменные столы. Парни из СНБ присматривали за происходящим из третьего здания: один на посту, другой спит.

– Все программисты, кроме десяти человек, либо уже вернулись в Штаты, либо летят туда. Оставшиеся десять – экспатрианты и живут в Европе и Азии. Один из них – в Гамбурге, – сказал Уайт.

– Мои поздравления, вы раскрыли дело, – сказал Ричер.

– Здесь вопрос приоритетов. Может ли экспатриант стать плохим парнем? И следует ли нам заняться ими в первую очередь?

– Кто тот парень, что живет в Гамбурге?

– У нас есть фотография. Он представитель контркультуры. Компьютерами начал заниматься очень рано. Говорит, что они сделают мир более демократичным. Он ворует и взламывает все подряд, но называет это политикой, а не преступлением. Либо искусством перформанса.