Чтение онлайн

Взмах крыльев, потом еще один. Мальчику уже не хватало воздуха, но счастье, которое он испытывал от обладания волшебным перстнем, заставляло его подниматься быстрее.

— Вот он! Я нашел его! — прокричал он, выпуская последний воздух из легких, как только появился из воды.

Доротея, Стас, Набир и Ранья, все еще пребывавшие в медитации на берегу канала, не поверили своим ушам.

Джено, услышав слова брата, не знал, смеяться ему или плакать. Он хотел немедленно пойти на четвертый этаж, открыть дверь и бежать к родителям, сражаясь с призраками и привидениями, но рядом с ним была Суоми, истекавшая кровью. Он приплыл к берегу и с помощью Стаса поднял девочку из воды.

— Я отнесу ее в клинику, не беспокойся. Я помогу ей, — приободрил его доктор.

Ламбер был ранен тяжелее. Эулалия с помощью Набира и Раньи уложила юного француза на траву: рана в спине была глубокой, и Ламбер, казалось, уже не дышал. Бендатов сделал знак остальным сапиенсам следовать за ним и осторожно нести Ламбера.

Псиофы окружили Рене: ведь у него был перстень. Джено пришлось пробивать себе дорогу вместе с Эзрой Муром, который сильно переживал из-за Ламбера и Суоми.

— Они выживут, ведь так? — спрашивал англичанин, стараясь держаться рядом с Астором Венти.

— Конечно! Стас Бендатов — великий врач, — ответил Джено и подошел к Рене, у которого был перстень, означавший освобождение Пьера с Коринной: — Наконец-то! Теперь нас ничто не остановит. Идем к Крикен. Уже через несколько часов мы опять будем с родителями, — горячо говорил Джено, осматривая перстень.

Но, как только мальчик притронулся к желанному магическому предмету, он почувствовал, как по всему его телу, с ног до головы, побежали мурашки. Он испытал мерзкое ощущение. Джено отдал перстень Рене:

— Он заколдован. Да, на перстень наложены чары.

Рене повертел кольцо в руках.

— Точно, — сказал он. — Сейчас я тоже чувствую… Значит, его нельзя использовать!

Неожиданно в его памяти мелькнуло лицо польской антей.

— Агата! Это она заколдовала перстень, когда мы боролись под водой. — На лице Рене появилась грусть.

Вечер быстро катился к закату, и Рене предстояло вновь превратиться в сокола.

— Я уже не могу помочь вам. Но я буду следить за вашими действиями, — печально произнес крылатый мальчик.

Джено обнял брата:

— Не беспокойся. Все твои мысли живут в моем сердце. Мы решим, как воспользоваться перстнем.

Рене передал ему паскас, где содержался Габор Гааг и двое повстанцев:

— Отнеси эту пластинку Крикен. Она будет довольна, когда узнает, что мы уничтожили соратника Ятто.

Все направились к Салону фламинго и, поравнявшись с Железной клеткой, увидели в ней Ятто, Агату и Баттерфляй. Фон Цантар поднял голову, показав серое лицо, и заговорил, не повышая голоса:

— Что вы сделали с Габором? Вы убили его? Я пытался вступить с ним в телепатический контакт, но не получил ответа.

Фон Цантар казался отчаявшимся ангелочком, но у Джено и Аноки он не вызвал сострадания.

— Узнаешь это? — сказал Джено, показывая на паскас. — Ты уже был внутри и, мне кажется, снова здесь и окажешься.

— Габор поглощен? — изумился фон Цантар.

— Вот именно. Теперь ты остался здесь с этими двумя мерзавками. Расспроси-ка Агату, помнит ли она, как боролась с моим братом Рене. — Джено бесстрашно приблизился к решетке.

— Что ты говоришь? Не понимаю! — У Ятто был потерянный взгляд.

Тут вмешалась Агата:

— Ну конечно же я все помню! Ты отбыл в свое второе путешествие, а я притворилась, что моя печать сломана. Мне удалось провести всех, даже Крикен. Как я повеселилась, когда перстень упал в пучину канала, а я прокляла его навсегда.

— Гадкая ведьма! Мы снимем твое проклятье. Мы нашли перстень, и вы нам больше не понадобитесь. — Джено ранил их своими словами, словно мечом.

Весть о находке волшебного кольца и о разгроме повстанцев свела Ятто фон Цантара с ума. Остолбенев, он ощупал лоб с отвратительной татуировкой и заревел как зверь:

— Проклятье! Проклятые Асторы Венти!

Агата побагровела от злости:

— Вы нашли перстень? Но это невозможно!

— Для нас, Асторов Венти, нет невозможного. — Мальчик уже собрался уходить, но Ятто злобно окликнул его.

— Нет! Ты не победишь нас! — опять завопил он.

— Я тебе все сказал, Ятто. Ты нам больше не нужен. Оставь себе свой перстень. У нас есть перстень Рене. Ты мучил его разрядами электричества, и он не мог улететь. А теперь ты в клетке, а Рене волен как ветер. Магипсия всегда восстанавливает справедливость!

Псиофы слушали диалог юного итальянского антея с бывшим суммусом сапиенсом и еще раз убедились, что Асторы Венти обладают незаурядными способностями.

Джено бросил последний взгляд на Железную клетку с узниками и направился к Клинике неопределенности, но его остановил Эзра.

— По всей видимости, мы не сможем войти туда, — сказал он.

В самом деле, из клиники раздавались взволнованные голоса. Похоже, там проходил совет сапиенсов, пытавшихся спасти Ламбера и Суоми. Отчетливо слышался голос Крикен — значит, она снова пребывала в добром здравии.

— Стас, прислушайся к моему совету! — нервно говорила Марго, обращаясь к Стасу Бендатову, который, вероятно, не питал особых надежд на успех.

— Я попытаюсь снова, но уверяю тебя: он никогда больше не будет ходить, — сказал Стас, повысив голос.

Их разговор слышали Джено и Эзра.

— Суоми… Это она больше не будет ходить? — пробормотал, ужаснувшись, Астор Венти.

— Нет, очевидно, Ламбер! — ответил Эзра.

— Ламбер не заслужил такой участи. Он поступил смело — хотел защитить вас от повстанцев, — сказал англичанин.

— Да уж, он хотел показать, что стал другим, и слишком дорого за это заплатил, — безутешно ответил Джено.

Прозвонил соусосвист — пришло время ужина, но никому не хотелось есть. Однако Ранье Мохатдине надо было выполнять свои обязанности эксперта по метафизической кухне, поэтому она быстро покинула Клинику неопределенности и направилась в аудиторию возвышенной пищи.

Проходя мимо Железной клетки, Ранья отправила телепатическое послание стоявшим на карауле псиофам, известив их о состоянии раненых антеев. Она конечно же не хотела информировать узников, но Баттерфляй была слишком искусна в телепатии и телемпии.