Чтение онлайн

— Надеюсь, что в последний, — ответил Таунс. — Вы разрешите войти?

— Конечно. Входите. Что опять случилось? Перестреляли всех остальных игроков? В казино нашли атомную бомбу? Кто-то из игроков оказался резидентом российской разведки? Что еще случилось?

— Ценю ваше чувство юмора, — кивнул Таунс. — Но дело в том, что я успел все проверить.

— Слушаю вас. Только сначала устраивайтесь в кресло. Оно у меня, как у психоаналитиков, для душевных исповедей. Что-нибудь пить будете?

— Нет, спасибо, — Таунс сел в кресло.

— Теперь говорите, — кивнул Дронго, устраиваясь на своем стуле.

— Я успел заехать к Парыгину, — сообщил инспектор, — он в ярости. Ищет своего начальника охраны, считая, что тот его предал. Боюсь, что если он найдет этого… Свиридова…

— Спиридова, — поправил его Дронго.

— Да, Спиридова, то у последнего будет куча неприятностей. Но самое интересное, что он ни в чем не виноват.

— В каком смысле? Вы уже знаете, кто убил Джильберта?

— Нет. Я не про убийство Джильберта. Я про встречу в казино. Оказывается, Палийчук потребовал показать ему место, где будет игра, и рассказать, как они будут сидеть и играть. По правилам казино он, как член клуба, имеет право посмотреть помещение, где они будут играть. Крупье получил разрешение руководства казино и показывал эту комнату. Все по правилам, там не было ничего противозаконного. И вся их беседа была записана на пленку.

— Тогда почему крупье убили?

— Вот здесь самое интересное. Крупье и мистер Палийчук еще разговаривали с этим Константином Спиридовым, который тоже появился в казино. Но говорили тихо, и каждый в отдельности. Крупье знал Спиридова в лицо, тот тоже являлся членом клуба, сопровождая своего хозяина в казино. Парыгин сделал членскую карточку себе и ему.

— Для чего?

— Очевидно, хотел иметь начальника охраны всегда рядом с собой. О чем говорили Спиридов с погибшими, я не знаю, но они встречались и разговаривали. Я был внизу и поэтому поднялся к вам в номер. Теперь наша основная задача — найти Спиридова, который, очевидно, застрелил Джильберта. Парыгин сообщил мне, что у его начальника охраны есть оружие. К тому же Спиридов дежурил в коридоре, когда вы были в игровой комнате. Он мог встретить официанта, который нес напитки в вашу комнату, и положить яд в один из стаканов.

— Невозможно, — сказал Дронго. — Там было два одинаковых стакана. Виски со льдом. И он не знал, какой стакан возьмет Миксон, а какой Палийчук. К тому же он вообще не знал, кто и какие напитки заказывал. Почему именно виски? Может, Палийчук заказал джин или шампанское. Этот вариант не подходит. А на пленке у вас есть момент, когда бы он подходил к подносу?

— Нет, — ответил Таунс, — но он был недалеко.

— И еще, — сказал Дронго, — я точно знаю, что у Спиридова есть алиби. Сегодня в час дня он был в компании «Бритиш айруэйз», в их основном офисе. Можете проверить по минутам. Это в другом конце города. Если он действительно был там, то у него есть алиби и вам нужно искать другого подозреваемого.

— Откуда вы знаете? — мрачно осведомился инспектор.

— Я с ним встречался.

— Когда?

— Недавно. Он приходил ко мне, угрожал оружием. Насколько я понял, он винит кого-то из этой четверки во всем и обещал сам разобраться.

— И вы его отпустили, — с явным сожалением произнес Таунс, доставая из кармана телефон.

— Он уже далеко, — сказал Дронго, — не нужно звонить. Будете выглядеть достаточно смешно.

— Я не понимаю, на чьей вы стороне? — разозлился Таунс, поднимаясь из кресла. — Сначала вы рассказываете Парыгину о его телохранителе, сознательно подставляя молодого человека под недовольство его босса. А затем вы помогаете этому человеку, отпуская его из своего номера. Почему вы его не задержали? Что вам помешало?

— Вы же сами сказали, что он вооружен. Вы можете себе представить, чем бы все это закончилось?

— И вы даже не сделали попытку его остановить?

— Попытку сделал. Но он меня не послушался и ушел.

— Я не знаю, как мне себя вести с вами, — признался Таунс. — Чего вы хотите? Чего вы добиваетесь?

— Хочу помочь вам найти убийцу. Меня, как и вас, мучает это преступление. И я собираюсь узнать, кто и зачем убил Алексея Палийчука у меня на глазах. И не успокоюсь, пока не узнаю.

— У вас странные методы, — заметил Таунс.

— Возможно, — согласился Дронго. — Но прошу вас учесть мои слова насчет алиби Спиридова. Сегодня утром вы уже не обратили внимание на мои слова, и это печально закончилось. Надеюсь, что теперь вы мне поверите. Может, наконец, вы сядете, а то неудобно. Я сижу, а вы стоите.

— Я ухожу, — заявил Таунс, — и у меня к вам только один вопрос. Где вы будете сегодня вечером?

— Боюсь, что именно этой информацией я не могу с вами поделиться, инспектор. Это не моя тайна.

— А если я вас задержу?

— Это будет обидно. И нецелесообразно, — Дронго поднялся со стула. — Мы делаем одно дело, инспектор.

— Я в этом не уверен. Мне кажется, что вы занимаетесь совсем не своим делом. Оставьте расследование для профессионалов.

— Вы считаете меня не профессионалом?

— Я не считаю вас человеком, который имеет право проводить самостоятельное расследование в Лондоне.

Они смотрели друг другу в глаза.

— Почему рыжие бывают такими упрямыми, — прошептал Дронго по-английски, притворно вздыхая. — Вам не говорили, что нельзя быть таким упрямым?

— Не говорили, — улыбнулся инспектор. — Я прикажу следить за вами. Вы ведь все равно не успокоитесь.

— Не успокоюсь, — согласился Дронго. — А от вашего наблюдения все равно оторвусь. В Лондоне это сделать несложно. Вам придется бросить на мои поиски весь Скотленд-Ярд. И чем больше вы будете меня ограничивать, тем сложнее будет моя задача.

— Хорошо, — согласился Таунс, — я уберу всех своих людей. Скажите, какие у вас планы?

— Сегодня в семь часов вечера меня ждут в «Дорчестер» все четверо оставшихся игроков. Они будут решать, кто станет представлять их завтра. На этот раз не будет никакой игры.

— И никакой выпивки?

— И никакой выпивки, — улыбнулся Дронго. — Теперь я сказал вам все. Постарайтесь перехватить Константина Спиридова до того, как он наделает глупостей. И пусть ваши люди не стреляют в него, он не преступник.

— У нас не Чикаго, — ответил инспектор, — и наши люди просто так не стреляют на улицах Лондона. Эти традиции привезли к нам совсем другие люди. До свидания, мистер Дронго.

Он открыл дверь, чтобы выйти, но вдруг повернулся к Дронго.

— Может, я выдам вам оружие? — спросил инспектор. — Иначе к вам опять ворвется какой-нибудь вооруженный тип, а вы будете беззащитны?