Чтение онлайн

Я зафиксировала их отключение на пленке, после чего поставила телекамеру рядом с собой, чтобы видеть лицо Небосклонова не через объектив, но чтобы камера продолжала его снимать. Черт с ним – какая съемка получится, такая и получится. Это все равно не для эфира, а для органов или для Ивана Захаровича. Или еще для каких-то заинтересованных лиц. В сумке я нашарила и включила диктофон. Надо продублировать съемку.

– А теперь колись, педик недоделанный! – прошипела я. – Зачем тебе нужно было нас отключать?

Он даже не подумал убежать, перевернуть стол, запустить в меня бокалом. Он – трус. У него не получилось запланированное – и он был готов сдаться, тем более после того, как побывал в гостях у органов в принудительном порядке. А я с органами связана, как ему известно. И вот я сижу – жива-здорова и готова к решительным действиям. И не боюсь его, и не поклоняюсь его «таланту». Что он может предпринять против меня?

– Ю-Ю-Юлия В-В-Владиславовна! Не губите! Только не органы! Я… Я не выдержу!

И Небосклонов выскочил из кресла с поразившей меня резвостью, судорожно отодвинул столик, расплескав остатки вина и рассыпав печенье, и плюхнулся передо мной на колени. Обхватил мои ноги руками, стал лобызать мне руки, потом ноги…

Хотелось плюнуть, но пришлось сдержаться: я должна была выяснить, зачем Небосклонов это сделал. Пашка с Димоном мирно посапывали по обе стороны от меня. Слава Богу, их не отравили, просто усыпили. Клофелинчиком или чем-то еще? Неважно. Камера снимала унижение певца.

– Встань! – рявкнула я. – Хватит поливать меня соплями!

– Ю-юлия!

– Сядь напротив меня на пол!

Небосклонов подчинился. Рукавом он утирал глаза.

– Я жду объяснений. Быстро!

Я это мгновение в кармане у певца зазвонила трубка. Его аж перекосило. От страха.

– Это они! – прошептал он.

– Отвечай, – сказала я и взяла камеру в руки.

– Да-да! – проблеял Небосклонов в трубку.

– Скажи: все в порядке, – приказала я.

– В-в-все в порядке. Да. Да. В-в-все в порядке.

На другом конце дали отбой.

– О-о-они сейчас приедут. В-в-вам лучше…

И тут мне в голову ударила шальная мысль.

– Ну-ка, пошли со мной! – сказала я и схватила Небосклонова за шиворот.

– Нет!!!

– Ты сейчас проведешь всех девушек, дежурящих у подъезда, в свою квартиру.

Глаза Небосклонова стали, как плошки.

– Вперед! – я подтолкнула его ногой.

Сама я пригласить девушек не могла: внизу сидел консьерж. И зачем подключать к делу консьержа? А девушки за возможность побывать в квартире звезды, получить его автограф и что-то из вещей на память пойдут на многое.

В общем, мы спустились вниз, я сказала девушкам, что Артур Небосклонов хочет их всех пригласить к себе на чашку чая (мои слова были встречены восторженным воплем, наверное, услышанным в разных частях города, подобно пушке, стреляющей с Петропавловки), но поскольку Артур – человек стеснительный, он попросил меня выступить в качестве посредницы и также просил выполнять все мои указания. Я незаметно ущипнула Небосклонова в бок.

– Да-да, – кивнул он. – Вы должны делать все, что скажет Юлия Владиславовна.

– Тогда Артур всем вам подарит что-то на память и подпишет фотографии.

– Подарю. Подпишу, – кивнул Артур.

Девушки снова завизжали, и мы всей толпой двинулись в подъезд. Консьерж встретил нас стоя. Видимо, ему в душу закралось беспокойство. Артур, как я поняла, поклонниц в квартиру никогда не приглашал.

– Будем снимать встречу с поклонницами дома, – сказала я консьержу.

– Да-да, – кивнул Артур. – Для имиджа.

Консьерж явно привык к разным штучкам проживающих в этом доме для богатеев, тем более что мое лицо и лицо Димона Петроградского он вполне мог узнать, да и Пашка проходил с телекамерой…

Всей толпой мы двинулись в квартиру. При виде дрыхнувших Пашки и Димона поклонницы несколько прибалдели и вопросительно посмотрели на меня. Они вообще смотрели на меня как на гуру, указывающего им путь к великой цели, каковой являлся Небосклонов. За впервые в жизни реально замаячившее достижение цели они были готовы в точности выполнять мои указания.

– Где у тебя выпивка? – спросила я у Артура.

Он вяло махнул рукой.

– Так, девочки, ты и ты, – я указала на двоих. – Выставляйте на стол бутылки, бокалы. На ваше усмотрение. На ваш вкус. Эти не трогать! На этом столе ничего не трогать! Все поняли? Ты, ты и ты – перенесите другой стол в эту комнату. Чтобы все поместились за одним. Закуску сами отыщете. Давайте, все остальные – за закуской. Вперед!

Небосклонов грохнулся в кресло. Я отодвинула столик с остатками вина и нашими бокалами в угол, чтобы он никому не мешал, и уселась напротив Небосклонова. Девушки сновали туда-сюда, накрывая на стол, перенесенный в гостиную. Запасов певца они не жалели. Возможно, некоторые вообще впервые в жизни видели такую еду и выпивку.

– Быстро! Что от тебя требовали? – спросила я тихо, разворачивая телекамеру.

– Усыпить вас троих, – проблеял Небосклонов. – Отослать прислугу. Дали бутылку вина… Две бутылки. Вторая стоит в кухне. А, нет. Вон она, – он указал пальцем.

– Девушка! – крикнула я. – Принесите сюда, пожалуйста, вон ту бутылку.

– Вам открыть? – услужливо спросила девушка.

– Нет, закрытая сойдет.

Бутылку я убрала в свою сумку. Мне самой такой напиток еще может пригодиться – для встречи разных нежелательных гостей. Ну или как вещдок сойдет. Там видно будет.

– Зачем нас потребовалось усыпить? – продолжила я допрос.

– Не знаю!!! – прорыдал Небосклонов. – Честное слово, не знаю!

– Кто тебе велел это сделать?

– Он, – сказал певец шепотом. Можно подумать, я поняла!

– Константин Георгиевич?

Артур покачал головой.

– Не сам.

Как выяснилось, приезжал человек от Константина Георгиевича, которого Артур Небосклонов тоже знал и боялся, как огня. Привез бутылки, велел созвониться с Димоном и со мной. Когда мы все заснем – позвонить ему.

– Номер телефона?

Артур извлек из кармана бумажку с номером сотового, я убрала ее в сумку.

– Чем тебя держат? – спросила я устало.