Чтение онлайн

Что касается хуматонов, которых волшебники насильно отключили и для подготовки к реальности поместили в промежуточную матрицу, то к тому времени, когда они наконец выйдут, у них не будет никаких воспоминаний о прошлой жизни в матрице. Они будут совершенно другими людьми, полным перевоплощением. Поскольку в их жизненном опыте не было ни цели, ни глубины, которые могли бы хоть отчасти способствовать их выходу из матрицы, в реальном мире этот опыт не представляет никакой ценности. Он будет только мешать превращению их в волшебников и, в конечном счете, в Просветленных. Следовательно, этот опыт необходимо понемногу, чтобы не вызвать ненужной паники и сумятицы, уничтожать. У хуматонов, которые будут отключены одновременно с остановкой программы (чтобы спасти их, волшебникам придется действовать в самой напряженной обстановке), такой привилегии не будет. В промежуточную матрицу они попадут в состоянии полного беспамятства и сильнейшего эмоционального шока. Они будут как младенцы, у которых есть остаточные воспоминания о своих взрослых телах- и ничего больше; они не вспомнят свое имя, возраст, национальность, элементарные основы языка, не сумеют разжечь огонь или завязать шнурки. Весь этот опыт будет начисто уничтожен.

Постепенно, при условии, что волшебникам матрицы удастся поддержать жизнь в телах этих людей, вводя им внутривенно витаминную смесь, в их временных матрицах сформируется новая личность; так они подготовятся к отключению и вхождению в реальный мир. У них не будет никаких воспоминаний о матрице и прошлой жизни. История полностью будет стерта из их программ. Помнить (если они этого захотят) о том, что когда-то было такое понятие, как история хуматонов, будет только горстка Просветленных и волшебников, которые лично провели человечество через это испытание и положили конец господству ИИ. Возможно, своим внукам они будут рассказывать о нем так же, как когда-то хуматоны — своим детям о злом домовом: «Будь паинькой, не то ИИ тебя заберет!» Но, скорее всего, мысль о том, что некогда жили существа, которые верили, что могут пренебречь творчеством и жизненной силой, получить власть над Землей и звездами и ничем не заплатить за это, станет лишь мрачным напоминанием о пути, ныне навсегда затерянном в дебрях времени, о пути, на поиски которого могли бы отправиться разве что кретины и безумцы.

А возможно, такие сказки будут рассказывать, чтобы развеселить усталых Просветленных. Если хотите развеселить Просветленного, поведайте ему о самых разумных, самых оптимальных планах людей и машин. Это непременно вызовет у него улыбку.

Еще один логический рубеж в «Матрице» — время. В фильме так и не поднимается вопрос, как же удается неизменно поддерживать имитацию жизни на Земле в том виде, в каком она была примерно в 1999 году? Как ИИ удается внедрять изменения, которых не было и быть не могло, поскольку конец света все это остановил? Как ему удается держать хуматонов в неведении, что время на самом деле стоит, что все еще 1999 год, что миллениум не наступил? Тирания матрицы не в том, что время нереально (фильм не дает на это однозначного ответа), а в том, что время вышло, ему больше некуда идти. В старой программе больше некуда расти, нет возможности что-то изменить, следовательно, необходима новая. Новизна исчерпана, осталось только бесконечное повторение, перекомпоновка одних и тех же элементов в уже известные, утратившие всякий интерес модели. Это «конец новизны», который ранее, при обсуждении информационного взрыва нашего века, мы обозначили как точку во времени, когда будет собрано, накоплено и усвоено все рациональное знание и программа будет завершена. Этот момент мы и называем эсхатоном, или, обращаясь к среднему хуматону, концом света (и слова).

Идея эсхатона связана с «мировым вирусом» Уильяма Берроуза, «симулякром» Жана Бодрийяра и романами Филипа Дика. В сущности, все эти авторы предполагают, что наша реальность стала, или должна стать, повторением более раннего опыта, переработкой старых данных, и, как таковая, она не более как образ, голограмма, проекция какой-то другой реальности. Здесь время действительно близко к остановке. Сознание, чтобы не рухнуть, вынуждено совершить прыжок на следующую ступень, какой бы она ни была. Поэтому волшебники в «Матрице», что и предвещало явление Просветленного, проходят логичный путь развития — от смертных, хотя и неординарных, борцов за свободу до Просветленных. Просветленные — это путешественники между мирами, они обладают недоступным человеку сознанием, они проекции иной реальности- божественной матрицы. Проходить сквозь время они могут так же легко, как когда-то прошли сквозь пространство.

Так как данные матрицы постоянно загружают в коллективное сознание человечества во сне и так как Нео и его команда могут действовать в пределах и за пределами этой «реальности», работать в ней, но и на нее, то нетрудно представить, что они развивают в себе способность на время «заморозить» поток информации (как это делает Морфеус в одном из своих постановлений) или даже перематывать его вперед и назад, как останавливают и перематывают видеозапись. Благодаря такому умению они могли бы изменять порядок вещей внутри коллективного человеческого сознания, внутри матрицы, и таким образом направлять свои творческие силы прямо на желанный результат. А поскольку этот результат — не только свержение тирании ИИ, но и пробуждение человечества, им потребуется не столько жестокость террориста, сколько утонченность художника, магия волшебника и сила шамана.

Здесь возникает еще более настойчивый и интригующий вопрос: если матрица всего лишь имитация, сон и ее можно сознательно изменять, что же тогда подлинная реальность? Морфеус учит Нео, как действовать (с потенциалом сверхчеловека) на искусственно созданной тренировочной площадке, чтобы, войдя затем в матрицу, он мог правильно использовать приобретенные знания и действовать в матрице, несмотря на то что он по-прежнему воспринимает ее как истинную реальность. Итак, если конечная цель всего — освободить ум Нео и таким образом доказать чистую субъективность реальности, ее, если угодно, модус соучастия (как уверяет нас квантовая физика), тогда можно ли эти знания, эту силу, применять и в реальном мире? Не является ли это логическим и неопровержимым доказательством того, что реальность — это еще одна имитация, хотя и другого порядка? Иными словами, однажды обнаружив, что все, что он когда-то считал конкретной, эмпирической реальностью, на самом деле оказалось легко меняющейся пластической проекцией реальности, законы которой диктуются умом, сможет ли теперь Нео поверить во что-то как в нечто реальное? Ум невозможно освобождать по частям, это следует делать либо сразу, либо не делать вообще.

Теренс Маккенна заявил, что настанет день, когда выяснится, что путешествие во времени возможно физически. Кажется, этот день уже близок, и, если Маккенна прав, этот день фактически станет концом времени в том смысле, в каком мы его знаем. Маккенна предвидел, что во временном пространстве откроется проход, через который будущее хлынет в настоящее. Он утверждал, что если путешествие во времени окажется возможным, мы узнаем свое будущее «я». Конечно, эти будущие «я» уже умеют путешествовать во времени, но, чтобы не лишить нас иллюзии хронологии и сохранить для нас преимущества обучения и подготовки в потоке линейного времени, проявляют осмотрительность. Они блуждают среди нас как агенты в «Матрице», но не выдают себя по той простой причине, что сделать это — значило бы разрушить программу или, скажем так, оставить нас без царя в голове. Но как только путешествие во времени станет возможным, вчерашний человек увидит завтрашнего бога, и тогда эти богоподобные существа, наши будущие «я», смогут спокойно разгуливать среди нас. Если это так, то начало путешествия во времени вызовет глобальный прилив инородной энергии, необработанных данных, абсолютно новых единиц информации или, проще говоря, появление сверхчеловеческих существ. Конечно, этот эсхатологический сценарий можно изложить и в менее апокалиптических выражениях и сказать, что результатом всего этого станет открытие шлюза между правым и левым полушариями головного мозга. Апокалипсис, только под другим именем… В любом случае произойдет пришествие Другого.

У всех хуматонов есть тайная жизнь, другое «я», которое существует в другом мире, о котором у них нет сознательных воспоминаний. Это отнюдь не плод воображения и не проекция ума, а сокровенное «я», которое и является истинным «я» хуматона. Именно это «я» видит сны и придумывает ложное «я», которое хуматоны принимают за настоящее. Так как средний хуматон не знает правды о своей другой жизни и другом «я», то этот «дубль» (чье существование означает новый порядок бытия) пребывает, как зародыш в матке (или коконе), — нетронутым, нереализованным, нерожденным. Если хуматон это когда-нибудь осознает, то это произойдет только благодаря снам и ощущениям дежа вю или дисассоциациям, когда у него на короткое время возникает смутное и тревожное чувство, что он попал в ловушку сна. От подобных моментов обычно отмахиваются как от временного помрачения ума, потенциально ведущего к психическому расстройству.

Так как матрица и все, что в ней находится, созданы для того, чтобы напоминать хуматонам, насколько они реальны, сама мысль о другой жизни или высшем «я» (вне кругов «Нью Эйдж») воспринимается как абсурд, оскорбление для столь высоко ценимого разума. И тем не менее свидетельств в пользу того, что жизнь протекает в мире грез, становится все больше. Похищение иностранных граждан, крути на полях, различные психические феномены, погодные явления, национальная политика и т. п. — все это придает жизни в матрице все более сюрреалистический и апокалиптический оттенок. Хуматоны приближаются к той точке, когда реальность становится настолько чужеродной, что правдоподобным кажется любая альтернатива, любое объяснение, даже те, которые утверждают, что реальность — это всего-навсего очень яркий сон.

Жить как воин хуматон начинает, используя четыре главных метода:

• Избавиться от самомнения

• Стереть личную историю

• Принять на себя ответственность

• Использовать смерть как советчика

Действенность этих методов зависит от того, насколько ты с ними согласен. Реализуя их в своих поступках, воин достигает безупречности духа и убеждается в иллюзорном характере своих действий. Избавиться от самомнения — значит согласиться с тем, что в матрице воин ничуть не важнее и не уникальнее, чем любая другая вещь: все одинаково иллюзорны, все функционируют как части программы, все для нее необходимы, все в равной мере используются. Стирание личной истории начинается с того, что воины осознают: вся их жизнь — всего лишь имитация, симуляция, игра случая и ничто из их опыта их не характеризует, самое большее — информирует. Матрица не способна сказать им, кто они такие. Это может сделать только Оракул.

Принять ответственность для воинов матрицы — значит согласиться с тем, что вся жизнь и все, что в ней происходит, — это результат работы их собственных бессознательных умов. Следовательно, единственный путь приблизиться к матрице, единственный способ ее изменить, — это сначала взять на себя ответственность за нее. Воины матрицы должны активно противостоять силам своей жизни для того, чтобы эти силы проявились в своей истинной форме. Использование смерти как советчика, очевидно, зависит от того, насколько воины сознают, что их время в матрице скоротечно и неумолимо приближается к неизбежному концу. Когда программу уничтожат, все их данные будут утрачены, их сотрут. Все четыре метода/согласия — это средства, которые позволят простым хуматонам начать жизнь воина матрицы, и если они будут долго и настойчиво придерживаться их, они смогут стать волшебниками матрицы. Каждый из этих методов так или иначе связан с осознанием своего «дубля». Используя их, воин матрицы может отключиться и достичь/пробудить свое истинное «я».